Эленора Валкур - Надежда Ростона

– На полную не получилось, магиметр сломался. А ты видишь потенциал? Довольно редкий талант.

– У меня прорва редких талантов, – улыбнулся он, – одним из которых является безграничная скромность. Так это ты была? Наслышан об истории в Ризе, комиссия потом оставшихся полтора десятка претендентов маятником проверяла. Я к приборам бережно отношусь, выдал девяносто, и хватит…

– Да я тоже так хотела, не рассчитала. Слушай, а про остальных что скажешь?

Прямо перед нами на ярко освещенной зеленой полянке Босир и Сонир увлеченно гоняли импровизированный мяч из скрученных тряпок.

Подружки-хохотушки жеманно шептались в сторонке, делая вид, что заняты клумбой с редкими сортами таниций, а на самом деле внимательно наблюдали за близнецами. Пышечка, правда, изредка бросала в нашу с Дайоном сторону досадливые взгляды.

Семнадцатилетний парнишка все еще страдал от жары и поэтому устроился в тени раскидистого дерева, прислонившись спиной к толстому стволу. Периодически он промокал пот белоснежным платочком.

Рыжий крестьянин поначалу скромно стоял неподалеку, но потом братья позвали его к себе, и он с удовольствием присоединился к игре.

– Ну… Девчонки квантов двадцать-двадцать пять, не больше. Близнецы ближе к полтиннику, вполне приемлемый бытовой уровень, особенно, если пользоваться цацками. Орясина эта, тьфу, Орисяна, и десятка не выжмет, думаю, первая уйдет. Рыжий паренек где-то на уровне тридцатки, а толстячок – тот интереснее, он и восемьдесят даст, после меня и тебя самый сильный, но опыта совсем нет, впрочем, научить можно, главное, способности имеются.

– А таинственный господин со шрамом? – осторожно поинтересовалась я.

Дайон помрачнел и как-то косо на меня взглянул, но ответил:

– Я не чувствую его потенциала, с ним вообще история какая-то странная. Потенциал есть и неслабый, но я его не вижу, словно он закрыт для просмотра. И холодом от него веет каким-то могильным, даже жутковато.

Ну что же, попробуем… Не век же прятаться, а этому человеку, мне показалось, я могла доверять. Да, симпатия еще не повод, но надо же с чего-то начинать?

Я собралась с духом и, тщательно подбирая слова, тихо заговорила:

– Я тебе отвечу, почему тебе так кажется… И правильно, кстати, кажется. Наш общий знакомый – некромант, служитель Огненного Дракона.

И замерла, изучая реакцию собеседника, готовая ко всему, вплоть до возгласа: «Как ты нас вычислила, паршивка?!» и немедленной попытки меня придушить скрюченными пальцами… Но нет, Дайон всего лишь смертельно побледнел и взглянул на меня глазами, полными странной боли:

– Ты в этом точно уверена?

Его голос как-то треснул… Да, мне явно удалось шокировать парня.

Я только грустно кивнула в ответ, борясь с навалившимися детскими воспоминаниями.

…За год до трагедии, разрушившей жизнь Ростона и мою собственную, на королевскую семью было совершено покушение. В деле были замешены некоторые приближенные Радикта Второго, но без поддержки Тиоль-Тунна им не на что было бы рассчитывать.

Когда заговор раскрыли, во главе оказался щупленький старичок с благообразной бородкой. Казнили его за городом – повесили, а труп сожгли, но по дороге его попытался отбить отряд из десятка зомби, поднятых им загодя и ожидавших сигнала.

Как они были настроены, ума не приложу, ведьмака в тот момент уже заблокировали, видимо, хватило одной мысли. Я находилась в карете, отец вез меня домой после визита к венценосным родственникам, так как он лет с десяти таскал Тайна и меня по государственным делам, задача повесить колдуна по пути для него не казалась странной, он считал, что я должна пройти «школу жизни».

Конечно, в бой меня никто не звал, охрана живо успокоила нескольких мертвяков, оставшихся на ногах после нейтрализующего заклинания отца, а остальные попадали, как перезрелые груши.

Признаю, «школа жизни» в тот раз вышла излишне показательной, мне несколько месяцев потом снились кошмары. А через год кошмар наступил наяву. Но польза от этой встречи была несомненная – я видела в реальности метод нейтрализации мертвяков и навсегда запомнила ауру того старичка, бледно-серую, источавшую могильный холод.

– Уверена. Был в моей жизни опыт, который позволяет это утверждать.

– У нас за это сжигали еще до Черной Инквизиции.

– Может, сожгли не всех, но я думаю, что он – гость из Тиоль-Тунна. Или связан с ним.

– Границы с Тиоль-Тунном закрыты двести лет, хотя контрабандисты прекрасно пользуются морем для доставки дурмана и «сладких грез». Возможно, ты и права, но тогда что он здесь делает, его легко обнаружат?

– Придворный маг – высокая должность, позволяющая влиять на политику государства. А при необходимости – сменить неугодную власть, – довольно жестко прокомментировала я. – А что до обнаружения, то я сильно сомневаюсь, что госпожа Элойна когда-нибудь видела в своей жизни не то что некроманта, но и банального вампира, коих в каждом крупном городе по несколько штук бродит. Он же не знал, что здесь будет тот, кто с ними раньше встречался.

– Смена власти, говоришь? – скептически покосился на меня Дайон. – Не слишком ли?

– В Ростоне получилось. Они привели к власти старшего брата короля, свою марионетку без Дара, но с амбициями. Скионт родился не магом, а по законам Ростона наследником может быть только волшебник – на то есть особые причины. И бедолага обиделся, что родители его ущемили в правах на престол, дав только герцогство, кстати, самое крупное в стране. Не знаю, кто кого нашел, то ли Скионт некромантов, то ли наоборот, но факт остается фактом – Радикт погиб, все прочие наследники тоже, а на престол взошёл, впервые за историю, обычный человек. А Ростон теперь за это расплачивается. Я не хочу, чтобы то же самое повторилось здесь.

– Да, дочь деревенской ведьмы, ты неплохо разбираешься в истории и политике, – иронично заметил Дайон, и я только сейчас поняла, что, разволновавшись, наболтала лишнего.

Мое воображение опять услужливо подкинуло картинку: Дайон с перекошенным лицом тянет когтистые скрюченные пальцы к моей шее с воплем: «Ты и так слишком много знаешь!».

Но нет, он только грустно смотрел на меня и улыбался как-то по-доброму, видимо, заметив в моих глазах легкий всплеск паники.

– Я подозревал что-то в этом роде, но не был уверен. Я не видел в своей жизни еще ни одного некроманта, хотя с вампирами общаться приходилось. Интересно, в какой деревне ты получила столь полезный жизненный опыт?

– Мы же договорились не обсуждать эту тему, «мальчик-из-леса»! – я сосредоточилась на увлекательной игре в тряпичный мяч, чтобы не выдать себя еще чем-нибудь. – У меня тоже большие сомнения, что ты в простой семье охотников воспитывался, я же молчу… Если только в семье охотников за вампирами… Лучше скажи, что делать?