Somber - Горизонты

Она повернулась и уже собралась уходить, когда П-21 окликнул ее вновь.

— Глори! — Она приостановилась и оглянулась на него с поднятой бровью. — Извини, что так получилось.

И вновь, эта грустная улыбка, которую я так ненавидела.

— Ты любишь ее. Тебе не за что извиняться. — П-21 беспомощно уставился на нее.

Я забралась обратно в танк, тяжело дыша. Он любит меня? Любовь? С-большой-буквы-Л любовь? Мои мысли прыгали с «Ю-ху!» на «это надо тщательно обдумать», с «Ооооо даааа», на «а теперь успокойся, Сахарок». Но подавляющим все это вопросом было…

Чего?

Как такое произошло? Любит как друга, быть может. Я могу понять это. Мы через многое вместе прошли. Но любовь? Любовь. ЛЮЮЮБОООВЬ! Эл ю бэ о вь… Вне зависимости от того, как я пинала это слово в своей голове, оно возвращалось яростным шаром сомнения и неуверенности. Как он это понял? Заслуживаю ли я этого? Хотела ли я этого, в конце-концов? И это ужасающее, противное «почему» прыгало вправо-влево и в центр.

Я закрыла глаза, ударяясь затылком об ободок люка. Почему. Почему-почему-почему-почему? Слишком многое происходило прямо в эту секунду. Я просто должна сосредоточится на делах с Когнитум. Когда все будет сделано, у нас будет целая жизнь на разговоры о любви, семье и… прекрасной жизни, которую сейчас я могла только примерно представлять.

Я вывалилась из люка и одарила П-21 самой фальшивой улыбкой из всех, что могла вообразить.

— Эй, тут кто-то говорил о Космическом Центре? — Я театрально оглянула холм вокруг танка, игнорируя фиолетовый хвост, исчезающий за углом. П-21 моргнул и посмотрел на меня.

— А, да, конечно. Говорили о двух Хищниках, которых видели около Космического Центра Луны. Сирокко и Вьюга . Возможно, они работают с Когнитум. — Он притормозил, тень подозрения упала на его лицо — Блекджек…

Я поспешила перебить, не дожидаясь начала разговора, к которому просто была не готова. Позже, когда уровень стресса будет поменьше и побольше времени на секс, обнимашки и самокопание.

— О, это может стать проблемой. Ну, мы справимся. Это то, чем я занимаюсь. Справляюсь со всяким. — Я издала короткий смешок, который, надеюсь, не звучал так, как если бы меня тошнило. Смех улетел с ветром, а я уставилась на него с усмешкой. « Нет. Я не собираюсь. Да ни в жи… » — Ты правда любишь меня? — жалобно спросила я.

Еби тебя Луна, Блекджек.

Он изумлённо смотрел на меня, беззвучно шевеля губами.

— Ты слышала… — наконец прошептал он, опуская свою голову так, что грива закрыла лицо.

— Я слышала, — созналась я, со вздохом садясь около танка и он присоединился ко мне, плюхнувшись рядом. — Любишь… ты… меня… ага… — неубедительно прошептала я. — Если ты хочешь отложить этот разговор на попозже, то это будет норм…

— Да, люблю, — просто согласился он, сломав мне весь романтический настрой, как дубина колено. — С тех пор, как ты ушла. Даже немножко раньше, наверное. — Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся. — Блекджек, ты уже больше не та кобыла, что покинула Девяносто Девятое. Ты… изменилась. Стала лучше. Ты многое повидала и через многое прошла. Так что… да. Думаю, я и вправду люблю тебя. — Жеребец с трудом сглотнул и затем спросил: — А ты чувствуешь то же самое?

— Любовь… — вздохнула я и скривилась. — Ненавижу это слово. Любоооовь. Фу. Для такого нам нужно больше слов. Типа вид любви, когда ты любишь кого-то как личность, и вид любви, когда чувствуешь, что не можешь без него жить. — Я придвинулась к нему поближе и пристроила голову у него на плече. — Я уже и не знаю. Я была влюблена в Глори… но теперь, я не знаю как назвать то, что между нами. Ты мне очень нравишься, П-21. И если я потеряю тебя… мне больно даже думать об этом. Это любовь?

— Не знаю. Для меня это тоже ново. Я чувствую к тебе то же, что чувствовал к нему. Вот и всё, что я могу сказать. — Он чуть пожал плечами и поцеловал моё ушко.

Я вздохнула.

— Что ж, полагаю, ты не будешь очень ревновать, если я решу порезвиться со Стигиусом и его сестрёнкой.

— Почему бы и нет, — усмехнулся жеребец. — Хотя, я определённо хотел бы поучаствовать. У этого Стигиуса такой круп, что у меня просто слюнки текут.

— Он такой милый, когда покусываешь его там. И ещё он такое умеет вытворять языком, что кажется, будто он достаёт тебе до самых гланд… — жеребец рядом с нами выразительно покашлял и я, запнувшись, оглянулась на Большого Папочку. После того, как моё прежнее тело расстреляло старого костлявого жеребца, он смотрелся не слишком привлекательно. — О, приветик. Давай к нам. Мы тут просто о сексе болтали.

— О, я уж понял, — вздохнул он. — Но когда, шоб покувыркаться с кобылкой, тебе над глотать зелья, эт уже не то. — Несколько секунд он разглядывал меня серьёзным взглядом. — Мне нужно, чтоб ты пошла с нами. У нас затевается военный совет. — Я разделила серьёзность момента с П-21 и мы оба кивнув, поднялись.

Есть вещи и поважнее нашей любви…

Мы направились вдоль изгороди, окружавшей амфитеатр.

— Значит, ты веришь, что я Блекджек?

— Возможно, — отозвался он, сверкнув на меня глазами. — Когда я видал тебя прежде, это была кровь и звёзды. Затем появилась другая ты, в которой была только кровь. А ты… в тебе только звёзды. Так шо я не знаю, в чего верить. Но ты просишь, а это лучше чем другая ты, которая требует. Неплохое начало.

— Так куда мы идём? — спросила я, вертя головой по сторонам и пытаясь понять, где можно провести этот «военный совет».

— Вон в ту здоровую куполообразную штуку, — ответил он, указав копытом на дальнюю сторону амфитеатра. Я заглянула через щель, в которой виднелась сцена и увидела большую затенённую ротонду, тоже украшенную жеребцами-единорогами. Большой Папочка и П-21 продолжили рысить вперёд, но я замешкалась.

— Эй, здесь же ближе, — воскликнула я, выходя на сцену. Пара жеребцов осталась на месте, таращась мне вслед.

А чего вдруг стало так тихо?

Один из прожекторов Деуса осветил меня, и я замерла, вдруг осознав, что стою на виду перед десятками… сотнями глаз. Я оглянулась на П-21 и Большого Папочку. Старый жеребец стоял, открыв рот, а молодой закрыл лицо копытом. В центре сцены был установлен микрофон, возле которого крутились Хомейдж и Скотч Тейп. Обе они уставились на меня с одинаково озадаченным выражением на лицах. Медленно, словно застыло само время, я подошла к микрофону.

— Эм… привет? — произнесла я и громкоговорители Деуса выдали мой многократно усиленный голос с визгом обратной связи.

Скотч Тейп спрыгнула вниз, подкрутила что-то в оборудовании, установленном в яме перед сценой и визг утих.