Питер Робинсон - Все оттенки тьмы

— Нет, мэм, я не удивлена. Но я ничего этого не знала.

— Так что вы на это скажете, инспектор Кэббот? Насколько мне известно, рядом с Сент-Джонс-Вуд никакого моря нет.

— Я выражалась фигурально, мэм, — ответила Энни. — Подруга инспектора Бэнкса живет в Лондоне. Возможно, — начала она, но тут раздался звонок ее мобильного. Недавно она сменила сигнал — теперь вместо «Богемской рапсодии» группы «Квин» телефон издавал обычный звон. Энни, как никогда, обрадовалась, что ее прервали.

— Ответьте, — велела Жервез. — Вдруг что-то важное.

Энни подчинилась. В трубке раздался голос Бэнкса.

— Извини, — выпалила Энни, — я сейчас не могу говорить. У меня встреча.

— Жервез?

— Да, верно.

— Она что, в курсе?

— Думаю, я все успею, Уинсом. Пока! — Энни спешно свернула разговор.

— Сержант Джекмен? — уточнила Жервез.

— Да, мэм. Мы с ней собрались сходить в школу, поговорить с учителями Ники Хаскелла.

Они с Уинсом действительно собрались нанести туда визит, так что Энни не считала, что нагло врет. Просто немножко перетасовывает события. В школу ведь она точно отправится — сразу после беседы с Жервез.

— Надо же, а я подумала, это инспектор Бэнкс.

— Нет, мэм. Говорю же вам, он отдыхает.

— Странно он проводит отпуск. Рыщет всюду, допрашивает кого ни попадя. — Жервез положила на стол ладони. — Энни, инспектор Бэнкс очень мне симпатичен. Честно. Я очень уважаю его, прекрасный специалист, и мне будет чертовски жаль, если ему придется уйти. Мне сложновато порой налаживать с ним контакт, но вы-то — другое дело. Даже не знаю как, но вы всегда находите с ним общий язык.

— Я не…

Жервез махнула рукой:

— Пожалуйста, не перебивайте. Мне и самой сложившаяся ситуация весьма неприятна. Дело Хардкасла — Сильберта с точки зрения криминалистики оказалось элементарным. Один убил другого, потом покончил с собой. Однако не все так просто. Понимаете, тут замешаны определенные люди, которые тесно связаны со спецслужбами и, скажу прямо, с самим начальником полиции. Мне звонили с самого верха и настоятельно рекомендовали прекратить всякие расследования. Ни я, ни начальник полиции не можем ручаться за последствия, которые станут возможными, если кто-нибудь из наших подчиненных по глупости своей вздумает продолжить расследование. Вы понимаете, о чем я?

— И что они сделают? — поинтересовалась Энни. — Убьют его?

— Ведите себя прилично, инспектор Кэббот! — Жервез грохнула кулаком по столу. — Речь идет о делах государственной важности. Недопустимо совать туда нос из праздного любопытства. Нельзя. Ни вам, ни инспектору Бэнксу. Поймите, вы рискуете не только своими головами.

Такая вспышка эмоций поразила Энни. Она еще никогда не видела, чтобы суперинтендант Жервез теряла самообладание. Видимо, на нее здорово надавили.

— Ну и что же я могу с этим поделать, как вы думаете? — спросила Энни.

— Я думаю, вы можете держать меня в курсе. И если инспектор Бэнкс свяжется с вами и попросит вас о помощи… Мой вам совет: откажите ему и тут же доложите о разговоре мне. Дайте ему понять, что, если он надумал продолжить расследование, ему придется делать это в одиночку.

— Вы предлагаете мне стать доносчицей? — уточнила Энни.

— Я предлагаю вам поразмыслить над перспективами своей карьеры. И карьеры инспектора Бэнкса заодно. Лично я хочу, чтобы вы двигались выше. И хочу, чтобы вы не пачкали свои руки этим делом и о любых несанкционированных действиях докладывали мне. Справитесь?

Энни промолчала.

— Инспектор Кэббот?

— К этому расследованию я не имею никакого отношения, — соврала Энни.

— Вот и впредь держитесь от этого подальше, — сказала Жервез и жестом указала ей на дверь. Энни направилась к выходу, но Жервез окликнула ее: — И вот еще что, Кэббот. Если я узнаю, что вы втянули в эту историю сержанта Джекмен или еще кого-нибудь из наших офицеров, я вышвырну не только вас, но и их тоже. Ясно?

— Вполне, мэм, — сказала Энни и аккуратно закрыла за собой дверь. Сердце у нее колотилось как бешеное, руки дрожали.

Во время коротенького разговора по телефону Бэнкс сразу понял, что Энни у Жервез, поэтому ближайшие полчаса провел в «Старбаксе». Выпив кофе-латте двойной крепости, он снова позвонил. На этот раз Энни уже смогла с ним поговорить — как раз шла по Кинг-стрит на встречу с Уинсом, к школе.

— Ну, в чем там дело? — спросил Бэнкс.

— Тучи сгущаются, — ответила Энни. — Ты у нас теперь — персона нон грата.

— А заодно и все, кто посмеет со мной связаться?

— Именно, — сказала Энни каким-то перепуганным, прерывистым голосом. Она ведь идет в школу, вспомнил Бэнкс. Но на этом отрезке Кинг-стрит спускается, а не идет в горку, и вообще, Энни еще слишком молода, чтобы страдать одышкой. Бэнксу вдруг тоже стало как-то не по себе. Он оглянулся, однако на него никто не обращал внимания. Но, собственно, в спецслужбах работают не идиоты, они не станут явно демонстрировать свой к нему интерес. Стараясь держать паранойю под контролем, Бэнкс спросил:

— Так что случилось?

— Она знает, где ты вчера был и с кем разговаривал.

— Ты про Таунсендов?

— Да.

Это была полная неожиданность. Бэнкс никак не думал, что старички позвонят в полицию. Впрочем, это-то как раз совершенно естественно — если они и впрямь имеют отношение к разведке. Ну да, еще один способ отвадить его от дела, пока он не успел ничего натворить. Или Таунсенды просто доложили о его визите начальству, а уж начальники позвонили копам. Но это уже детали, главное, что полицию оповестили.

— В двух словах, в чем суть претензий? — спросил Бэнкс.

— А ты как думаешь? Если я дорожу работой, то должна держаться от тебя подальше и немедленно сообщить Жервез, если ты вдруг решишь меня задействовать. Ну а потом бросить тебя на произвол судьбы. Может, вам с Софией на пару дней уехать в Девон или Корнуэлл? Это всем облегчит жизнь, включая тебя самого.

— И твою тоже, Энни?

— Какой же ты идиот, — вздохнула Энни. — Я же не сказала, что буду выполнять приказы Жервез! Я просто намекнула тебе на существование вполне разумного решения проблемы. Ну а ты, как всегда, все принимаешь в штыки.

— Все-таки наша мадам Жервез — нехорошая, — сказал Бэнкс. — И, кстати, разумное решение — отнюдь не всегда лучшее.

— Эти слова выбьют у тебя на могиле. Слушай, я уже почти подошла. Мне надо тебе еще кое-что сообщить, пока я не передумала. Кое-что важное.

— Да? — Бэнкс навострил уши.

— Ники Хаскелл сказал, что пару недель назад видел Марка Хардкасла в «Красном петухе» в компании Дерека Ваймена.

— «Красный петух»? Любимое заведение всех местных подростков, да? Караоке и жалкие закосы под Эми Уайнхаус?

— Примерно, — подтвердила Энни.

— Что они там забыли?