Тэйлор Адамс - Поле зрения

– Ситуация не из простых, – сухо промолвил снайпер, словно завел светский разговор в лифте.

– Сэр? – Чириканье дежурной будто просочилось сквозь пальцы Джеймса. Она шмыгнула носом, сдерживая слезы сочувствия. – Если вы сейчас не можете говорить, просто нажмите клавишу…

– Джеймс! – позвал Тэпп.

– Что?

– Группы на подходе, – сообщила дежурная. – Мы вам поможем.

– Я тебя убью, – проговорил стрелок с металлической четкостью. Тембр его речи, влившись в электрическую схему рации, стал другим, нечеловеческим. – Ни на мгновение не воображай, будто мы с тобой на одной доске. Я конец твоего мира. Начинай отсчет, потому что каждый удар твоего сердца пронумерован. Каждый вдох, каждый электрический сигнал в мозгу, каждая секунда сознания – все пронумеровано. Не могу сказать точно, какие сейчас идут номера, но, уверяю, цифры совсем не большие.

Джеймса кольнул страх. Тэпп убьет Эль, понял он. Расправится с ней в тот момент, когда сюда прибудут полицейские. И никакого другого исхода не будет. «Как я мог так сглупить? Это не перемирие, а бомба замедленного действия».

Прямо сейчас где-то поблизости сюда спешит в ночи первый откликнувшийся полицейский автомобиль. Проблесковые маячки мечут в темноту красные и синие всполохи, и этот видимый за мили, кричащий прожектор сокращает минуты и секунды их хрупкого прекращения огня. Он выиграл время для Эль. Но сколько? Как много его осталось до тех пор, когда разъяренный Тэпп засечет в свой прицел ночного видения полицейский маячок, поймет, что его переиграли, и убьет ее?

Джеймс положил «Моторолу» на цемент и взял мобильный телефон в обе руки.

– Очень важно, – тихо сказал он дежурной. – Как скоро… как скоро они здесь появятся?

– Я…

– Сколько у меня времени? – Пока он говорил, раздался новый раскат грома, на сей раз ближе.

– О! – Она причмокнула губами.

– Что?

– Сейчас, сейчас… понятно.

– В чем дело?

– Удивительное везение. – Она понизила голос. – Помощник шерифа только что вышел на связь.

– Сколько их?

– У нас он один такой. – Женщина замялась, словно на нее повеяло чем-то гнилостным. – Патрулировал на Плейнсуэй. Округу он знает… Сказал, что почти у вас.

Начал накрапывать дождь, когда Эль заметила на краю долины полицейскую машину. Сначала появился пульсирующий проблесковый маячок, затем через гребень перевалили белые передние фары. В задних габаритных фонарях вспыхнула красным пыль. Эль упала на колени и, поборов хриплую одышку, оперлась на ладони. Поморгала, прежде чем поверить, что это происходит в действительности.

Коп съезжал по Тенистому спуску на высоком внедорожнике. Эль колебалась, припав к земле почти в миле вниз по склону в нескольких десятках ярдов от дороги. Гул мотора становился глуше, растекаясь по открытому пространству. Ее машинально потянуло наперерез полицейскому, и она, не размышляя, шагнула к дороге. Так летят насекомые в электронную мухобойку, и это сравнение от нее не ускользнуло.

«Почему Тэпп в меня не стреляет?»

Насущный вопрос дня. Ему вдогонку следовали: «Каким образом этот коп сюда попал? Почему Тэпп не убивает его?» И главный: «Где Джеймс?»

Пока Эль то ли бежала, то ли ковыляла, с юга налетел шквал, по земле забарабанил ливень, засыпав песком ее лодыжки. Сразу вобрал Эль в себя, в гул миллиона посыпавшихся на владения Мохаве дождевых капель. Медные крупинки колошматили ее по затылку, лупили по плечам, выбивали фонтанчики пыли у ног, как недавно пули в ложе реки.

Первый холодок пробрал до костей, стало одолевать наваждение. Всем овладела логика кошмара, когда причины не влекут события, земля уходит из-под ног и лица превращаются в гоблинские морды. Ничто не реально.

Где, черт возьми, Джеймс? Что происходит?

Когда фары полицейского автомобиля приблизились, небо прорезала беззвучная вилка молнии.

Бумажка Роя – ключ ко всему и объяснение могущества Тэппа – бесполезно трепетала в руке Эль. В темноте она не могла прочитать ее.

Джеймсу стало жутко оттого, как «умер» его мобильник: раздался тихий хлопок, и дежурная службы экстренных вызовов исчезла на середине фразы. Связь прервалась, и он внезапно остался сидеть с пластмассовой коробкой у уха, один под пулеметным треском дождя по металлической крыше. Не один, усмехнулся он. Хуже, чем один.

– Джеймс! – раздался голос Тэппа.

Джеймс подобрал рацию:

– Что?

– Ты солгал мне. – Снайпер выдохнул в микрофон, наполнив эфир шуршанием. Его голос дрожал, звучал уязвленно. Как у упавшего с велосипеда мальчишки, изо всех сил сдерживающего слезы, чтобы показаться ровесникам крутым. – Теперь мне это известно. И сейчас я должен признаться, что тоже лгал тебе. Будет справедливо раскрыть карты, когда твои биты.

Прогремел гром.

– Вот как? И что? – Джеймсу удалось фальшиво рассмеяться, а сам он лихорадочно размышлял, что еще более страшного может произойти в этот день и способна ли черная тень человека с его детскими каламбурами, способностью убивать за милю и чертовым прицелом ночного видения стать еще более потусторонней и ужасной.

– Джеймс, у тебя есть постоянная работа?

– Была.

– Какая?

– Ответственный сотрудник рекламного агентства. По сути, продавец.

– У меня тоже есть постоянная работа. – Тэпп откашлял мокроту из горла. – В сарайчике, где ты находишься, есть светоотражающий дорожный жилет.

– Где?

– У двери.

– Вижу.

– Посмотри, что за ним.

Джеймс взял жилет. За ним поверх темных слаксов лежала аккуратно свернутая песочно-коричневая форма. Она пахла кожаным сиденьем и по́том. На стене брякнула черная портупея с пустой кобурой, баллончиком со слезоточивым газом и болтающейся на витом проводе нагрудной рацией. В болотном освещении мелькнула именная табличка: «Шериф Уильям Тэпп».

– Вот тебе и коп-ец! – бросил снайпер.

Таинственная бумажка Роя была штрафной квитанцией за превышение скорости. Она лежала там, куда ее уронила Эль, и казалась под дождем пятнистыми крылышками бабочки. Косая надпись тонкой синей ручкой: семьдесят четыре мили в час в зоне разрешенных семидесяти. Два часа дня и сегодняшнее число. На последней строке подпись нарушителя – Роя Майкла Барка, человека, который умер, отдавая Эль эту квитанцию.

Бумажка помогла бы, если бы на Эль не было наручников, а ее колени не утопали в грязи на обочине Тенистого спуска. Щурясь в слепящем свете фар, она узнала помощника шерифа – угреватого в оспинах хиляка Дуги Хаусера со стрижкой «ежиком», желторотого. Он улыбался им, когда Джеймс спрашивал его о пустом белом грузовичке Глена Флойда, а она прятала лицо, дабы он не заметил, что она пялится на его идиотскую шляпу. Сейчас она была на нем и выглядела так же нелепо.