Джонатан Келлерман - Книга убийств

Я же тебе говорил.

— Детектив, — сказал Брусард, — отвечайте на вопрос. Немедленно.

— Да.

— Что — да?

— Я ее видел.

— Конечно, видел, сынок, — сказал Брусард и наклонился над Майло, окутав его облаком аромата какого-то цитрусового растения и успеха.

Сынок. Задница. Он всего на пару лет старше Майло, но решил продемонстрировать, кто тут главный.

— Разумеется, ты ее видел.

Его продержали еще полтора часа, записали на магнитофон заявление, затем дали прослушать много раз. Объяснили, что делают это, чтобы не было никаких неточностей, но Майло знал настоящую причину: они хотели, чтобы он услышал страх и неуверенность в собственном голосе, хотели заставить его возненавидеть себя и подготовить к тому, что ждало впереди.

Майло рассказал им только основные факты — то, что они знали и без него, — и не поддался на настойчивые требования выдать подробности. В комнате стало душно и отчаянно пахло страхом, когда они сменили тему и, оставив Тоню в покое, заговорили о поведении Швинна вообще. Они вгрызались в Майло, точно злобные насекомые. Их интересовали политические взгляды Швинна, отношение к расовому вопросу, мнение по поводу работы правоохранительных органов. Они наседали, уговаривали, запугивали, подталкивали, задавали наводящие вопросы — иногда в лоб, иногда завуалированно, пока в конце концов Майло не почувствовал себя так, будто он превратился в кусок мяса, который отбили специальным молоточком и сейчас швырнут на сковороду.

И тут они вернулись к сексуальным развлечениям Швинна. Майло продолжал категорически отрицать, что видел, как проходило общение Швинна с Тоней или другими женщинами. Технически он говорил правду, поскольку сидел за рулем, смотрел на дорогу и не имел ни малейшего желания становиться свидетелем того, что происходило на заднем сиденье.

Когда они спросили его, о чем Швинн разговаривал с Тоней, он наврал, что ничего не слышал, потому что они шептались.

— Шептались, — повторил Брусард. — Вам не показалось это необычным? Детектив Швинн шепчется с проституткой на заднем сиденье полицейского автомобиля?

— Я решил, что они говорят о работе. Она была его информатором, и Швинн, наверное, о чем-то ее расспрашивал.

Он ожидал, что они зададут ему очевидный вопрос: «О чем?», но они промолчали.

Его не спрашивали ни про убийство Джейни Инголлс, ни про другие, над разгадкой которых они со Швинном работали.

— Вы решили, что она его информатор, — заявил Поулсен.

— Так мне сказал детектив Швинн.

— В таком случае почему они разговаривали шепотом? — спросил Брусард. — Вы же напарник детектива Швинна. Какие у него могли быть от вас секреты?

Он знал, что вы можете ко мне привязаться, болван.

— Может, ей было нечего сказать, — предположил Майло.

— Нечего сказать?

— Ну, не всегда же у осведомителей есть информация, — пояснил Майло.

Брусард отмахнулся от его слов.

— Сколько времени провели Швинн и Тоня Стампф на заднем сиденье машины, когда вы вели ее?

— Не долго… возможно, несколько минут.

— Уточните.

Прекрасно зная, что они наверняка наблюдали за машиной, Майло ответил почти правду:

— Минут десять или пятнадцать.

— После чего Тоня вышла.

— Верно.

— Где?

— На Восьмой улице, рядом с Уитмер.

— Когда вышла из машины, куда она направилась?

Майло назвал ресторан, но не стал говорить, что Швинн дал Тоне денег.

— Как насчет денег? Вы видели, чтобы кто-нибудь из них передавал другому деньги?

Майло не знал, что они успели заметить, и потому решился соврать:

— Нет.

Повисло долгое молчание.

— И все это время вы вели машину, — проговорил наконец Брусард.

— Именно.

— Когда детектив Швинн попросил вас остановиться и посадил в машину Тоню Стампф, вы не подумали о том, что становитесь соучастником Швинна, который воспользовался услугами проститутки?

— Я не видел ничего, что указывало на простит…

Брусард рубанул рукой воздух:

— Рот Тони Стампф вошел в контакт с пенисом детектива Швинна?

— Я не…

— Если вы вели машину и, как утверждаете, не оглядывались. Откуда у вас может быть такая уверенность?

— Вы меня спросили, видел ли я что-нибудь. Я не видел.

— Я спросил про оральный контакт с гениталиями детектива Швинна.

— Я не видел.

— Значит, рот Тони Стампф мог находиться в контакте с пенисом детектива Швинна, но так, что вы этого не видели?

— Я рассказал вам о том, что видел.

— Пенис детектива Швинна вошел в контакт с вагиной или анусом Тони Стампф?

— Я не видел.

Этот ублюдок сказал про анус, потому что…

— Тоня Стампф вступала в интимные отношения любого рода с детективом Швинном?

— Я не видел, — повторил Майло.

А вдруг они использовали какой-нибудь прибор ночного видения и записали все на пленку? Тогда мне конец, подумал Майло.

— Пенис во рту, — вмешался Поулсен. — Да или нет?

— Нет.

— Пенис на или внутри вагины.

— Нет.

— Пенис на или внутри ануса.

То же ударение на вполне определенном слове. Явно не совпадение.

— Нет, — ответил Майло. — Полагаю, мне следует обратиться в Лигу защиты.

— Правда? — удивился Брусард.

— Да, это совершенно очевидно…

— Можете обратиться, детектив Стеджес. Если вы действительно считаете, что вам нужен защитник. Но с чего вы это взяли?

Майло промолчал.

— У вас есть повод для беспокойства, детектив? — спросил Брусард.

— Не было, пока вы, ребята, не затащили меня…

— Мы не затащили, мы вас пригласили.

— Ах, — проворчал Майло, — прошу меня простить. Брусард притронулся к магнитофону, словно грозился вновь его включить. Затем наклонился к Майло так близко, что тот смог бы сосчитать стежки на лацканах его пиджака. Никаких пор на лице. Ни одной, словно его вырезали из черного дерева.

— Детектив Стеджес, не намекаете ли вы на то, что мы оказываем на вас давление?

— Нет…

— Расскажите о ваших отношениях с детективом Швинном.

— Мы напарники, а не приятели, — ответил Майло. — Время, что мы проводим вместе, полностью посвящено работе. За три месяца мы раскрыли семь убийств — сто процентов вызовов. Недавно мы начали заниматься восьмым, оно оказалось достаточно сложным, и мы находимся в стадии поиска убийцы…

— Детектив! — сказал Брусард. Громко. Чтобы положить конец данной теме. — Вы когда-нибудь видели, как детектив Швинн получает от кого-нибудь деньги в рабочее время?

Значит, он не хочет разговаривать про Джейни Инголлс.

Его захватила собственная игра, и он уже не может остановиться, пока не доведет ее до конца. Или его вовсе не интересует Джейни Инголлс?

— Нет, — ответил Майло.

— Когда он встречался с Тоней Стампф?

— Нет.