Филипп Марголин - Спящая красавица

Когда колокола на церкви прозвонили шесть раз, в конце одной из мощенных булыжником улиц, что вливались в городскую площадь, появился Филипс. Он остановился в тени каштана, чтобы отдышаться. Несмотря на вечер, солнце яростно пылало в безоблачно-синем итальянском небе, и температура превышала тридцать градусов. Джерри обливался потом. Машину ему пришлось оставить на стоянке у подножия холма, поскольку извилистые улицы были слишком узки для нормального движения. Единственными транспортными средствами, которые в этих краях попадались ему на глаза, были маленькие грузовички, доставлявшие продукты в городские лавки. Когда один такой проехал мимо него на окраине Сан-Джорджио, Джерри вжался в стену, чтобы избежать столкновения.

Эшли смотрела, как Джерри тащится через площадь к ресторану. Она всегда испытывала симпатию к своему адвокату. Эшли вспомнила, каким юным он ей показался при первой встрече. Джерри выглядел не намного старше ее самой, хотя в отличие от нее был взрослым. Сейчас она наблюдала, как молодой человек обводит внимательным взглядом площадь. Он был одет лучше, чем когда они только познакомились: сменил очки на контактные линзы, а свою прежнюю стрижку – на более короткую. И надо сказать, выглядел весьма импозантно. Эшли невольно улыбнулась. Несмотря на меры предосторожности, принимаемые ею, чтобы не встречаться ни с кем, кто бы мог ненароком вывести на нее Джошуа Максфилда, было очень приятно увидеть знакомое лицо.

Рядом с рестораном, за одним из столиков, выставленных прямо на площадь, два старика в потертых коричневых костюмах и белых рубашках с расстегнутым воротом, потягивали кофе эспрессо и обсуждали успехи местной футбольной команды. Еще один человек, весь покрытый пылью – скорее всего строительный рабочий, – ел сандвич и читал газету. Джерри сел поодаль от него, за маленький столик под огромным зонтиком. Он развернул свой стул таким образом, чтобы полностью находиться в тени. Эшли увидела, как адвокат смотрит на часы. Он снял пиджак и ослабил галстук. Эшли вышла из церкви.

После неблизкого перехода от автостоянки до площади Джерри мучила жажда, но официанта поблизости не было, и он старательно вытягивал шею в сторону двери ресторана. Когда же повернул голову обратно, перед ним за столиком сидела женщина с короткими иссиня-черными волосами, в зеленовато-голубой рубашке и желто-коричневых широких брюках. Темные солнцезащитные очки скрывали ее глаза. Лицо Джерри расплылось в улыбке.

– Я тебя сразу и не узнал, – произнес он. – Выглядишь потрясающе. Тебе идут темные волосы.

Эшли чуть смущенно коснулась рукой прически.

– Блондинки в этих краях все равно что белые вороны.

Произнося это, Эшли незаметно осматривалась в поисках каких-либо признаков опасности.

– Я совершенно уверен, что за мной не было слежки, – сказал проницательный Джерри, стараясь успокоить Эшли. – После нашего разговора я по телефону заказал билеты и уже через два часа поехал в аэропорт. Никто даже не знал, что я с тобой встречаюсь. А когда приземлился во Флоренции, то на машине отправился прямиком сюда.

В дверях кафе появился официант.

– Ты хорошо знаешь этот город? – спросил Джерри.

– А что? – встревожилась Эшли, бросая быстрый взгляд через плечо.

Джерри засмеялся:

– Да расслабься ты! Я спросил потому, что умираю с голоду. Я уже двадцать часов в пути и за это время проглотил только какую-то муру, что подавали в самолете. Что здесь есть съедобного? Это же Италия – тут должны готовить вкусные блюда из макарон.

– Извини. Я просто...

– Не надо объяснять. Добудь мне лучше что-нибудь поесть и попить.

Эшли сделала знак официанту и бегло заговорила с ним по-итальянски.

– У тебя так здорово получается, словно ты родилась в этих краях. Настоящая итальянка! – восхитился Джерри, когда официант ушел.

Эшли пожала плечами:

– Если знаешь испанский, то итальянский не так сложно освоить.

Откинувшись на спинку стула, Джерри с любопытством приглядывался к Эшли. Он все еще не мог свыкнуться с тем, что она изменилась. Дело не только в цвете волос. Что-то новое, непривычное в ее лице, фигуре, во всем облике... Он вдруг в полной мере осознал, что, когда в последний раз видел Эшли, та была девчонкой-подростком. Нынешняя же Эшли, сидящая сейчас напротив, была женщиной.

– Я действительно очень о тебе тревожился, – сказал Джерри. – Как ты поживаешь?

– У меня все хорошо. Я люблю Италию. Наслаждаюсь спокойствием. Здесь я чувствую себя в безопасности.

Джерри вздохнул и выпрямился на стуле.

– Тебе придется вернуться домой.

Эшли испуганно уставилась на него и воскликнула:

– Я не могу!

– Ты должна. Случилось нечто важное. Нечто такое, что все меняет.

– Что именно?

– Умер Генри Ван Метер. Он скончался неделю назад.

– Мне жаль, – печально проговорила Эшли. – Он мне нравился. Был очень добрый. Но какое отношение имеет его смерть ко мне?

– Это он нанял меня, чтобы я приехал сюда и все объяснил.

– Что объяснил?

Джерри помолчал, подбирая подходящие слова.

– Кейси по-прежнему находится в коме.

Эшли кивнула. Лучше бы Джерри прекратил ходить вокруг да около и открыл ей наконец причину своего приезда.

– Пока Генри был жив, они с Майлзом постоянно спорили о том, как быть с Кейси. Генри хотел продолжать поддерживать в ней жизнь и надеялся на чудо. Майлз же придерживается мнения, что следует отключить ее от аппарата искусственного жизнеобеспечения. Генри опасался, что, когда он умрет, Майлз будет назначен опекуном Кейси и осуществит свое намерение. Сейчас Майлз подал заявление в суд с просьбой назначить его попечителем. Слушания назначены на следующую неделю.

На лице Эшли отразилось недоумение.

– Но какое отношение все это имеет ко мне?

– Самое прямое. – Джерри помолчал. Видно было, что он чувствует себя неловко. – Когда ты услышишь новость, поймешь, почему у меня было ощущение, что в этот момент тебе захочется на кого-то опереться.

– Джерри, пожалуйста, не томи. Что случилось?

Филипс подался вперед и, потянувшись через стол, взял руки Эшли в свою ладонь, одновременно посмотрев ей в лицо.

– Тебе нужно вернуться в Портленд и попросить суд назначить опекуном тебя.

– С какой стати мне это делать? Почему суд вообще станет ко мне прислушиваться?

Он крепче сжал ее руки.

– Кейси – твоя мать.

Рот у Эшли открылся, но она не сумела ничего вымолвить. Она высвободила руки и уставилась на Джерри как на сумасшедшего.

– Я понимаю, тебе нелегко это принять...

– Моя мать? – наконец хрипло рассмеялась Эшли. – Моя мать умерла, Джерри! Ее убил Джошуа Максфилд!

– Нет, твоя мать еще жива. Кейси Ван Метер – твоя биологическая мать. Я видел доказательства.