Magenta - Шпеер

Спасибо за объяснение про Ключ, я так и подумал, что это какие-то компрометирующие Фиддла документы. Одно не пойму — почему Вы не идете с ними в полицию? А Вы задумывались над тем, что Ваша деятельность может кому-то навредить? Почему Вы не хотите действовать в открытую?

Я уже понял, что мой предшественник, чье кресло я занимаю на работе, был масоном. Я никому об этом не сказал, зачем? О масонах я ничего не знаю, вот только сейчас, благодаря Вашей книге, стал интересоваться этим вопросом.

До свиданья.

Ваш, Гарри Э.»

— Скоро буду писать «Целую, Гарри», — пробормотал директор, довольно потягиваясь в кресле. — Ничего, скоро я на тебя выйду, механик и философ!

Он глянул на часы и вскочил — пора было собираться на работу. Гарри перебрал ворох рубашек, потратив на это серьезное дело по меньшей мере четверть часа. Обнаружив, что одна из них, цвета горчицы, придает интересный оттенок глазам, директор повертелся у зеркала и в кои-то веки остался доволен увиденным.

— Мистер Снейп, ну где же вы? — проворчал он, досадуя на медленно ползущую стрелку часового циферблата. До предполагаемого появления редактора оставалось минут пять.

В кармане брюк пискнул мобильный. Гарри выхватил телефон вспотевшими от волнения руками, глянул на номер и побледнел от злости и разочарования.

— Да, мистер Муди, — раздраженно сказал он. — Доброе утро.

«Было».

— Мистер Поттер, СРОЧНО подойдите в сто первый. Жду, — холодно произнес голос в трубке. — СЕЙЧАС, — прибавил советник и отключился.

Доброе утро было безнадежно изгажено.

— Что б ты сдох, — буркнул Гарри. — Козел Гуди!

* * *

Директор Поттер, хмурый и угрюмый, нахохлившимся воробьем сидел в кресле советничьего кабинета. Визиты в мэрию больше не вызывали душевного трепета, как поначалу. Мистер Муди, снующий взад и вперед и раздраженно трясущий щеками, как никогда вызывал отвращение.

— Вы пришли к нужным выводам раньше, чем мы того ожидали. Это похвально, — сказал циклоп. Лицо его, бледное и оплывшее, никакой похвалы не выражало. — Альбус Дамблдор — вольный каменщик, предавший интересы братства. Вместо того, чтобы остановить Шпеера, он его поддержал, допустив выплыть на свет божий вещам, не предназначенным для скотской толпы.

— Скотской толпы? — прищурился молодой человек. — Что вы под этим понимаете?

Советник сунул руки в карманы, выпятил живот и уставился на Гарри с видом снисходительным и насмешливым.

— Массы, мистер Поттер. Людские МАССЫ. Хорошее слово, — ухмыльнулся он.

— Вроде глины и дерьма? — невыразительным тоном спросил Гарри.

— Именно, — улыбнулся Муди. — Выпьете со мной?

Он прошел к встроенному в шкаф бару и звякнул стаканами.

— С утра? — опешил директор. — Нет, спасибо, сэр. Я не пью, и вообще я за рулем.

— Я дам вам потом таблетку. Отличное средство. Нет? Ну, как хотите, — не стал настаивать советник, плеснул себе желтоватого пойла из графина и расположился в соседнем кресле.

«Если Гуди — это прототип Муди, — внезапно подумал Гарри, — то это Риддл ему глаз выбил, выходит? И он еще стелется перед ним?»

— Я ничего не знаю о каменщиках, — ровным тоном сказал он вслух. — Наверное, Шпеер и сам масон.

— То-то и оно, что нет, — советник ловко опрокинул свой стакан, и по кабинету пополз нехороший запашок виски. — Масон не стал бы писать подобное, это исключено. Наша версия такова — Альбус Дамблдор использовал Шпеера для того, чтобы дискредитировать Братство и остановить мистера Риддла на пути к креслу премьера.

Гарри удивленно поднял бровь.

— А разве мистер Риддл имеет какое-то отношение к этому самому братству?

— Гарри, Гарри, — нараспев сказал советник. — Будь вы глупы, вы бы тут не сидели, — он подмигнул директору покрасневшим от выпивки глазом.

«Может, наоборот?» — мрачно подумал молодой человек.

— Но раз уж вы оказались столь понятливы, — продолжил советник, вновь приложившись к зловонному стакану, — открою вам некоторые карты, Гарри. Не все, не все, не смотрите на меня так, — рассмеялся он под заискрившимся любопытством директорским взглядом. — То, что Альбус Дамблдор был вольным каменщиком ОВЛА, ни для кого не секрет. Конечно, об этом никто не кричал, но... Дамблдор поднялся достаточно высоко по иерархической лестнице. И хоронили его, как положено.

Гарри вспомнил, что после прощания в «Хоге» директорский гроб торжественно повезли якобы в литературный клуб.

— Командор Храма, — советник вновь булькнул напитком, подлив из графина хорошую порцию. — Хорош командор! Подлец и предатель. Мало ему было! Дамблдор организовал орден в ордене. ОВЛА пригрела змею на груди! Нарыв, фурункул, прыщ на теле Братства, «Орден Феникса»!

Директор молча хлопал глазами.

— Конечно, ОВЛА не признала «Феникса», — злорадным голосом сказал советник. — Таких диких лож развелось немерено. Кроули их кентаврами называет, — сообщил он, пьяновато подмигнув Гарри. — Строят из себя мудрецов, куда там! Что вы смеетесь, молодой человек?

— Да так, — криво улыбнулся Гарри. — Представил себе Дамблдора с копытами.

— Наделал он дел своими копытами, — хмуро сказал мистер Муди. — И подозрительно вовремя умер. Ну, ничего. Выйдем и на Шпеера, и на всех остальных...

«Я сам на него выйду, — сердито подумал Гарри, расхотев рассказывать советнику о планах поймать автомеханика. — Не ради тебя, Козел. Ради Снейпа!»

— Как дела с акциями? — внезапно спросил Полифем. — Миссис Амбридж интересовалась. Битый час хоговскому главреду о вашем бедственном положении рассказывала, — ухмыльнулся он.

— Никак, — вздохнул Гарри. — Мистер Снейп предложил мне стать совладельцем паба «Перо Феникса».

— Отлично! — обрадовано хлопнул себя по ляжке советник.

Гарри потрясенно разинул рот.

— Вы что, шутите? Это гей-паб!

Мистер Муди задумчиво вперил взгляд в его рассерженное лицо.

— Какое это имеет значение? «Перо» — место сходок Ордена. Мы не верим, что со смертью Дамблдора «Феникс» распался. Хотите сказать, вы отказались?

— Конечно, отказался! — возмущенно сказал Гарри. — Хотите, чтобы я еще и в это влез?

Советник с минуту молчал, о чем-то раздумывая.

— Мы ценим ваши высокие моральные качества, мистер Поттер, — наконец, сказал он. — Молодость, целеустремленность, желание научиться работать с людьми, умело руководить... Однажды вы станете одним из нас. Мы не настаиваем. Когда-нибудь вы сами придете и попросите, — тихо прибавил он, игнорируя недоумение в глазах директора. — Но ваша наивность в некоторых вопросах... — советник неодобрительно покачал головой. — Вы что же, думаете, управляющий гей-клуба должен быть геем? Владелец игорного дома — картежником и растратчиком? Хозяйка сети публичных домов — шлюхой? О, нет, милый юноша, все они — умелые кукловоды, играющие на человеческих пороках.