Роберт Блох - Психоз 2

— Простите, что беспокою, — произнес он. — Просто решил узнать, получили ли вы новые страницы.

— Да, получила.

— И что вы думаете?

Она рассказала ему о звонке Виццини.

— То есть вы полагаете, что он намерен проигнорировать изменения? — В голосе Клейборна послышалась тревога, и Джан тоже забеспокоилась.

— Что происходит? — спросила она. — Неужели никто не хочет прислушаться к моему мнению?

Клейборн помолчал немного, потом произнес:

— Все довольно запутано…

— Да я и сама запуталась, — перебила его Джан. — Совершенно запуталась. — Она посмотрела в окно, за которым стояла сплошная пелена тумана. — Послушайте, если вы не заняты, может, заедете что-нибудь выпить?

Он снова помедлил с ответом, и первой нарушила молчание Джан:

— Прошу вас. Мне это нужно.

— Скоро буду.

Вот и отлично.

Впрочем, не совсем. Ибо едва Джан повесила трубку и направилась через холл на кухню, как снова услышала плач.

Здесь он казался громче. Она приблизилась к задней двери, идя на звук, и различила в неведомом голосе настойчивые нотки.

Открыв дверь, она увидела котенка.

Крошечный желтый комочек шерсти пристроился на пороге и глядел на нее топазовыми глазками. Она взяла его на руки: котенок почти ничего не весил. Он прижался к ее руке и замяукал от удовольствия.

— Откуда ты взялся, котик? Потерялся?

— М-р-р…

Дымчатые зеленые глаза серьезно смотрели на нее. И вдруг она почувствовала, как мокрые бока задрожали.

— Бедняжка, да ты весь промок…

Джан закрыла дверь и отнесла котенка в раковину. Взяв с полки полотенце для посуды, она осторожно вытерла его мокрую шерсть. Постепенно он перестал дрожать.

— Ну вот, так-то лучше. — Она положила полотенце на полку над раковиной. — Ты голоден?

— М-р-р…

— Что ж, давай посмотрим, что у нас есть.

Джан опустила его на линолеум. Котенок сидел не двигаясь, однако внимательно следил зелеными глазками за тем, как она открывает холодильник и достает оттуда пакет молока. Вынув из шкафа блюдце, Джан налила в него молоко и поставила на пол рядом со своим гостем, который только этого и ждал.

И тут явился еще один гость.

Услышав звонок, она поспешила через холл в гостиную, но на этот раз включила наружный свет и глянула в глазок, чтобы посмотреть, кто там. Затем распахнула дверь, впустив внутрь холодную сырость и Адама Клейборна.

— Быстро вы, однако, — сказала она.

— Мотель недалеко отсюда, на бульваре Вентура. — Он посмотрел в окно. — Но все же я едва не заблудился. Даже дорожных знаков не видно. Неудивительно, что вам неохота сидеть тут одной.

— А я не одна, — ответила Джан. — У меня гость.

Она провела Клейборна на кухню, и они остановились в дверях. Котенок прильнул к блюдцу, неторопливо слизывая розовым языком остатки молока.

Клейборн улыбнулся.

— Ваш приятель?

— Надеюсь. Несколько минут назад нашла ее у задней двери.

— Ее? — Клейборн смотрел на пушистый комок. — Откуда вы знаете, какого он пола?

— Женская интуиция. — Джан подошла к котенку и взяла его на руки. — Ну вот, детка, ты и попила. Теперь наша очередь.

— М-р-р…

Котенок уютно устроился у нее на руках. Джан провела Клейборна в гостиную, и, когда собралась опустить пушистого зверька на пол, тот вцепился ей в свитер своими маленькими когтями. Она попыталась было высвободиться, но котенок держался крепко.

— Ну ладно, отпусти меня ненадолго, — пробормотала она.

— Не беспокойтесь. Я возьму инициативу в свои руки. — Клейборн направился к бару. — Виски со льдом?

— Отлично.

Джан сидела на диване, пока он готовил им напитки, и поглаживала котенка, который продолжал мурлыкать. Ее пальцы нащупали под шерстью теплую кожу, и она подивилась ее мягкости. Нежное мурлыканье как будто исходило из теплых глубин его крохотного тела. А каким он казался хрупким!

Почти инстинктивно она дотронулась рукой до своей шеи и нащупала пульс. Кровь пульсировала у нее под кончиками пальцев, и она не могла не удивиться еще раз. Мы все одинаковые. Такие уязвимые. Какая-то доля дюйма — единственная наша защита. А если кожа окажется содранной или ее надрежут, здесь, возле артерии…

— Где вы?

Она подняла глаза и увидела перед собой Клейборна, который протягивал ей стакан.

— Что?

— О чем задумались?

— Ах да. — Она взяла стакан и пожала плечами. — Ни о чем.

— Ну же, расскажите. Я сохраню ваш секрет.

Он сел рядом с ней на диван. Котенок моргнул и убрал когти. Потом спрыгнул на ковер и свернулся клубочком у нее в ногах.

Клейборн повернулся к Джан.

— Этот жест, который вы только что сделали… о чем вы думали?

— О Мэри Крейн.

Она не хотела этого говорить и, только когда произнесла это имя, поняла, что сказала правду.

— И что же вы о ней думали?

— Да не о ней. О себе. — Джан невольно кивнула, избегая его пристального взгляда. — Наверное, это часть профессии. Когда вживаешься в роль, начинаешь идентифицировать себя с персонажем.

— Не надо.

Она посмотрела в его глаза. Он уже не улыбался.

— Но если я собираюсь играть эту роль, то должна.

— Не надо.

Джан сделала глоток, но виски лишь разожгло в ней былое негодование. Черт возьми, он казался таким милым, когда пришел, что она почти забыла о его недовольстве картиной. На сей раз, пообещала Джан самой себе, она будет следить за тем, что делает.

— Прошу вас. — Она постаралась не выдать своих чувств ни голосом, ни выражением лица. — Мы это уже проходили. Только из-за того, что я сказала вам о несогласии Виццини с этими изменениями…

— Дело не только в этом…

Джан откинулась назад, потягивая виски, и стала слушать его рассказ о встрече с Виццини, о сходстве режиссера с Бейтсом, об их с Роем визите к Дрисколлу и о разъяснениях Дрисколла насчет пожара и участия Виццини в проекте.

Джан слушала молча, пока он не закончил.

— Это все? — спросила она.

Клейборн удивленно поднял брови.

— Разве этого недостаточно?

Она поставила стакан.

— Возможно, даже чересчур.

— Послушайте. Не верите мне — спросите Роя Эймса.

— А чему я должна верить? Сначала вы говорите мне, что Норман жив, теперь говорите, что он мертв и что это Виццини устроил пожар.

— Насчет Нормана я не уверен, и у меня нет доказательств того, что Виццини причастен к пожару. Но одно несомненно: он ассоциирует себя с Норманом Бейтсом, поэтому я и счел необходимым предупредить вас насчет ассоциации с Мэри Крейн.

Котенок потерся о ее ногу, и она наклонилась, чтобы погладить его.

— Я себя и с этим котенком ассоциирую. И со многими другими людьми, да и мало ли с чем еще. Может, это потому, что я актриса…

— Большинство из нас ассоциируют себя с кем-то, в той или иной степени.

— Большинство? — Она выпрямилась. — Но не психиатры, полагаю. Им несвойственна подобная слабость.