Катажина Бонда - Девушка полночи

– Как Буль собирался объяснить кражу вышестоящим?

– Все было продумано. Шел сильный снег, поэтому мы решили, что в субботу утром уедем кататься на лыжах. Гостиница в Италии была забронирована для четырех человек с вечера в воскресенье на четырнадцать дней.

– Хитро, – похвалил Дух. – То есть на кого именно?

– Я, Буль, Янек и Клара. Конечно, Янек должен был присоединиться к нам позже или мог вообще не приехать. Это зависело от развития ситуации. Но в пятницу ночью он позвонил со скандалом, крича, что Буль его кинул. Говорил о какой-то подозрительной даме, психологе из полиции, которую Буль якобы нанял, чтобы его уничтожить. Он был не в себе, в ужасе оттого, что его предали, и наверняка сильно пьяный. Он заявил, что если Буль позволяет себе грязную игру, то он тоже не только может, но и будет поступать так же. Тогда я обо всем этом не знала, Павел рассказал мне только после возвращения из СИЗО, что Янек пошел к Слону и наябедничал как первоклассник, сказал, что Павел планирует нападение. В этот же день к нам пришел некий человек, вызвал мужа на разговор где-то в городе и сделал ему выгодное предложение. По возвращении Павел сказал мне, что кататься на лыжах мы поедем немного позже. В воскресенье он разрешил мне пойти в костел. Если бы кто-то интересовался им, то я должна была говорить, что мы были вместе. Собственно, он привез меня и даже немного потоптался возле входа. Возможно, люди видели нас на мессе. Потом он поехал в «Иглу», я получила эсэмэску, что мы увидимся дома. Я должна была подготовиться к поездке. К сожалению, все вышло из-под контроля.

– Что это было за предложение?

– Мне кажется, Буль должен был убить Иглу. Буль всегда меня оберегал, так же было и в этот раз, но ритуал подготовки к экзекуциям я очень хорошо знала. Он позаботился и обо мне, чтобы меня ничто не связывало с делом в случае неудачи. Он уже давно этого не делал, лет пятнадцать.

– Только пятнадцать?

– Я не буду об этом говорить, – прямо заявила она. – Но да. Только пятнадцать. И не надо ловить меня на слове.

– Кем был этот человек?

– Посланцем. Пешкой. Он был похож на таксиста. Усы, бурая куртка, кепка.

– Вы бы узнали его?

– Возможно. Хотя не уверена. Да, скорее узнаю.

– Кто его вызывал? К кому посланец отвез вашего мужа?

– Думаю, что это была встреча с самим Поплавским, но головы на отсечение не дам. Не знаю. Честно, – быстро ответила она, а потом добавила: – Но муж не стрелял ни в Иглу, ни в Изу. Он приехал слишком поздно. По возвращении был очень резок и напуган. Я впервые видела Павла в таком состоянии, а ведь знала его много лет. Тот, кто это заказал, видимо, думал, что сведет их там, чтобы они друг друга поубивали, и проблема будет решена. Но в «Игле» кто-то подменил Буля. Изу чуть не убили случайно.

– Откуда такая уверенность?

– Павел мне сказал, – прозвучал простой ответ.

– Чудесно. Хотел бы я иметь такую жену, которая верит всему, что я говорю, – подытожил Дух с издевкой.

– Я ему верю, потому что… – Она запнулась. – Я, кажется, знаю, кто мог это сделать. Я даже Павлу этого не сказала, а, наверное, надо было. Может, он был бы жив. Но этот человек очень важен для меня. Он спас меня, когда я была серьезно… больна.

– О! – Духновский поднял бровь и усмехнулся: – Наконец-то что-то конкретное. Хотъ какая-нибудь фамилия, кроме той на «П», и чтобы в кличке не было хобота, а в реальности лопоухих ушей.

Тамара покраснела, как подросток. Духу показалось, что она пожалела о своем признании.

– Я внимательно слушаю, – сказал он.

– В день убийства Янека я сбила на машине мужчину, на улице Шопена. Я даже и не подумала, что этот человек может иметь какое-либо отношение к происходящему, но теперь, особенно теперь, когда столько всего случилось, мне хотелось бы, чтобы вы это проверили. Я не уверена и ни в коем случае не хочу никого обвинять безосновательно. Это очень хороший человек. Ангел. Именно так я его воспринимала в течение долгих лет. И многих других людей тоже. Потому мне так трудно сейчас об этом говорить.

– Понимаю, – пробормотал Дух и подумал, что о Буле она не говорила с таким пиететом.

Он вынул бутылку, чтобы наполнить ее стакан и тем самым развязать ей язык, но она накрыла стакан ладонью.

– Мне уже лучше. Я хочу от всего этого избавиться.

Тамара рассказала, что мужчина появился со стороны улицы Фишера, возле пешеходного моста. Он мог не заметить ее. Она ехала по Шопена, возвращаясь с мессы в гарнизонном костеле. Чувствовала себя разбитой, скорость явно была превышена. Человек выбежал ей прямо под колеса. Она заметила его слишком поздно, не успела затормозить. В этот день на дороге была гололедица. От удара он перелетел через ее машину и упал на встречной полосе. Она сразу же выскочила из авто и подбежала к нему. Ей показалось, что пешеход погиб, но он встал и отряхнулся, был только слегка оглушен. Она узнала его и была в отчаянии оттого, что именно сегодня с ней случилось такое. Она предложила отвезти его в больницу на Хроброго, но он отказался, мотивируя свой отказ довольно странно: он очень спешит, ему нужно срочно ехать. Она подумала, что это проявление травматического шока. У него могло быть сотрясение мозга, какие-то внутренние травмы. Ей очень не хотелось брать грех на душу.

– Кто? – Дух задал только один вопрос. Его начинали раздражать эти душещипательные рассказы.

Тамара назвала фамилию мужчины, и лицо майора побледнело. Конечно же он знал его, как и любой другой житель этой страны. Он почувствовал сильное сердцебиение и беспокойство: не издевается ли над ним собеседница? Не прислал ли ее сюда Слон, например? Давно он не попадал в такой переплет. Каким образом он мог проверить эту информацию, не делая ее достоянием общественности?

– Как выглядел этот человек? Вы узнаете его на опознании? Повторите ли вы то, что сказали сейчас, в суде?

Тамара дважды подтвердила и подробнее описала все, что сохранилось в памяти. Кроме кожаной куртки и джинсов она запомнила также пряный запах одеколона.

– Мне кажется, что я тогда помогла ему скрыться.

– Прекрасный рассказ. – Дух пытался сохранять спокойствие, не выдавая возбуждения. Он сейчас притворялся недоверчивым следователем, сомневающимся, уставшим от болтовни, хотя внутри все кричало «наконец-то». – Но почему вы считаете, что это он застрелил Иглу?

– Потому что это Мартин Старонь, находясь на лечении в реабилитационном центре брата Альберта, написал «Девушку с севера». Я только подправила ее до той версии, которая сейчас повсеместно ротируется и авторские права на которую имеем Буль и я. Вы можете проверить это в Ассоциации авторов. Права были у Буля, извините, до меня до сих пор не дошло, что его нет. Кроме того, я была в номере 102 в «Розе», когда умерла Моника, и знаю, что она не совершала самоубийства, это Игла дал ей наркотики. Он не хотел ее убивать, просто она была ослаблена после аборта. Отцом ребенка был Мартин. Может, это он попросил тогда Слона, чтобы тот ликвидировал ее брата и своего единственного друга, потому что парень требовал мести и грозил тем, что придаст дело огласке. Надеюсь, мне не нужно говорить, кто лично выполнил этот приказ?