Iris Black - Отрезок пути

– Но он сказал…

– Неважно, что он сказал. Его слова нередко расходятся с делами. Я знаю, о чем говорю. Мы выросли вместе и вместе пришли в этот Лес после того, как потеряли свои семьи. Он ничего никому не скажет, можешь быть уверен.

– Но почему вы сами даже не пытались убедить его, раз так хорошо с ним знакомы? – сердито спрашиваю я.

– Потому и не пытались, – не смутившись, объясняет Ронан. – И меня, и Фиренце связывает с Магорианом много личного. К тебе же у него нет никаких претензий

– То есть вы специально молчали? – догадываюсь я. – Ну, знаете… А если бы ничего не вышло?

– Так ведь вышло же, – замечает Фиренце.

– Круто вышло, надо сказать, – слабым голосом произносит Симус за моей спиной.

Все еще сидя на полу, я разворачиваюсь. Ребята, похоже, начинают понемногу приходить в себя. Некоторые тянутся к пиву и бутербродам – нервы.

– Да что ты так испугался? – пожимает плечами Ронан. – Будто это не кентавр был, а Сам-Знаешь-Кто.

– Ну, я же говорил, что Магориана больше боюсь, – напоминаю я, поежившись.

– Нашел, кого бояться! – фыркает Фиренце. – Он же ишак!

– Фиренце! – укоризненно произносит Ронан и снова обращается ко мне: – Как бы то ни было, мы не ошиблись, и ты все сделал правильно. Магориан больше не будет чинить вам препятствий – этим он только унизит себя – поэтому вы можете приходить сюда так же, как и раньше.

– Хорошо, если так, – со вздохом говорю я, перебираясь с холодных камней на шкуры, к ребятам. – Только надеюсь, что не придется слишком часто с ним общаться – у меня, кажется, на него аллергия, – я потираю руку, которая начала жутко чесаться еще во время разговора.

Эти слова вызывают у Фиренце приступ безудержного веселья.

– В точности, как у меня! – с довольным видом сообщает он. – Я в детстве тоже чесаться начинал в его присутствии. А Ронан утверждал, что я все выдумываю.

– Вам двоим следовало быть братьями, – Ронан закатывает глаза. – Просто феноменальное сходство!

Эти шуточки помогают мне немного успокоиться. Как бы то ни было, я действительно здорово перенервничал. Не думаю, что они могли бы нас убить, раз даже Амбридж не убили, но лишние проблемы нам совершенно ни к чему. Еще хорошо, что сюда не Бейн пришел. Я видел его на первом курсе, и у меня сложилось впечатление, что такого дикаря еще поискать. Уверен, с ним бы точно не вышло договориться.

Приближаются пасхальные каникулы. Я рассчитывал, что получится провернуть то же самое, что и во время рождественских, но, кажется, ничего не выйдет. Тогда в школе вообще никого не осталось, а сейчас домой не все собираются. Парвати и Падма говорят, что точно останутся. Не потому, что им так уж хочется, – просто боятся, что родители их назад не отпустят. И не только у них такая проблема.

Дело в том, что о нас иногда рассказывают по «Поттеровскому дозору». Конечно, Джинни – человек здравомыслящий, в душещипательные подробности не вдается, поэтому по радио сообщают, так сказать, облегченные версии событий. Но даже этого достаточно, чтобы заставить нервничать некоторых родителей.

В общем, придется мне остаться в школе на законных основаниях. Кэрроу, конечно, по пятам ходить будут, но здесь ничего не поделаешь. Если хоть кто-то остается, я тем более не имею права делать вид, что меня здесь нет.

За прошедшее время Тори уже несколько раз передавала мне зелья. Эта девочка – настоящий мастер конспирации! Пройдет мимо, слегка задев плечом, а в следующее мгновение я уже чувствую в кармане приятную тяжесть очередного флакона. И вид у нее при этом такой, словно она была бы только рада, если бы я скончался прямо у нее на глазах. Ребята считают, что она ужасно надменная. А когда я напоминаю, что она на нас не нападает и даже не особенно хамит, заявляют, что она не делает этого только потому, что не желает пачкать свои чистокровные аристократичные руки.

Смешно. И одновременно злость разбирает. Впрочем, они правы, со стороны все это именно так и выглядит. В один из вечеров я не выдерживаю и спрашиваю у Северуса, не обучал ли он ее шпионским фокусам в частном порядке. Северус невозмутимо отвечает, что в частном порядке обучал ее только игре в шахматы. Поначалу мне кажется, что он шутит, но выясняется, что это не так.

Вообще, оказывается, когда он был деканом, у него складывались очень интересные отношения со студентами. С одной стороны, он старался держать их в ежовых рукавицах, требовал соблюдения правил и примерного поведения. Нарушителей наказывал строго, но исключительно за закрытыми дверями, причем, баллы снимал только в крайнем случае, чтобы проступок одного студента не бросал тень на весь факультет и не превращал его самого в парию. С другой же стороны, он всегда старался их выслушать и по возможности выполнять просьбы, а в присутствии посторонних – нас, то есть – всегда прикрывал и выгораживал. Всего этого Северусу, видимо, было мало, поэтому он еще и лично беседовал с каждым первокурсником после распределения, а также бывал у них дома, чтобы посмотреть, кто как живет, и пообщаться с родителями.

Все это заставляет меня задуматься и даже немного пожалеть, что учусь в Гриффиндоре. Я всегда считал МакГонагалл хорошим деканом, но она дружит с бабушкой, поэтому и дома у нас, разумеется, бывала неоднократно. А вот о том, чтобы она посещала других студентов, я не слышал. Ну, магглорожденные не в счет – беседа с их родителями входит в обязанности заместителя директора. Я озвучиваю свою мысль Северусу, но он только пожимает плечами и холодно говорит, что декан Гриффиндора не отчитывается перед ним в своих действиях, однако, насколько ему известно, она не бывала дома даже у Гарри.

Это странно. И неприятно, если честно. Хотя, надо признать, до разговора с Северусом я бы и не задумался о том, что она вообще должна все это делать. Но сейчас сравнение явно не в ее пользу. И даже в этом учебном году… Она разговаривала с нами в самом начале сентября, но с тех пор мы с Джинни были в ее кабинете только пару раз. Она просила нас поберечь себя и стараться открыто не конфликтовать с Кэрроу. И все, в общем-то. Ну, конечно, она помалкивает, если встречает нас в коридоре после отбоя, не допытывается о наших планах, прикрывает, когда может… Нет, все-таки я зря плохо про нее думаю! Просто у нее нет таких возможностей, как у Северуса. И потом, она столько лет была заместителем Дамблдора – тоже ничего хорошего.

Да и вообще, можно ли кого-то осуждать? Все мы делаем то, что можем себе позволить. Если МакГонагалл начнет вызывать на дуэль этих мерзавцев по каждому поводу, ее быстренько отправят в Азкабан, и она тем более ничем не сможет нам помочь. Северус вон вообще с ними как будто во всем соглашается, но при этом делает больше, чем все остальные преподаватели вместе взятые.