Галина Романова - Свой дракон

– Разрешить… Просьбу удовлетворить… А что, давно пора!.. Помиловать… Принять к рассмотрению… Помиловать… Разрешить… Помиловать…

– Но, ваше величество, – случившийся тут же принц Негрин привлек внимание венценосного брата, – это же герцог Хесский, тот самый, который восемь лет назад…

– Ах да! – Лицо короля на миг помрачнело, рука с пером замерла в воздухе, но потом он улыбнулся снова: – А, ладно, в честь такого события… Освободить и заменить пожизненное заключение домашним арестом и ссылкой!

Придворные разразились восклицаниями, но Нерит Айнский уже ставил свою подпись под следующим документом.

– Великий магистр Ордена Драконоборцев, гроссмейстер сэр Лаймож Победитель драконов! – объявил майордом.

Его величество бросил взгляд через плечо. Подойдя, гроссмейстер церемонно преклонил колено:

– Позвольте поздравить вас, ваше величество, с рождением наследника престола! Вы не представляете, какое это счастье для всех ваших верных подданных!

– О да! – Нерит Айнский выпрямился, держа перо в руке. – Это замечательно!

– Вы так долго этого ждали…

– Очень долго, – кивнул король. – И Создатель вполне вознаградил меня за ожидание!

Он посмотрел на брата. Теперь, когда родился мальчик, принцу Негрину придется навсегда остаться принцем, и никогда уже ни ему, ни его сыну не стать королями.

– Как себя чувствует ее величество? – продолжал визит вежливости сэр Лаймож. – Мы неустанно молимся за ее здоровье…

При мысли о королеве и матери наследника король снова помрачнел.

– Ее величеству пока нездоровится, – сухо промолвил он. – От нее не отходит целитель. Будем надеяться, что ко дню представления ее величество полностью оправится.

– Младенцу нашли кормилицу?

– Да, – вместо короля ответил принц. – У ее величества подозревают родильную горячку.

Старший брат бросил «благодарный» взгляд на младшего. От родильной горячки умирала каждая десятая роженица, и Нерит Айнский не хотел допускать мысли, что лишится супруги. В конце концов, они прожили вместе шестнадцать лет, успели привыкнуть друг к другу. Будет ли добра новая королева к приемным детям? Не захочет ли родить собственного сына, приказав избавиться от первенца?

– Мы будем молиться, чтобы ваша супруга как можно скорее оправилась от своего недуга. – Сэр Лаймож склонил голову. – Может быть, наш орден чем-то сможет помочь?

– Сомневаюсь, – пожал плечами король и снова вернулся к бумагам. Однако он не добавил, как бывало в последние месяцы: «Прошу извинить, но я занят и мне некогда», что служило добрым знаком. Сэр Лаймож поймал взгляд принца и решил действовать дальше.

– Ваше величество, и все-таки драконоборцы могли бы помочь, – промолвил он. – Мы могли бы изловить и уничтожить того дракона, который…

– Дракона? – Нерит Айнский выпрямился резко, как от удара. – Какого дракона? Вы о чем?

– Ваше величество, мне известно, что причиной недомогания королевы стал дракон. Он напугал ее и вызвал… э-э… преждевременные роды. Очевидно, зверь рассчитывал, что женщина потеряет ребенка, но…

– Вы сами-то понимаете, что говорите? – перебил король. – «Он ее напугал, он рассчитывал…» Вы о ком говорите? О каком драконе? Откуда вы вообще взяли, что дракон там был?

– Вы сомневаетесь в наших возможностях? Рыцари-драконоборцы высочайшим позволением наместника Создателя на земле имеют право применять магию и…

– И применяйте ее где-нибудь еще, – оборвал король, взмахнув рукой с зажатым в ней пером. Капли чернил обрызгали присутствующих. – Что за глупости вы говорите?

– Вы мне не верите?

– Нет.

– Но дракон где-то здесь…

– У вас нет доказательств.

– Они будут!

– Вот когда появятся, тогда и приходите. А сейчас извините, но я занят!

Сэр Лаймож попятился, ощущая на себе десятки вопросительных, настороженных, напуганных и подозрительных взглядов. Все знали, насколько сильны и насколько нужны драконоборцы миру – до очередного Года Дракона осталось совсем немного.

Об этом гроссмейстер решил напомнить королю, но его величество только усмехнулся.

– Я вас раскусил, сэр Лаймож! – воскликнул он. – Вы спите и видите начать поскорее войну с драконами! После того как исчезли расшифрованные покойным Целоком бумаги, а потом погиб и он сам, вы стали открыто говорить о нападении на наших извечных противников. Но я – слышите, я – не хочу войны! У меня только что родился сын! Рисковать жизнью маленького ребенка, рушить мир, в котором моему сыну придется расти, я не имею права. Что бы вы ни делали, что бы вы ни планировали, раз и навсегда вот вам мой ответ: я войны не хочу и развязывать ее первым не буду! Люди никогда не нападут первыми!

– Но драконы уже напали!

– Да? И кто пострадал?

– Один из наших рыцарей простился с жизнью, другой стал инвалидом…

– Я слышал эту историю. – Нерит Айнский покосился на младшего брата, который рассказал ему о нападении, случившемся накануне Дня Создателя. – За полгода это единственный случай, когда дракон представлял собой угрозу для людей.

– Но вы признаете, что дракон существует!

Его величество не дал загнать себя в ловушку.

– Я могу признать это, – отчеканил он, – но я не верю, что дракон представляет реальную опасность. Я, уж если на то пошло, вообще не верю, что он до сих пор находится где-то поблизости. И вы с вашими россказнями уже надоели!

Гроссмейстер бросил быстрый взгляд на Негрина Айнского, наткнувшись на ответный взор. В треугольнике «король – принц – драконоборец» один явно был лишним.

– Придет время, ваше величество, когда вы получите доказательства моей правоты, – промолвил сэр Лаймож, отвешивая церемонный поклон, более приличествующий придворному, а не рыцарю. – И мне остается только молиться о том, чтобы мои рыцари успели сделать все, чтобы вам не пришлось жалеть об этом!

Не прибавив более ни слова, он развернулся и вышел вон, увлекая за собой своих спутников.

Школа Драконоборцев. Два дня спустя

Готик переступил порог монастыря с особенным чувством. С одной стороны, он испытывал громадное облегчение, что все позади и не придется в ближайшее время лазить по буреломам и чащам, выискивая драконоидов. А с другой – его снедало беспокойство. Он случайно приобщился к тайне, которая его пугала. Как поступить? Рассказать кому, что Авест оказался драконом? Что тогда будет? Поверят ему или нет? И что сделают с горцем?

Если бы тайна открылась в начале учебного года, юноша, наверное, не задумываясь, отправился к старшим наставникам и все им выложил. Но прошло время. Горец успел стать ему другом. Разве можно предавать друзей?

Но разве можно дружить с драконом?

Отдохнуть как следует ученикам не дали. Едва те разбрелись по казармам и разложили свои вещи, как им сообщили, что сегодняшний день назначен банным, а завтра будет устроено испытание.