Александр Варго - Ожившие

Марину шатало, от потери крови у нее сильно кружилась голова, а перед глазами плясали мерцающие огоньки, будто предлагая ей поиграть в жмурки. Она присела на корточки и дотронулась до лица спящего Влада.

— Просыпайся! — крикнула она и дернула его за ухо.

Влад продолжал спать как убитый. Терпение Марины лопнуло, и она принялась в исступлении хлестать супруга по щекам, но он не просыпался. В какой-то момент Марине даже пришло в голову, что он попросту издевается над ней и лишь притворяется спящим.

«Может, ему что-то подсыпали?» — промелькнула у нее мысль, и девушка почувствовала, что сейчас расплачется. И где другие ребята? Катрин, Валик?

Марина выпрямилась и, превозмогая страх, все-таки посмотрела на руку. И хотя морально она уже давно готовила себя к этому, все же увиденное настолько потрясло ее, что слезы отчаяния снова хлынули из глаз. Вместо обычной руки, к которой она так привыкла, которая столько лет служила ей, которую она так любила, безвольно висел уродливый обрубок, замотанный грязной окровавленной тряпкой.

Она вытерла слезы и стала пробираться к выходу. Нужно срочно найти ребят.

Когда она с трудом поднялась наверх, в лицо тут же ударил сильный порыв ветра. Снаружи было прохладно, солнце нехотя спускалось к океану, уже коснувшись своим малиновым краем воды.

Девушка, подволакивая ноги, обошла катер. В кормовой части она наткнулась на Валика и Катрин. Ее друзья, как и Влад, были погружены в какой-то странный, ненормально крепкий сон, и, как ни старалась Марина, добудиться их она не смогла.

«Что тут происходит?! — металась в ее воспаленном от боли и паники мозгу мысль. — Почему они спят?!!»

Она огляделась и сделала еще одно неприятное открытие — катер никуда не плыл, а просто спокойно дрейфовал на волнах. Почему они остановились? И где этот Айс с хозяином судна?

Марина чувствовала, что ей становится хуже. Кожу покрыл липкий холодный пот, а мелькающие огоньки перед глазами сменились на ярчайшие всполохи, сияющие диковинным калейдоскопом. Она поняла, что если останется на ногах, то, скорее всего, упадет, и опустилась на четвереньки.

— Просыпайтесь, — всхлипнула она, с надеждой глядя на ребят. — Пожалуйста, просыпайтесь! Черт бы вас подрал!

Между тем океан буквально за считаные минуты заглотил солнце, о котором теперь лишь напоминала розовая полоска, постепенно растворявшаяся в сгущавшейся тьме.

Марина поползла. Она не знала, куда и зачем, все ее движения утратили последовательность и координацию, а мозг уже не контролировал их. Катер качнуло, и она чуть не завалилась на бок. Закусив губу, она поползла дальше. От напряжения швы на ее культе стали расходиться, и тряпки моментально набухли кровью, но Марина не замечала этого.

Она остановилась, когда услышала мужские голоса. В носовой части судна виднелись два силуэта, и по голосам Марина узнала Айса с Исви, владельцем катера. Она не понимала их странный язык, но, судя по интонациям и отчаянной жестикуляции, они о чем-то яростно спорили. Потом Исви махнул рукой и направился, как показалось Марине, прямиком к ней. Она открыла рот, чтобы позвать на помощь, но какое-то шестое чувство одернуло ее. Пригнувшись, девушка спряталась за высокий бочонок, стараясь слиться с темнотой. Внезапно Исви остановился неподалеку от бочонка и открыл трюм. Бормоча что-то раздраженно на своем наречии, мужчина стал спускаться вниз.

Он поднялся очень быстро, и даже в сумерках было видно, что в его руках охапка одежды. Айс что-то резко сказал, и Исви выбросил вещи за борт. Марину никто из них не замечал.

— Ивао кайта. Тагухайми , — процедил Исви и вытер руки о свои потрепанные штаны. Айс что-то ответил, но Марина не расслышала. Собственно, это было не важно. Вскоре мужчины ушли в свою каюту.

Марина вздохнула. Разноцветный калейдоскоп безумных красок исчез, и теперь она видела перед собой ослепительные зигзагообразные линии, ледяными молниями сверкающие в ночном воздухе.

Культя болела все сильнее, и вместе с этим ей начало казаться, что она теряет чувствительность. Сначала болел весь обрубок, затем боль переместилась куда-то в область плеча, а все, что было ниже, казалось каким-то деревянным, ненастоящим.

Видя, что мужчины больше не появляются, Марина продолжила свой путь. Она уже с трудом осознавала, что делает, и просто машинально двигала конечностями, словно робот, у которого произошел сбой программы.

Несколько секунд она тупо всматривалась в угольно-черный зев трюма. Оттуда несло какой-то падалью и прокисшей едой. Марина наклонила голову, пытаясь что-либо разглядеть. Ей показалось, что справа белеет какой-то небольшой предмет. Девушка наклонилась еще ниже, и в это мгновенье ее колено неожиданно соскользнуло, и она кубарем покатилась вниз. Раненая рука ударилась о ступеньку, и Марина, ослепленная вспышкой невыносимой боли, отключилась, даже не успев вскрикнуть.

Уже когда лежала внизу, исцарапанные пальцы ее здоровой руки, хранившие следы безупречного маникюра, конвульсивно сжались, стиснув этот непонятный светлый предмет. Грубо наложенные швы от удара окончательно разошлись, но ей уже было все равно.

На шум из каюты вышел Исви, за ним Айс. Негромко перекидываясь фразами, они по очереди заглянули в трюм, потом Исви принес фонарь, они спустились вниз и вынесли бессознательное тело девушки наружу. Они отнесли ее обратно в каюту, туда, где на полу все еще спал Влад.

Айс осмотрел руку Марины и нахмурился.

— Very bad [15] Очень плохо (англ.) . , — сказал он.

Исви обратил внимание на сжатый кулак девушки и не без труда разжал ее пальцы.

— Свайла омо . Throw it out [16] Выкинь это (англ.). , — приказал Айс.

Исви кивнул и вышел на палубу. Размахнувшись, он швырнул этот предмет в воду.

Это был сломанный ингалятор.

Когда катер полностью ушел под воду, нервы у Татьяны не выдержали, и она заплакала. Она до боли кусала губы, отворачивая лицо, чтобы слез не было видно, но Эд смотрел на ее подрагивающие тоненькие плечи и понимал, каких трудов ей стоило не впасть в истерику.

Не унывал один лишь Сема. Судя по его лицу, он пребывал в уверенности, что его новые знакомые начали какую-то очередную увлекательную игру, и он надеялся, что ему отведут в ней главную роль. Глупо улыбаясь от переизбытка впечатлений и эмоций, он радостно забарабанил по воде рукой, тут же выронив гарпун, который моментально пошел на дно.

— Заткнись! — рыкнул на него Вячеслав, мгновенно протрезвев в воде. — Заткнись, или я утоплю тебя, козел!

— Сема, — мягко произнес Эд. Странно, но, оказавшись в море, он вдруг обрел какое-то глубокое, умиротворенное спокойствие. — Мы же договорились?

— Се-ма холо-сый, — с трудом выговорил идиот и прекратил шлепки по воде.