Роберт Блох - Психоз 2

Клейборн молча смотрел, как за ним закрывается дверь. Паранойя. Болезнь, недуг, весьма возможно, опасный. Но его беспокоил не диагноз. В конце концов, он сталкивался с подобным не в первый раз.

Настоящий шок он испытал, когда увидел лицо Виццини. Его он тоже видел не в первый раз.

Потому что Санто Виццини был точной копией Нормана Бейтса.

Как писатель, Рой старался избегать избитых фраз. Но когда в его кабинет вошел Клейборн, он невольно использовал одну из них:

— Что случилось? У вас такой вид, точно вы увидели призрак.

Клейборн сел по другую сторону стола.

— Только что встречался с Виццини.

— И ему не понравились изменения.

Рой кивнул.

— И что он сделал? Прочитал вам лекцию о насилии?

— Да, но…

— Забудьте вы об этом. Он годами гнет свою линию и делает это всякий раз, когда участвует в ток-шоу или выступает на семинаре по кинематографии. Уж я-то знаю, потому что один мой приятель писал для него. За двести долларов. — Рой усмехнулся. — Правда, денег так и не получил.

— Я не об этом. — Клейборн по-прежнему выглядел ошеломленным. — Почему вы мне не сказали?

— Не сказал чего?

— Что Виццини похож на Нормана Бейтса.

— Вы шутите! — Улыбка сошла с лица Роя. — У нас есть фотографии…

— Старые. Он похож на сегодняшнего Нормана.

Рой смотрел на него, и в голове у него роились всевозможные мысли.

— Тогда, может, позавчера вечером в супермаркете вы видели его?

— Может быть. — Клейборн помолчал. — Что вы о нем знаете?

— Только то, что читал или слышал. Начинал он в Италии, играя плохих парней в спагетти-вестернах. [82] Спагетти-вестерн — поджанр киновестерна, возникший в Италии (отсюда название) в 1960-е гг. и, помимо происхождения, отличающийся от классического американского вестерна подчеркнутой притчеобразностью (в противовес реалистичности, на которую претендовал оригинал), подчеркнутым пессимизмом и этическим релятивизмом взамен пафоса благородного первооткрывательства и открытого противостояния добра и зла, доминированием эффектного (порой довольно жесткого) визуального ряда над событийной логикой. Родоначальником этой разновидности жанра принято считать (не вполне справедливо) режиссера Серджо Леоне, создателя культовой трилогии «За пригошню долларов» (1964), «На несколько долларов больше» (1965), «Хороший, плохой, злой» (1966), удачная прокатная судьба которой проторила путь множеству других фильмов, выдержанных в сходной стилистике. Со временем термин стал применяться не только к итальянским, но и к любым европейским вестернам. Когда вошли в моду фильмы ужасов, переключился на них и стал режиссером. Съездил во Францию, поставил там пару вещей. Его первой большой удачей был «Loup-garou», [83] «Оборотень» (фр.). об оборотне. Тогда-то он и понял, что надо делать миксы.

— Миксы?

— Секс и насилие. — Рой пожал плечами. — На кинофестивалях это любят.

— На вас это не произвело впечатления?

— А меня никто не спрашивал. Артхаусной тусовке нравится то, что она видит на экране, бухгалтерам нравятся цифры, которые они видят в финансовых отчетах. Он приехал сюда, чтобы поставить три фильма, дальнейшее — история.

— А о его личной жизни что-нибудь известно?

— Он всегда держался незаметно. Конечно, ходят разные слухи.

— Какие слухи?

— Да ничего нового. Что был женат и разведен пять раз, что гомосексуалист, что бисексуал, что подсел на наркотики и никак не может слезть. Выбирайте, что вам нравится.

— У вас есть о нем какое-нибудь мнение?

— Только о его работе. По-моему, он просто ненормальный. Такой способен реанимировать Джека Потрошителя [84] Такой способен реанимировать Джека Потрошителя… — Фраза, в которой можно усмотреть ироничный намек на «реанимацию» этой персоны самим Блохом (см. интервью писателя и комментарий к нему в наст. изд.). и заставить его орудовать электрическим ножом для разделки туш.

Виццини действительно свихнулся на массовых убийствах. Вы, наверное, знаете, что именно он предложил Дрисколлу этот проект. Это было еще до того, как пригласили меня, но я знаю, что первоначально он планировал сам сыграть роль Нормана.

— Этого я не знал. — Клейборн покачал головой. — Конечно, это сходство…

— Дрисколл, должно быть, отговорил его от этого, сказал, что им нужно имя, и заключил контракт с Полом Морганом. Но Виццини лично его опекает. Даже выбирал для него парики и одежду.

— И нож, — сказал Клейборн. — Он как раз этим занимался, когда я пришел к нему. Похоже, он точно знает, каким видом оружия пользовался Норман.

Рой глубоко вздохнул.

— Неудивительно, что вы так поражены. Если он на самом деле ассоциирует себя с Норманом…

Клейборн поднялся.

— Думаю, нам надо поговорить с мистером Дрисколлом.

Однако у Аниты Кедзи были другие соображения на этот счет.

Едва они появились в офисе Дрисколла, она принялась качать головой.

— Прошу прощения, но его нет, — сказала она. — Даже не знаю, вернется ли он сегодня…

— Умница.

Мисс Кедзи повернула голову и увидела Марти Дрисколла, который открыл дверь за ее спиной и кивнул своим посетителям.

— Поздравляю, — сказал он. — Мне понравились эти страницы.

Рой посмотрел на Клейборна.

— А Виццини — нет.

— Знаю. — Дрисколла это, похоже, не смутило. — Хотите об этом поговорить?

Он жестом пригласил их в свой кабинет.

— Мистер Дрисколл, — окликнула его Анита Кедзи. — Насчет вашего разговора с Нью-Йорком…

— Не беспокойся. — Продюсер взглянул на часы. — Там сейчас уже полвосьмого, он, наверное, пошел ужинать. Когда вернется, позвонит мне домой. — Закрыв дверь у нее перед носом, Дрисколл уселся за свой стол, по другую сторону которого уже расположились Рой и Клейборн. — Рад, что вы зашли. Я сам собирался связаться с вами, после того что наговорил мне Виццини. — Он улыбнулся Рою. — Трудно вам с ним пришлось?

— Он говорил со мной, — сказал Клейборн. — Похоже, недоволен тем, что сцены убийств смягчены.

— Ну а я доволен. — На этот раз улыбка Дрисколла была адресована им обоим. — Запомните одну вещь. Виццини взвинчен. Нам всем сейчас нелегко, ведь съемки вот-вот начнутся.

— Именно об этом я и хотел поговорить, — сказал Клейборн.

— Я слушаю.

Пока психиатр пересказывал свой разговор, Рой следил за реакцией Дрисколла.

Казалось, тот слушал довольно внимательно, неподвижно сидя за своим большим столом. Но едва Клейборн заговорил о сходстве Виццини с Норманом Бейтсом, как Дрисколл перебил его.

— Я этого не заметил, — сказал он.

— Но Виццини заметил. Он даже хотел сыграть эту роль.

— Джорджу Уорду это понравилось бы. — Дрисколл хохотнул. — Это его шутка. Он сам рассказывал всем об этом.