Филипп Марголин - Спящая красавица

Судья Стиллман выглядела озадаченной.

– У меня нет возражений, ваша честь, – сказала Дилайла, подумав, что перерыв пойдет Эшли на пользу.

– Очень хорошо. Можете воспользоваться совещательной комнатой присяжных заседателей.

Судья позвала конвоиров и сказала им, что намерена сделать перерыв и дать возможность Уиллеру посовещаться со своим подзащитным. Они проводили Уиллера и Максфилда в комнату для совещаний, а офицер тюремной охраны покинул зал суда и встал у другой двери комнаты для совещаний, выходящей в коридор.

Судья Стиллман объявила перерыв. Присутствующие двинулись в коридор, некоторые остались стоять у своих стульев, перебрасываясь репликами. Дилайла подошла к месту свидетеля.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она Эшли.

– Скорее бы все кончилось.

– Ты держалась достойно, и перекрестный допрос Уиллера, выдержишь так же, если будешь помнить мои простые правила.

– Я помню. Думать прежде, чем отвечать, говорить только правду, не бояться признать, что не знаешь ответа, и всегда просить мистера Уиллера уточнить, если не поняла вопрос. Дилайла широко улыбнулась:

– Великолепно, юная леди. Можешь хоть сейчас поступать на юридический. Выбирайся из этого кресла и немного разомни ноги.

Эшли и Дилайла приблизились к столу обвинителя. К ним присоединились Ларри Берч, Тони Маркс и Джерри Филипс. Ван Метеры спросили Дилайлу, как, по ее мнению, проходит слушание. Она ответила, что у нее нет сомнений: дело Максфилда неизбежно выльется в судебный процесс. Она опять похвалила Эшли, что та хорошо держалась во время допроса.

– А что они там делают, в комнате для совещаний? – спросила Эшли у Дилайлы.

– Не знаю.

По правде сказать, у мисс Уоллес были кое-какие соображения на этот счет, но она не хотела понапрасну будить в Эшли надежды. Заместитель окружного прокурора подозревала, что показания главной свидетельницы убедили Максфилда в том, что он непременно проиграет судебный процесс. Она рассчитывала, что сейчас обвиняемый просит своего адвоката договориться о сделке.

– А вам не кажется, что... – Но прежде чем Филипс успел закончить свой вопрос, из комнаты для совещаний, шатаясь, вышел человек в оранжевом тюремном комбинезоне. Удивленный охранник отступил в сторону и лишь в следующий момент подхватил его. Дилайла, нахмурясь, всматривалась в лицо арестанта.

– Это же Уиллер, адвокат! – закричала она, устремляясь через зал к охраннику. – Где Максфилд?

На лице охранника было написано недоумение.

– Это адвокат! – повторила Дилайла, указывая на Уиллера. – Ваш пленник поменялся с ним одеждой. Он сбежал!

Конвойный снова взглянул на человека, которого крепко держал в руках, и наконец сообразил, что происходит.

– Постереги Эшли! – приказал своему напарнику Ларри Берч, тоже ринувшись к комнате для совещаний.

Дилайла была уже там. Основную часть пространства в длинной узкой комнате занимал большой стол на двенадцать человек. Конвойный, которого поставили у выхода, ведущего в коридор, лежал распростертый на полу, между дверью и столом. Ларри Берч промчался мимо Дилайлы и, наклонившись над охранником, пощупал у него пульс. Тот дышал.

– Скорее врача! – крикнул Берч Дилайле и, выхватив оружие, выскочил в коридор, примыкающий к залу заседаний.

Какие-то две женщины, вскрикнув от неожиданности, прижались к стене. Мускулистый строительный рабочий отреагировал противоположным образом: он едва не бросился на вооруженного детектива. Берч показал ему полицейское удостоверение.

– Я детектив полиции. Вы видели, как из этой комнаты выходил человек в костюме?

Мужчина покачал головой, не отводя взгляда от оружия Берча. Детектив побежал по коридору, к широкой мраморной лестнице, ведущей в вестибюль здания, держа пистолет прижатым к боку, чтобы не сеять ненужной паники. Большинство людей пользовалось лифтом, поэтому сыщик подозревал, что Максфилд скорее всего избрал лестницу, где народу поменьше. Несколько человек, что попались навстречу Берну, были поглощены собственными тяжбами либо служебными проблемами и не обратили на детектива внимания. Точно так же, по всей видимости, они не обратили внимания и на Максфилда.

В вестибюле перед входом были установлены металлоискатели. Группа охранников проверяла на этом детекторе людей, входящих в здание. Но ни один из них не обращал внимания на тех, кто из здания выходил. На улице недавно был дождь, однако сейчас светило солнце и воздух насытился озоном. Берч посмотрел в сторону Четвертой улицы, потом через дорогу, на раскинувшийся парк. Джошуа Максфилд исчез.

Когда Ларри Берч вернулся в зал суда, за столом защитника сидел Барри Уиллер, а его окружали судья Стиллман, Ван Метеры, Дилайла Уоллес, Тони Маркс, Джерри Филипс и Эшли Спенсер.

– Я шагнул в совещательную комнату и поставил свой кейс на стол, – рассказывал Уиллер. – Максфилд находился у меня за спиной. Прежде чем я успел к нему повернуться, он сдавил мне горло, да так сильно, что я не мог ни вздохнуть, ни крикнуть. С помощью борцовского приема он уложил меня на пол и обвил туловище ногами. Очевидно, это какой-то специальный зажим в борьбе. Несколько секунд я боролся, но вскоре вырубился. А когда пришел в себя, то уже был одет в комбинезон Максфилда, а мои собственные одежда и кейс исчезли.

– У вас есть какие-нибудь предположения относительно того, где он скрылся? – спросил Тони Маркс.

– Нет. Он никогда не говорил ничего такого, что могло бы вызвать хоть малейшие подозрения. Он собирался писать книгу об этом судебном деле. Производил впечатление человека, который твердо вознамерился пройти через судебный процесс.

Маркс заметил вошедшего напарника.

– Ну что? Есть какие-нибудь успехи?

Берч отрицательно покачал головой.

– Ты объявил тревогу? – спросил он.

– Да. Похоже, Максфилд спланировал все заранее. Уиллер считает, что его наняли, поскольку он внешне очень похож на Максфилда.

Берч некоторое время всматривался в адвоката.

– Проклятие! А мне и в голову не пришло.

– Вот и мне тоже, – смущенно пробормотал Уиллер.

Из комнаты совещаний появился врач, а за ним следом – подвергшийся нападению охранник. Двигался он не очень твердо. Врач подошел к Уиллеру:

– Позвольте мне осмотреть вас, чтобы выяснить, не требуется ли лечение в стационаре.

Все посторонились, давая возможность доктору работать. Дилайла заметила, как бледна Эшли.

– Ничего не бойся, – принялась уговаривать Дилайла свою объятую страхом свидетельницу. – Мы тебя защитим.

Эшли опустилась в кресло. Дыхание ее было частым и прерывистым.

– Он стремится исчезнуть, убраться вон из штата, Эшли, – продолжала убеждать помощник окружного прокурора. – Вспомни, ведь в первый раз его схватили далеко, в Небраске. Максфилд вовсе не собирается торчать возле тебя. Он надеется убраться из Орегона подальше.