Реймонд Хаури - Убежище

— Дайте-ка взглянуть, — сказал он и еще раз внимательно осмотрел рану иракца.

Рана оказалась сквозной. Пуля вошла в правый бок и вышла чуть выше бедра. Фарух лишь стонал, но не кричал от боли и даже не потерял сознания, значит, пуля не задела ни аорту, ни печень с желудком. Но Корбен знал: вполне возможны какие-то другие внутренние повреждения, и видел, что Фарух теряет кровь, хотя и не слишком быстро.

Нужно было решать, что делать.

Часто и прерывисто дыша, Фарух со страхом смотрел на Корбена:

— Ну как?

— Кажется, главные органы невредимы. Не бойтесь, все обойдется. — Корбен окинул взглядом салон, но не нашел ничего, чем Фарух мог бы прикрыть рану. — Не отнимайте рук от раны, это поможет остановить кровотечение.

Фарух прижал к боку обе руки и скривился от боли. Лицо его покрылось потом, и он едва выговорил прыгающими губами:

— Вы знаете, где здесь ближайшая больница?

Именно об этом сейчас и думал Корбен.

— Не хочу подвергать вас риску, — спокойно объяснил он. — У этих бандитов повсюду свои осведомители, так что они легко доберутся до вас и в больнице. Лучше отвезу вас в посольство, это всего двадцать минут езды.

Растерянность на лице Фаруха сменилась облегчением. В посольстве он будет в безопасности, и наверняка там самые хорошие врачи.

Он откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, уйдя в себя.

Корбен включил мотор и двинулся дальше.

— Мне нужно кое-что у вас узнать. Кто за вами гоняется?

— Не знаю, — ответил Фарух, дернувшись от боли, когда машину подкинуло на ухабе.

— Ну, должны же вы хотя бы предполагать. Как эти люди узнали о коллекции? Как они нашли вас?

Фарух сполз пониже и слабым голосом рассказал свою печальную историю. О том, как Абу Барзан пригласил его в компаньоны для продажи коллекции, пообещав поделиться выручкой, как Хаджи Али Салум нашел какого-то покупателя, пожелавшего купить всю коллекцию, включая книгу, которую Фарух запретил ему продавать, после чего к Али пришли какие-то бандиты и пытали его электрической дрелью, пока он не скончался.

— А почему вы не хотели продавать книгу? — спросил Корбен.

Лицо Фаруха отуманилось выражением угрызений совести и сожаления.

— Я знал, что ее захочет купить ситт Эвелин и за это поможет мне устроиться жить в Ливане.

Корбен кивнул.

— Вы работали с ней в Ираке, когда она обнаружила подземные камеры, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он.

Сначала Фаруха поразило, что Корбен знает об этом, но, вспомнив, что Корбен — друг Эвелин, он успокоился.

— Да. Она затратила много времени и трудов, чтобы установить, что означает этот символ. И когда бандиты убили Хаджи Али, мне пришлось сбежать, я догадался, что им нужно, только не понимал зачем.

Корбен быстро обдумал полученную информацию. Он и раньше догадывался, из-за чего загорелся весь сыр-бор, но лишь теперь все окончательно встало на свои места. Кроме одного.

— Ну и где же она?

— Что? — растерянно спросил Фарух.

— Я про книгу. Где она сейчас?

— Как где? В Ираке.

— Что?! — пораженный уставился на него Корбен.

— Вся коллекция по-прежнему у Абу Барзана, а где же еще? — быстро и отчаянно говорил Фарух. — Он ни за что не даст мне ни единой вещицы, пока не получит от меня денег. Он даже в Багдад их не принес, слишком опасно носить их при себе. Они у него в Мосуле.

— Но вы же сказали Рамезу, что вещи у вас!

— Ничего подобного! Я сказал только, что продаю их, — запротестовал Фарух. — Это он так решил. Но вещи-то чужие, как же они могут быть у меня!

Задумавшись, Корбен угрюмо смотрел на дорогу. Он это предполагал, но почему-то думал, что скорее всего Фарух принес коллекцию в Ливан и где-нибудь спрятал, пока разыскивал Эвелин.

— А Абу Барзан, он в Ираке?

— Наверное, — слабым голосом отвечал Фарух. — Или уже вернулся в Мосул.

Корбен лихорадочно соображал. Значит, все варианты, которые он рассматривал до встречи с Фарухом, полетели к чертям!

— У вас есть его телефон?

— Конечно.

Корбен достал свой мобильник:

— Какой номер?

Фарух испуганно уставился на него:

— Что вы хотите ему сказать?

— Я — ничего. Это вы будете с ним говорить. Скажете ему, что вы нашли покупателя. Ведь он об этом вас просил, верно? Так какой у него номер?

Пока Корбен набирал номер, на Фаруха вдруг напал страх. Он боялся американца, спасавшего его от бандитов, во всяком случае, уверявшего его в этом. А ведь недавно он приставил к его голове пистолет и блефовал его жизнью.

Голова у него закружилась, веки отяжелели, и жжение в области живота стало еще сильнее. Он проклинал свое невезение, свою судьбу и самого Аллаха и жалел, что невозможно повернуть время вспять. Лучше бы он никогда не вспоминал про Эвелин и про ее интерес к проклятой книге! Лучше бы он продал целиком всю коллекцию Али, поцеловал бы его в лоб в знак благодарности и благополучно забрал деньги. Даже Багдад был лучше, чем его теперешнее положение.

Корбен послушал мобильник и передал его Фаруху, который принял его трясущейся рукой и прижал к уху. В ней слышались длинные гудки.

Наконец ответил голос Абу Барзана, хриплый голос заядлого курильщика:

— Кто это?

— Это я, Фарух. — Голос Абу Барзана звучал более ясно, чем обычно, и в трубке приглушенно слышалось радио. Наверное, он ехал в автомобиле.

— Фарух! — как всегда весело отозвался Абу. — Где ты находишься, черт тебя подери? — Он добавил несколько непристойностей для описания своего друга. — Я пытался с тобой связаться, но твой номер не отвечал.

— Я у покупателя, — отвечал Фарух, следуя инструкциям Корбена. — Он готов купить коллекцию.

Корбен искоса посмотрел на него. Каким-то образом Фаруху удалось изобразить улыбку.

— Опоздал, братец, — со смешком сообщил ему Абу Барзан и прибавил еще одно крепкое словцо. — Я уже ее продал.

— Что значит продал?! — потрясенно переспросил Фарух.

— Вот еду в машине, везу ее покупателю.

Настроение у Фаруха поднялось.

— Значит, они еще у тебя?

— Разумеется, прямо здесь, со мной.

— Так я же говорю тебе, что у меня нашелся покупатель. — Фарух увидел, что Корбен обернулся к нему, и испугался его реакции. Он постарался взять себя в руки и обнадеживающе кивнул ему головой.

— Так продай ему что-нибудь еще! — говорил Абу Барзан. — У тебя же полный подвал всякой всячины.

— Послушай, — прошипел Фарух, стараясь не выдавать своего волнения. — За книгой, которую ты продаешь, охотятся очень опасные люди. Они уже убили Хаджи Али и еще нескольких человек, понимаешь?! Из-за нее они похитили одну женщину, моего друга, и в меня самого уже стреляли, слышишь?

— В тебя стреляли?! — Последовал очередной залп проклятий, только на сей раз не в адрес Фаруха.