Эленора Валкур - Надежда Ростона

У Дасмы тоже отца нет, да и мать умерла, тетка ее воспитывала, но она же такой не стала. И сама себе, между прочим, добыла место под солнцем, так как понимает, что ей никто никогда ничего просто так не даст.

А эта особа вместо того, чтобы пробиваться самой, доказать личную ценность, когда на происхождение внимания уже обращать не будут, выбрала более простой и легкий путь – обиделась на весь мир вообще и на людей в частности.

Правда, образование она получила хорошее. Кстати, в моей школе. По специальности шеф-повара, перспективной и весьма недурно оплачиваемой, при наличии таланта, конечно.

Интересно, как ей это удалось? Я на свою кухню её бы и близко не пустила, если только на приготовление творога или сыра – от ее вида все молоко должно моментально скисать.

И вот мы с Орисяной остались вдвоем в предоставленных апартаментах. Вытянутая тусклая комната рядом с общим входом, и поэтому постоянно слышны шаги, голоса и звонкий хлопок входной двери. Две железные кровати с продавленными матрасами. Еще влажное постельное белье аккуратной стопочкой высится возле подушки, обтянутой наперником в подозрительных темных пятнах. Слева от входа платяной шкаф с не закрывающейся дверкой, а справа – вешалка прибита так высоко, что только «Орясина» и сможет достать.

Между кроватями у окна добротный деревянный стол с единственным стулом. Когда Орисяна поставила на него походную сумку с вещами, он издал жалобный вздох, и больше мы его трогать не рискнули – задвинули под стол.

На узком подоконнике чудом выжившая герань. Окно задернуто выцветшей коротенькой занавесочкой на провисшей веревке.

– А у тебя нет вещей? – удивилась Орисяна.

– Я… э… в городе поселилась у подруги. У нее жить и буду, так что располагайтесь, как вам будет удобно.

Не дожидаясь лишних вопросов, я выскользнула за дверь прогуляться. Летний душ обнаружила сразу за домом, как и обещала Элойна, тьфу, Светлая госпожа Элойна. Сортир модели «домик для медитаций» прислонился к чахлому деревцу неподалеку.

Путем нехитрого дедуктивного анализа установила, в какой комнате в гордом одиночестве поселился предполагаемый чернокнижник – он сразу заменил занавесочки на своем окне плотной непроницаемой черной тканью.

Потом прошлась по Королевскому Саду среди фиолетовых цветочков, вдыхая их пьянящий аромат. Насладилась изысканными трелями певуна – это крошечная серая невзрачная птичка, но так красиво поет, что заслушаешься. Еще потешила свою паранойю, прислушиваясь под окнами к разговорам потенциальных конкурентов, и вернулась обратно.

Орисяна уже закончила распаковывать вещи. Прилежно развесив их в платяном шкафу, она скучала на кровати, сложив ручки. Я присела на вторую кровать, не представляя о чем с ней говорить. От тягостного неловкого молчания меня спасла улыбающаяся физиономия одного из близнецов, возникшая в дверях:

– Девчонки, обедать пойдем?

– Идем! – искренне порадовалась я.

Завтрак был недавно, но слишком легкий, к тому же, я его так и не доела, а мой растущий организм настойчиво требовал чего-нибудь существенного. «Орясина», то есть Орисяна, поплыла за нами в столовую молчаливой тенью.

Я тем временем завязала разговор с братьями. Звали их Сонир и Босир, на год старше меня, окончили мастеровое училище в Гри по классу ювелирного дела. Потомственные мастера: и отец, и дед, и прадед – ювелиры, но в свете новых тенденций в образовании, родители решили дать сыновьям возможность закончить государственную школу, в дополнение к домашнему обучению.

На испытаниях первого тура оба выжали одинаковое количество – сорок семь квантов, чем меня поразили, но не количеством, а тем, что одинаково. Вполне приличный бытовой уровень, а учитывая их специальность, я тут же предложила изготовить мне парочку амулетиков, и в обсуждении тонкостей этой процедуры мы не заметили, как добрели до столовой.

Столики накрыты, а с кухни пахло так, что сводило желудок. Мы выбрали свободные места. По соседству расселись подружки-хохотушки, толстячок, крестьянин и мрачный тип в плаще. Точнее, уже без плаща.

Я краем глаза принялась его изучать. На вид лет двадцати пяти, но это ни о чем не говорило. Маги, при должном умении, могут выбрать себе любой подходящий возраст. Если иллюзия – скоро развеется, если молодильные заклинания или зелья – то надежнее, если просто остановлено старение – высокий уровень волшебника, такие и живут лет до двухсот пятидесяти.

Правда, несмотря на молодость, выглядел он как-то потрепанно, со шрамом на лице и пустым взглядом бесцветных водянистых глаз. Жутью и холодом от него несло за версту. Я поежилась, про себя удивляясь, как другие ничего не замечают.

– К вам можно присоединиться?

На последний свободный стул за нашим столом (по иронии судьбы почему-то оказавшийся именно рядом со мной) довольно-таки бесцеремонно плюхнулся улыбчивый брюнет – «энтомолог».

– Меня зовут Дайон. Инженер-оружейник. Можно Черный Волк.

– Мия. Целитель.

– Сонир.

– Босир. Мы ювелиры. Можно, Обормоты.

– Орисяна, – томно промурлыкала моя соседка, – кулинар.

Пара вышколенных королевских лакеев, наконец-то, принесла недурной овощной суп, на который все тут же с энтузиазмом накинулись. Утолив немного первый голод, я решила завязать безобидную светскую беседу с заинтриговавшим меня типом.

– Дайон, а что такое инженер-оружейник, что-то вроде кузнеца? – сомнение должно было явственно читаться во взгляде, которым я окинула его стройную фигуру. Парень хоть и спортивный, но скорее легкоатлет, чем силач, куда ему молот тягать.

– Нет, – усмехнулся он, внимательно следя за каждым моим движением, – кузнецы работают по моим чертежам. Ты видела когда-нибудь боевой арбалет?

Видела… Еще бы! Один такой у меня под кроватью лежит, впрочем, знать об этом первому встречному необязательно.

– Видела как-то. Тяжеленная такая штука, стреляет один раз, потом тетиву натягивать нужно, очень неудобно.

– Вот, а я создал конструкцию, которая позволяет за долю капли взводить арбалет чуть ли не одним пальцем, даже девушки легко справляются. Правда, из-за дополнительных блоков и рычагов эта штука, – снова усмехнулся он, – стала еще тяжелее. Это моя дипломная работа была.

Выдавать свои познания в этой области я посчитала неразумным, поэтому похлопала ресницами, тщательно подражая пустоголовой Тионе, и восхищенно сложила ручки:

– Ой, как интересно… Это, наверное, очень сложно?

Но Дайон на это не купился и вновь глянул так, будто видит меня насквозь. Паранойя привычно заворочалась в голове подлой змеей, норовя куснуть исподтишка. Очевидно же, паренька не убедила моя роль «девочки из леса». Или переигрываю, или не доигрываю…