Александр Варго - Ожившие

Эд повторил вопрос. Улыбка Семы стала шире, а из уголка рта показалась слюна. Вячеслав хохотнул. Эд терпеливо вздохнул и спросил в третий раз. Сема пустил пузырь изо рта, затем наклонил голову в другую сторону и вдруг громко пукнул.

— М-да. Охренительный у вас диалог получается, — заметила Катрин, не без интереса следившая за потугами Эда.

— И главное, содержательный, — посмеиваясь, добавил Вячеслав. — Наверное, он ответил Эду: «Добрый день, месье, я из Парижа».

— Замолчите, — не меняя размеренно-ласкового тона, приказал Эд.

— Эд, узнай у него, не он ли слал мне фотки, — продолжал веселиться Вячеслав. — Если он рыгнет — значит, нет, ну а если нассыт в штаны — тогда это он. И мне придется его убить, хе-хе.

— Откуда ты? — после некоторой паузы снова поинтересовался Эд.

— Ма-ма. Ма-ма, — вдруг отчетливо сказал Сема. — Те-лять. Ма-ма те-лять Се-ма.

На его глазах выступили слезы.

— Ты потерял маму? — спросил Эд. — Ну же?

— Се-ма ле-тить. Ле-тить. Е-хать сю-да, — с неимоверным трудом выговорил Сема.

— Так. Ты ехал сюда лечиться? Правильно?

Сема энергично закивал головой.

— Е-хать Се-ма. Ма-ма Се-ма. Се-ма те-лять. Се-ма гулять. Каля-бля пать.

— Еще раз, — наморщил лоб Эд.

— Пать, — пояснил Сема и, приложив к щеке сложенные ладони, закрыл глаза и изобразил храп. Катрин невольно улыбнулась.

— Ты потерялся, а потом уснул?

— Пать. Каля-бля.

— Ты уснул на корабле? Том самом, Папаши Дриппи? — догадался Эд.

Сема широко улыбнулся. Его чистый, абсолютно ничего не выражающий взгляд с детской непосредственностью блуждал по палубе.

— Как же тебя занесло туда? — с изумлением спросил Эд — он все никак не мог взять в толк, каким образом этот бедняга очутился в трюме катера Папаши Дриппи.

— Ма-ква, — с гордостью сказал Сема и вытащил из ноздри засохшую козявку. Внимательно исследовав ее, он стал бережно засовывать ее в ухо.

— Эй, не надо! — Эд, поморщившись, ловким движением пальцев выхватил Семино «сокровище» и щелчком ногтя отправил ее за плечо. Сема скривил губы, словно собирался заплакать, но тут же улыбнулся.

— Значит, ты из Москвы, — уточнил Эд, вытирая об шорты пальцы.

Сема хитро прищурился, и вдруг лицо его побагровело, и он надул щеки.

— Это еще что? — озадаченно спросил Вячеслав. — Готовится перднуть погромче? Наверное, он собирается сделать важное официальное заявление.

Вячеслав отчасти оказался прав. Сема, приподнявшись, с шумом выпустил воздух и пукнул. Буквально через минуту в воздухе поплыл резкий запах, характерный для экскрементов. Валик покрутил носом и, покраснев, отошел в сторону.

— Заткните жопу этой вонючке, — возмущенно сказал Вячеслав. — Фу, да он обделался!

Катрин легко вскочила на ноги и растерянно смотрела на Сему, который улыбался как ни в чем не бывало.

Эд усмехнулся.

— Тебе приходилось менять памперсы, Слава?

— Нет, — с достоинством ответил Вячеслав. — Мария Бравлина не рожала меняльщиков памперсов. Я не впрягался в няньки этому пердящему идиоту и не собираюсь убирать за ним говно.

— Да я и не прошу тебя об этом.

Видя, как Эд начинает раздевать умалишенного, который, кстати, на этот раз совершенно не сопротивлялся, Вячеслав присвистнул и покрутил у виска пальцем:

— Эд, ты, в натуре, сам чокнулся!

— Уйди, если тебе неприятно.

— Я помогу. Нужна вода, — вызвалась помочь Татьяна.

Вячеслав фыркнул, но не нашелся что сказать, настолько он был поражен поведением супруги.

— Валентин, там, у левого борта, я видел ведро с веревкой. Набери воды, пожалуйста, — попросил Эд, и Валик беспрекословно подчинился. Он не понимал почему, но чувствовал, что этому человеку можно доверять. Не то что этот мерзкий боров Вячеслав.

Хотя бы потому, что Эд единственный из всех, кто называл его по имени.

Образ Ордо исчез так внезапно, что из глотки Исви вырвался горестный крик. Он вынырнул из тяжелой полудремы и потер глаза, прогоняя обрывки видений. Перед ним мерцало ненавистное лицо Айса.

— Иптаха са , — хрипло сказал он, но Айс лишь ухмыльнулся:

— You think I don’t know the way? Turn [30] Ты думаешь, я не знаю дорогу? Поворачивай (англ.). .

Исви молчал. Он принял решение и не собирался от него отступать.

— You hear me? Or you’ve got some worms in your ears too? [31] Ты меня слышал? Или в твоих ушах тоже завелись черви? (англ.)

Айс вошел в рубку и положил свою дубовую, словно корабельная доска, ладонь на пульт управления, но Исви не намеревался менять курс. Айс приблизился к нему вплотную и внезапно нанес ему сильный удар в лицо. Сбитые костяшки его твердого кулака рассекли бровь Исви, и он грузно опустился на пол.

— Next stroke will be the last, Isvy. Do not make me do it [32] Следующий удар будет последним, Исви. Не заставляй меня делать это (англ.). , — с осуждением сказал Айс, становясь за пульт вместо Исви.

Исви молча вытирал струившуюся кровь. Прямо перед его глазами виднелась рукоятка ножа Айса. Успеет или нет?

Словно читая его мысли, Айс цокнул языком и произнес:

— Just try, and I’ll throw you overboard. We no longer need you [33] Только попробуй, и я выброшу тебя за борт. Ты нам больше не нужен (англ.). .

Словно побитая собака, Исви выполз из рубки. Ноги не держали его, его шатало от ран и усталости. Но еще больше его сердце терзали мысли о жене. Если бы он был уверен, что назад пути нет, то, не раздумывая, сделал бы то, о чем сейчас говорил Айс, — бросился бы в воду. Но где-то глубоко внутри еще теплилась крохотная надежда, что, возможно, все изменится к лучшему.

— Похоже, нам нужно поговорить, — сказал Эд. Он стоял напротив Айса, с его лица исчезла вся доброжелательность, оно было каменно-настороженным.

— Чего тебе?

— Во-первых, мы хотим знать, куда вы направляетесь.

— Увахо, — лениво ответил Айс.

— Гм… далековато. У тебя есть карта?

— Угу.

— Можно взглянуть? — спросил Эд, и в голосе его проскользнула надежда.

Айс хихикнул и ткнул себе в висок грязным пальцем. Эд стиснул зубы.

— Увахо находится в тысяче милях от Тасмании. И ты хочешь сказать, что на этом катере надеешься туда доплыть?

Снова снисходительный кивок, казалось, Айсу было откровенно лень отвечать на вопросы.

— У вас не хватит топлива.

— Тебе-то что?

— Мы встанем посреди океана, вот что, — как можно сдержаннее пояснил Эд.

Айс слегка улыбнулся.

— Я сказал что-то смешное? — вскинул брови Эд.

— Нет, просто вспомнил один анекдот. Его очень любила моя мама. Плывет по океану баран. Мимо летит чайка и кричит: «Баран, куда плывешь?» А он ей в ответ: «В Африку». Чайка смеется: «Во, в натуре, баран. Африка в другой стороне!» А баран говорит: «А мне по хрену. Я все равно не доплыву».

Айс бросил тяжелый взгляд на Эда.

— Так вот, человек. МНЕ ТОЖЕ ПО ХРЕНУ. А безносому Исви и подавно. Ясно?