Галина Романова - Свой дракон

Готик крутился неподалеку от лазарета – вот-вот должен был выйти «подышать свежим воздухом» брат Иер. Юноше очень хотелось узнать как можно больше о драконах. Тот обещал рассказать…

Неожиданно в поле зрения мелькнули знакомые светлые волосы. Авидар! Горец опять куда-то шагал, не глядя по сторонам. На окрик он не реагировал, и Готик бегом бросился догонять друга.

– Погоди! Да постой ты! – Добежав, схватил Авидара за локоть.

– Стою, – согласился тот.

– А ты куда?

Золотистые глаза уставились в упор. Юноши почти дышали в лицо друг другу.

– Мне надо!

– Куда?

– Прогуляться. – Почему-то Готик был уверен, что Авидар говорит ему правду.

– За пределы монастыря? – ужаснулся он и тут же получил кивок. – Но ты же слышал приказ гроссмейстера! Военное положение… Запрещено…

– Я знаю одну лазейку. – Губы горца сложились в улыбку. – Хочешь покажу?

– Прямо сейчас?

– Дождемся, чтобы стемнело?

– Нас могут заметить…

– Не бойся! Лучше дай мне руку!

Пальцы юношей переплелись – и мир в ту же секунду словно перестал существовать. Нет, вокруг по-прежнему были люди. Они ходили, говорили, чем-то были заняты. Но этих двоих как бы не существовало.

– Тсс… – прошептал горец.

Беглецы двинулись прочь, направляясь к крепостной стене, вернее, к тому месту, где много лет назад стояла Девичья башня. Лишь два корпуса, библиотека и второе учебное крыло, примыкали к ней, расположенные под углом. Несколько деревьев росло у стены, и колючий кустарник разросся у камней. Кладка тут отличалась по цвету и размерам камней, земля была неровной – еще сохранялись остатки фундамента башни, который частично разобрали, когда заделывали отверстие. К удивлению Готика, его проводник уверенно вскарабкался на остатки башни и указал куда-то вниз.

Девичья башня была почти круглой, а новая стена проходила через нее, как бы рассекая на две половины. Лишними камнями засыпали внутренности, но было заметно, что кто-то не так давно отодвинул некоторые из них в сторону, так что образовалось нечто вроде норы.

– И когда ты только успел? – фыркнул Готик, догадавшись, чьих это рук дело.

– Не я первый. – Авидар спрыгнул вниз. Его голос зазвучал глуше. – Думаешь, никто до нас тайком не сбегал из монастыря? Лезь сюда!

Юноша присоединился к другу. Внутри было темно, холодно и удивительно сыро, словно подземная влага нарочно скапливалась тут. Но уроки брата Дайвена по ориентированию во мраке не прошли даром – понадобилось всего несколько секунд, чтобы сосредоточиться, представив, что они опять на занятии.

Десять шагов… поворот… еще десять шагов… четыре ступеньки… пять шагов… стена… тихий скрип рычага – и в лицо пахнуло свежим воздухом.

– Ух ты!

Они выбрались на склон под крепостной стеной, не доходя нескольких шагов до покрытого льдом рва. Тень от стены падала сверху.

– А что мы здесь делаем? – Готик огляделся по сторонам. Он за последний год всего второй раз покидал пределы монастыря, и сейчас для него даже это место казалось диковинным. Даже глубокий снег, в который он мигом провалился по колено – здесь, в тени, сугробы только начинали таять.

– Не знаю, что будешь делать ты, а я собираюсь искупаться! – В доказательство своих намерений горец принялся стаскивать одежду. – Подержишь?

– Купаться? – До юноши не сразу дошло. – В снегу?

– Да, пока он еще не растаял полностью. – Авидар уже скинул на руки друга куртку, стянул через голову рубашку и один за другим снимал сапоги. – Тут тень, сугробы будут лежать еще месяц-полтора, а если весна будет холодной, то и дольше…

– Это ты в тот раз тоже в снегу купался? – вспомнил Готик. – Когда у тебя одежду украли? Ну после ареста и…

– Да. – Раздевшись догола, горец несколько раз взмахнул руками, присел, повел плечами, переступил с ноги на ногу, словно разминаясь перед боем. – Тогда я чувствовал себя каким-то… ну грязным.

– А что случилось сейчас?

– Ничего. Просто привычка. Я же с вами в баню почти не хожу.

Юноша кивнул, припоминая, что после того осеннего случая, когда они подрались с Яунистом и их потом заставили до полуночи бегать вокруг монастыря, его друг перестал ходить в баню вообще. Лишь в самом крайнем случае он переступал порог помывочной и при этом старался сделать все дела как можно быстрее и улизнуть. Учитывая, что банный день был в монастыре раз в месяц, случалось это всего раз или два.

Размяв мышцы, Авидар упал на снег, выбрав сугроб побольше, несколько раз перекатился, извиваясь всем телом и совершенно не стесняясь своей наготы. Да, у них в горах свободные нравы! Готик поймал себя на мысли, что любуется тем, как его друг катается по снегу. В его движениях было что-то знакомое, что-то похожее на…

На полет дракона это было похоже, вот на что! Примерно так же кувыркался в ночном небе тот самый дракон, которого юноша видел со стены! Словно горец тоже видел этот танец-полет и сейчас старался вспомнить и повторить все его движения. И, надо признать, получалось это превосходно. Надо только представить, что вместо рук – крылья, а вместо сугробов – облака…

– Что смотришь?

Выпрямившись на коленях, Авидар набрал полные пригоршни снега, растирая грудь.

– Да так. – Готик прикусил язык, чтобы с него не сорвалось слово «любуюсь». Сюда бы хоть какую девчонку! Хоть деревенскую замарашку… А горец, как назло, красив! Длинные волосы, чуть раскосые глаза в ореоле длинных ресниц, легкая и какая-то загадочная тень улыбки, жилистое стройное тело…

Внезапно юноша почувствовал озноб. Взгляд скользнул по боку Авидара и зацепился за косой не до конца зарубцевавшийся шрам, красной полосой пересекавший бок.

– Откуда это у тебя? – прошептал он.

– Что? – Улыбка мигом погасла. – А… не обращай внимания. Это старый шрам. Знаешь, сколько их у меня было?

– Это не старый шрам. – Готик покачал головой. – Его раньше не было.

– А ты так хорошо меня знаешь? – изменившимся голосом спросил Авидар. Выпрямился, расправил плечи. Стало заметно, что он чуть выше собеседника – хотя стоял ниже по склону, их глаза оставались на одном уровне.

– Не знаю, но… Когда ты в тот раз купался в снегу… ну когда у тебя украли одежду, а я видел в небе дракона, его еще не было!

– Ты в этом уверен?

– Да. Ему примерно неделя…

Внезапно в памяти так ярко вспыхнуло воспоминание-картинка, что юноша зажмурился. Неделю назад… Гроссмейстер только что поведал, что Орден готов объявить войну драконам… Все расходятся, удивленные и подавленные… Яунист и его подпевалы устраивают засаду… Внезапно появляется дракон. Дракон, который явно старается отвлечь внимание на себя. Яунист кидается на него с мечом… И ранит тоже левый бок!