Александр Малов - Молочная даль

Даже не вживую, а в записи, но с комментариями Романа любой матч на большом экране смотрелся все равно бодро и энергично. В комментариях Ливнеева чувствовалось больше жизни… больше души. Он умел подслащивать горькую пилюлю проигрыша. Казалось, что он управляет эмоциями толпы, словно волшебник.

В комментаторе был свой шарм, однако с виду он казался не более, чем самым обычным и непримечательным человеком. Хотя иные утверждали, что его речами можно было лечить болезни, такая бешеная энергетика исходила от самого Ливнеева и его голоса. И были фанатичные поклонники Романа, которые могли предоставить факты этого, своим излечением.

Роман являлся мужчиной, которому с виду было явно за пятьдесят, если ни за все шестьдесят. Он был довольно мясистый и широкоплечий, хоть и небольшого роста. Роман имел неестественно квадратное лицо и маленький свинячий нос. Волосы на голове были белоснежны, словно январский снег и всегда ложились пробором налево, но за ковбойской шляпой спортивного комментатора, с которой мужчина не расставался даже во сне, едва ли кто-то мог приметить прическу на голове славного «ковбоя». Этакий техасский шериф, разгуливающий по просторам Дикого Запада.

Ливнеев был из тех людей, кого нельзя было назвать тихонями, однако и душой компании его назвать попросту не поворачивался язык. Чтобы лучше всего представить образ Романа Ливнева, достаточно вспомнить своего дядюшку, который, рассказывая шутку смеется над ней больше и громче всех. Возможно именно поэтому у Ливнеева было так много морщин на лице.

Спортивный стадион «Гризли» полностью заполнился стекающими со всего города горожанами, и болельщики наконец-то уселись каждый на свои места. Несмотря на то, что осенний день отдавал слякотью, а мелкий снег то и дело норовил попасть кому-то в глаз, сегодня ничего не могло помешать стадиону быть забитым до отказа. Кто-то был облачен в футболку поверх куртки с изображением любимой команды, кто-то закупился хот-догами, картофелем фри и большим стаканом колы, но одинаково сильно все ждали только одного: начала долгожданного матча.

Десятки камер были нацелены на все сектора стадиона, словно находясь под прицелом. Репортеры толпились возле стадиона в надежде взять короткое интервью у тренера одной из команд. Помимо простых горожан лицезреть игру года собралась почти половина самых влиятельных людей города. Они, в сопровождении своих жен и мужей устраивались на самых лучших местах и ели самую лучшую еду. Одним словом, в этот день вся городская жизнь ненадолго смогла совершить невероятное: уместиться на спортивном стадионе.

В это время Ливнеев уже сидел в комментаторской будке. В ней находился и второй спортивный комментатор, а также коллега Романа – Иван Конев. По своим габаритам Иван был не меньше Романа, но только в его случае основную массу составлял жир. Иван Конев был младше своего коллеги примерно на четверть века, имел большие глаза и носил очки с крупными линзами (что делало его глаза просто невероятно огромными), а его кучерявые волосы постоянно были прилизаны ко лбу и вискам. На фоне Ливнеева, Иван выглядел откровенной мямлей. Но с Романом Иван общался на равных и хоть его периодическая мягкотелость порой мешала ему жить нормальной жизнью, однако со своей ролью комментатора Иван Конев справлялся отменно. И в этом вопросе оба комментатора отдавали друг другу максимальное уважение.

– Отличный день для того, чтобы надрать задницы «Граниту», как думаешь? – ехидно поинтересовался Конев у Романа, раскручиваясь на своем рабочем кресле и предвкушая игру года.

Иван считал комментаторскую будку настоящей отдушиной и тем местом, где он мог поистине расслабиться. Где его не пилила жена и не подкалывали соседи и над которым не подтрунивали даже собственные друзья. Где мягкотелость достигала минимума и в коем-то веке не шла впереди самого Ивана. И только здесь он мог со спокойной душой даже употребить слова «задница».

– Ой, даже не знаю, Ванечка, – задумчиво произнес Ливнеев, делая умный вид и потирая на ремне бляху, которая размером была, пожалуй, чуть ли ни с голову младенца – Уж повезет «Граниту» или нет мы узнаем по твоим запотевшим очкам! – взяв паузу, бросил в разговор Ливнеев и расхохотался пуще прежнего.

Иван же издал лишь короткий смешок, но смешок этот не таил в себе ни капли злобы. Иван знал Ливнеева достаточно хорошо, чтобы понимать, что Роман относиться к нему с душой и даже с неким снисхождением. И пусть он шутил везде и всегда, смешно и не очень; и так же мог подколоть Ивана, но делал он это… по-доброму. И если Ливнеев смеялся чаще других, то потому что по-другому не мог и, наверное, это было заложено в нем еще до его зачатия. В конце концов, что вообще могло быть фишкой Романа Ливнева, если не его собственный смех?

– Как всегда не проявляете патриотизм, товарищ Ливнеев! Нехорошо, – с укорительной улыбкой ответил Иван, – Барракуда – это рыба крупная и наши с тобой ребята не мельче подобного морского хищника. По крайней мере в мире футбола. А «гранит» создан только для того, чтобы грызть его. Любой школьник тебе это скажет.

В ответ на это Ливнев резко подался к Ивану. Тот на мгновенье опешил, а после, казалось, и вовсе смутился. Уж слишком с серьезным выражением лица рассматривал его Ливнеев, что для него было крайне непривычным.

Однако мгновенье спустя маска озабоченности слетела с лица Романа. С наигранным облегчением тот лишь произнес:

– Фух…

– Чего это ты, Ром? – спросил Иван, криво улыбнувшись, стараясь придать своему лицу выражение беззаботности.

– Да так, – протянул Ливнеев, несмотря на своего коллегу.

Однако почти сразу же Роман взглянув прямо в глаза Ивана произнес:

– На зубы твои любовался! И судя по ним… даже гранит науки в школе тебе и тот не давался!

И уже в следующим момент Роман Ливнев вновь залился своим громким и безудержным смехом.

Засмеялся и сам Иван, искренне, приговаривая про себя нечто вроде:

«Да уж… время идет, а Ливнев не измениться, наверное, никогда.»

А потом началось шоу…

– Итак, дорогие друзья! – начал свои первые комментарии Ливнеев – Мы начинаем футбольный репортаж и сегодня, как мы все знаем, состоится матч года между хозяевами стадиона «Барракуда» и нашими вечными соперниками, но при этом не менее уважаемыми – «Гранита»! Повстречаем же обе команды!

В ответ стадион издал свой первый оглушительный рев, в котором одновременно смешивались и боевые кличи и наспех выдуманные кричалки.

– А теперь поговорим о составах команд, – продолжил Иван Конев – «Гранит» в этот день играют своим сильнейшим составом. А как иначе, ведь на кону игра года! Наша же «Барракуда» слегка уступает в боевой мощи соперникам. К сожалению, все мы помним, все мы прекрасно помним, чем закончился последний матч для нашей любимой «Барракуды». Перебор красных и желтых карточек со стороны нападающего Васина и травма одного из ведущих игроков Глаголова, ставят под угрозу сегодняшнюю игру.