Галина Романова - Свой дракон

– Только не забудь сказать, что тебя это тоже очень интересует, – парировал юноша. – А иначе с чего ты к нам цепляешься, если не ревнуешь? Видимо, тебе это тоже небезразлично, а Ширд не дает!

На несколько секунд в казарме повисла тишина, а потом грянул многоголосый хохот.

– Я-а, – протянул молодой рыцарь, сжимая кулаки, – тебя убью…

Отстранив Вилию, Авест сделал быстрый шаг вперед:

– Убей сначала меня!

И столько энергии и желания немедленно умереть прозвучало в голосе горца, что молодой рыцарь попятился перед объединенными чувствами этих двоих, беззвучно бормоча угрозы.

Смущенная, раздосадованная и злая Вилия все-таки поплелась за Авестом, мысленно проклиная на все лады и злобный нрав дракона, и собственную мягкотелость. Доверять чудовищу, по недоразумению принявшему облик человека, не стоило. Мало ли что у него на уме. Затащит в укромный уголок и слопает!

Однако обошлось. Горец через развалины Девичьей башни вывел ее за пределы монастыря, к краю крепостного рва, и подтолкнул к воде:

– Вот, искупайся тут. Здесь тебя никто не увидит.

– Уверен? – Девушка огляделась по сторонам. Снег давно растаял, но земля в тени стены не успела прогреться, и трава только-только проклевывалась.

– Уверен! Я тут всю зиму в снегу купался. Давай-давай! Времени мало.

– А… ты? – Девушка отчего-то засмущалась, взявшись за пояс.

– А что я? – Авест и вида не подал, что заметил намек. – Я посторожу.

С этими словами он отступил на несколько шагов и развернулся боком, так, чтобы видеть стену и вместе с тем всем своим видом давая понять, что созерцание окрестностей интересует его в гораздо меньшей степени, чем девичьи прелести. Но он же животное! Что с него взять?

Решив не забивать себе голову посторонними мыслями, Вилия стала торопливо стаскивать одежду.

В тот день Готику так и не удалось переговорить с Иером Безухим, а наутро времени тем более не осталось. Зато нужные несколько минут выкроил сэр Альдон.

Он нашел бывшего драконоборца в музее. Новоявленный послушник протирал пыль с экспонатов, обмахивая метелкой черепа и кости убитых в прошлые века драконов и их сородичей, отмывал доспехи самых выдающихся драконоборцев прошлого и витрины с их личными вещами. Большинство экскурсий в музей устраивается в начале обучения, когда очередной поток новичков в обязательном порядке приводят сюда, да в те времена, когда экспозицию обновляют, добавив кое-какие экспонаты. Увлекшись работой, Иер не сразу заметил вошедшего. Он даже вздрогнул, когда его окликнули.

– Ох, брат, – Безухий опустил метелку, – простите, но…

– Вы не слышали шагов?

– Слышал, но не думал, что вас интересует моя скромная персона. Со служителями редко вступают в разговоры…

– Вы не простой служитель. – Старый мистик прошел вдоль ряда доспехов, остановился перед одними из них. – Это, если не ошибаюсь, ваши?

– Да. – Иер вернулся к ним, машинально обмахнул влажной тряпицей, подмел метелкой постамент, на котором крепился обряженный в кольчугу манекен. – И просто удивительно, что они сохранились. Я не совершил никаких особенных деяний, мое имя не занесено в анналы Ордена…

– Как же? Вы навеки останетесь в памяти, как единственный драконоборец, который покинул наши ряды не после смерти, а при жизни.

– И который вернулся полвека спустя таким же молодым, как и прежде… Это дает основания подозревать меня в черной магии – дескать, я нашел эликсир бессмертия.

– Орден защитит вас от подозрений.

– Да, но не от любопытства окружающих.

– Во всяком случае, кое-какое время у вас есть.

– Вы о чем? – Иер подошел ближе. В этом зале они были одни, и пусть в соседних слышались негромкие шаги других послушников, сюда никто не заходил.

– Помните наш разговор? Вы тогда еще находились под присмотром брата-целителя…

– По поводу драконов?

– По поводу некоего Готика Дольского. Я заметил, что вы уделяете ему повышенное внимание, особенно после того случая с драконом.

– Да. – Бывший драконоборец напрягся. – А что вы хотите от меня?

– Вы не сможете правильно распорядиться знаниями, которыми обладает этот юноша. Вы не сможете полноценно обучать его нашему ремеслу. Вы, в конце концов, будучи послушником, вообще не имеете права становиться чьим бы то ни было наставником. Вы меня понимаете?

– Понимаю. А вы, значит, сможете? – Зеленые, как трава, глаза уставились в светло-голубые, водянистые зрачки.

– Я – мистик. Я чувствую. Дано ли чувствовать вам, брат?

Он произнес обращение с особыми интонациями, дабы подчеркнуть, что Иер Безухий не имеет полного права на это звание.

– Завтра турнир, – продолжал сэр Альдон. – Завтра десять победителей получат персональных наставников. Как вы считаете, каковы шансы Готика Дольского войти в число этих десяти?

– Понимаю, – кивнул Иер, делая шаг назад. – Вы хотите стяжать славу…

– Я хочу исполнить свой долг. Создатель избрал меня для этой миссии.

– Какой же, позвольте спросить?

– Найти дракона!

– И вы думаете, что Готик знает, где он прячется? – усмехнулся бывший драконоборец.

– Я не думаю – я это знаю, – уверенно произнес старый мистик. – В походе я наблюдал за этим юношей. Он порой ведет себя довольно странно. У него бывают видения, подозрительные сны… Он несколько раз проговаривался… случайно, сам не замечая, но я-то с некоторых пор следил за его речью, за его поступками. Он знает, где находится дракон! Тот самый дракон, который напал на нас в конце зимы. И я его найду!

– Зачем вы говорите это мне?

– Затем, что вы тоже много общались с Готиком. Может быть, он вам о чем-то проговорился?

– Нет, он ничего мне не сказал, – покачал головой бывший драконоборец.

– Жаль, – вздохнул сэр Альдон. – Я надеялся на вашу помощь…

Коротко кивнув на прощание, он направился к выходу. Иер догнал его уже у самых дверей, схватил за рукав.

– Вы в чем-то подозреваете юношу? – спросил он быстро.

– Пока Готика никто ни в чем не подозревает, – мягко ответил его собеседник. – Мы ведь не знаем точно, что ему известно, а что нет…

– Мы?

– Вы. Я. И другие, кому не безразлично будущее человечества.

Закончив разговор на этой несколько высокопарной ноте, старый мистик покинул музей.

Иер Безухий глупцом отнюдь не был. И прекрасно понял невысказанный намек.

Следующий день

Взволнованные и взбудораженные предстоящими событиями, ученики утром были взвинчены. С самого раннего утра казарма гудела, как потревоженный улей. Ширд, Пасак, Вильдо, Садуго носились туда-сюда, помогая «господам рыцарям» подготовиться к турниру. Доставали и чистили кольчуги, шлемы и наручи с поножами, проверяли крепость наплечников, спешно закрепляли разошедшиеся кольца, подшивали поддоспешники. Поигрывая мышцами, Яунист расхаживал по проходу между койками, громко оповещая всех и каждого, что он намеревается занять первое место: