Питер Робинсон - Все оттенки тьмы

— Извини, — пробормотал Бэнкс. — Просто… что-то у меня начинается паранойя. Но ты сама посуди — сразу после визита мистера Броуна мадам Жервез заявила, что закрывает дело. Отправила меня в отпуск и велела держаться от работы подальше. Неужели ты скажешь, что это ее собственная инициатива? А еще мне кажется, что вчера во время обеда за мной следили. Да и вообще, последние несколько дней у меня четкое ощущение, что за мной хвост. Согласись, странно все это.

— Ну, раз уж тебе интересно — нет, со мной никто не связывался. Я просто пытаюсь здраво оценить твои малоубедительные доводы.

— Но ты можешь хотя бы признать, что все и впрямь могло быть так, как я описал?

— Не могу. С отелловской концепцией я еще соглашусь — может, кто-то и впрямь подталкивал Хардкасла к убийству. Мы не знаем, был ли у Сильберта роман на стороне. Это вполне возможно. Его могли начать шантажировать, а он послал шантажиста куда подальше и доказательства — на той самой флешке — оказались у Хардкасла. Но принимать всерьез всю эту шпионскую дребедень я отказываюсь, и вовсе не факт, что люди всегда ведут себя как когда-то раньше, по шаблону. Никто не знал, что так все выйдет. И не мог знать. Вот что я пытаюсь тебе объяснить.

— Никаких доказательств шантажа мы не нашли, — заметил Бэнкс.

— Мы вообще не нашли никаких доказательств, кроме тех, что поддерживают версию о банальном убийстве из ревности.

— Неправда. Мы же знаем, что Сильберт работал на разведку. Мы нашли флешку и визитку с несуществующим телефонным номером. Ко мне приходил мистер Броун и завуалированно пытался угрожать. Кстати, он чертовски много знал обо мне и моей личной жизни. И после всего этого дело вдруг начали считать раскрытым и более не достойным внимания. А я так не считаю. И вообще, не нравится мне все это. Очень не нравится.

— Да, какой-то резон в твоих словах есть. Но жутковато, знаешь ли. — Энни передернула плечами. — Лучше бы ты держал эти мысли при себе.

— Значит, ты мне веришь?

— А что, за тобой правда следят? — спросила в ответ Энни.

— По-моему, да. С того дня, когда ко мне заявился Броун.

— Видать, здорово ты его взбесил, — ухмыльнулась Энни. — Они, наверное, теперь считают тебя непредсказуемым субъектом.

— Что есть, то есть. Он даже про Софию знал.

— Кто, Броун?

— Угу. Знал, где она живет. Упомянул мою «обворожительную юную подругу из Челси».

Энни на минуту примолкла. Почему-то упоминание «обворожительной» Софии расстроило ее и сбило с толку. Она вдруг стала себе противна, сразу вспомнила про все свои недостатки, морщинки и лишний вес. И ведь Бэнкс даже не заметил, что у нее новая стрижка.

— Так что ты собираешься делать? — спросила наконец, она.

— Мне нужно кое-что еще разузнать, — ответил Бэнкс. — А потом я поеду в Лондон, сам осмотрю квартиру Сильберта. Да и вообще, покручусь там, повынюхиваю. Все равно у меня еще несколько дней отпуска осталось.

— Будешь гоняться за призраками и сражаться с ветряными мельницами?

— Возможно.

— Ну и ну, — протянула Энни. — Только учти: если они впрямь укокошили одного из своих агентов, что им стоит убрать вредного копа?

— Спасибо за напоминание. Я-то пытаюсь об этом не думать. Но что мне остается? Мадам Жервез закрыла дело. Здесь у меня никакой поддержки не будет.

— Ты уж там аккуратнее.

— Постараюсь.

— Остановишься у Софии?

— Наверное. Если она не слишком занята.

— Вряд ли она не найдет для тебя времени. Только…

— Что?

— Стоит ли ее в это втягивать?

— Я ее никуда не втягиваю. Да они и так уже про нее знают.

— Слушай, ты своей паранойей заразил и меня.

— Это не так уж и плохо, — улыбнулся Бэнкс. — Будешь настороже. Да ты не волнуйся, я буду начеку. И за Софией присмотрю.

Энни вонзила ногти в подставку для пива.

— А от меня ты чего хочешь?

— Чтобы ты, пока меня не будет, была тут моими глазами и ушами. Вдруг тебя что-то насторожит. Обращай внимание на все, что хоть немного выбивается за рамки нормы. Могу я на тебя рассчитывать, если мне понадобится пробить что-нибудь по базе, поговорить еще раз с Вайменом или кем-нибудь еще из театра, прогнать отпечатки? В общем, всякое такое.

— Двум смертям не бывать, а одной не миновать, — ответила Энни. — Что-нибудь еще?

— Да. Будешь поливать мои цветы?

Энни шлепнула его по руке.

— Как только приеду в Лондон, куплю себе новый мобильник, — продолжил Бэнкс. — Такой, одноразовый. Не хочу, чтобы кто-нибудь прослушивал мои разговоры. Я тебе позвоню, и ты запишешь новый номер.

— Ты прямо как преступник, — нахмурилась Энни. — Ты всерьез думаешь, что тут замешана разведка, да?

— Это ты просто мистера Броуна не видела. И вот еще что… — добавил Бэнкс.

— Что такое?

— Что это ты сотворила с волосами? Выглядишь — супер, отпад.

Бэнкс не думал, что к нему снова явится какой-нибудь еще незваный гость, коллега мистера Броуна, но на всякий случай запер дверь и включил сигнализацию. И вообще держал ушки на макушке. Разогрев телятину по-веллингтонски из универмага «Маркс и Спенсер», Бэнкс открыл бутылочку «8 песен Шираза» 1998 года. После ужина он, наплевав на недособранный шкаф, устроился в кресле с книгой Стивена Доррила о разведке. Тихо играл концерт Джона Гарта для виолончели.

Три с лишним года назад в доме Бэнкса произошел пожар, и почти весь прошедший год он занимался ремонтом. Пристроил еще одну гостиную, добавил ванную комнату и застекленную веранду. До ремонта он в основном жил на кухне или в передней гостиной или изредка коротал вечерок, усевшись на ограду у ручья. Теперь он постоянно торчал на веранде или в новой гостиной. Это было приятно. На кухню заходил, только чтобы приготовить поесть — вернее, разогреть что-нибудь, — а в передней гостиной устроил кабинет, перетащив туда компьютер и два потертых кресла.

История разведки оказалась не очень захватывающим чтивом. С романами Яна Флеминга и не сравнить, с грустью подумал Бэнкс, вспомнив, как зачитывался ими подростком. Он осилил несколько глав, но ничего нового пока не узнал. До описания работы нынешней разведки ему предстояло одолеть еще много-много страниц.

Около половины десятого задребезжал телефон. Звонила София. Бэнкс с облегчением отложил книгу в сторону.

— Хорошо добралась до дома? — спросил он.

— Да, нормально. Скучно только. В следующий раз поеду поездом. Тогда хоть поработать смогу в дороге или книжку почитать.

Бэнксу показалось, что она с трудом сдержала зевоту.

— Устала?

— Что-то долгий денек получился, — ответила София. — Все эти фестивали искусств уже начали сливаться в один.

— А какие у тебя планы на неделю?

— Да все те же. Куча интервью. Пятнадцатиминутный сюжет о новой книжке про Джеймса Бонда, которую Себастьян Фолкс написал. Даже Дэниел Крейг поучаствует.