Pskovoroda - Канон

— Йо, Гарри, — сказал Фред.

— Дай пять, старичок, — воскликнул Джордж, подставляя ладошку. Я громко хлопнул по ней и щёлкнул пальцами.

— Салют, братаны, — сказал я.

— Что-то нам без тебя скучно шалить, — пожаловался Фред.

— Да не беда, — согласился я. — Сейчас что-нибудь придумаем. Только, чур, в рояль не гадить!

Они озадаченно переглянулись, огляделись по сторонам, ещё раз взглянули друг на друга и заржали. Я раскинул руки в стороны, обнял за плечи и притянул к себе Рона и Гермиону, вызвав сдавленный писк последней и недобрый взгляд сузившихся глаз Молли. Ну, как же — обнимаясь с Грейнджер, я ей не одну, а целых две малины порчу — увожу заботливо прикормленного жениха у Джиневры и отбиваю практически уже законную жену у Рональда. Нет уж, Рон пусть сам себе ищет, а вот для Джинни я точно кого-нибудь близкого по духу присмотрю… Кстати, о духе… Я принюхался и повернулся к Гермионе.

— Исси Мияки? — тихонько спросил я. — Тебе понравился мой подарок?

— Да, очень, — смущённо улыбнулась она. — Но тебе правда не стоило.

— Ты ведь сама знаешь, что стоило, — возразил я.

— По правде сказать, да, стоило, — согласилась она. — Мне правда очень понравилось. Жаль, что я…

— Не волнуйся, — шепнул я. — Мне дарить приятнее, чем подарки получать.

— Спасибо, — сказала она.

Следующие пару часов превратились в какую-то карусель событий — мы с близнецами наперебой травили какие-то анекдоты, они демонстрировали наиболее безобидные образцы своей продукции, в какой-то момент я начал делать стойку на руках на ручках кресла, пару раз при этом свалившись и набив себе шишек. Потом на минутку зашла Нимфадора и решила присоединиться к нашему веселью — мы раздвинули мебель в гостиной и принялись плясать какую-то кадриль. Я сначала сплясал с Тонкс, потом — с Гермионой, а потом, когда все остальные, запыхавшись, уже пластались по диванам, выписывал коленца с обеими одновременно, радуясь тому, что девушки, увлёкшись танцами, как-то ненавязчиво оттёрли от меня Джинни.

Потом все дружно решили играть в прятки. Сначала водил Фред, который почти моментально нашёл очень хорошо спрятавшегося Джорджа, потом Джордж с рекордной скоростью вернул должок Фреду. Я быстро сообразил, что у близнецов локаторы настроены особым образом, и они никого, кроме друг друга, так найти и не смогут. Тогда водить стал Рон. На этот раз все действительно хорошо спрятались. Я залез в платяной шкаф в прихожей и укрылся там в ворохе одежды. Потом раздался скрип двери и кто-то стал забираться ко мне. Я обмер. Не дай Мерлин, это окажется Джинни! Тогда я точно попал! Мой гость — точнее, гостья — шёпотом выругался, и я с облегчением выдохнул. Немного громче, чем следовало, потому что Гермиона сразу обернулась и громким шёпотом спросила:

— Гарри? Ты что тут делаешь?

— А-м… Э-м… — в типичной для себя манере расставил я все точки над “и”.

— Тише ты! — шикнула она и зачем-то прижалась ко мне. Мимо шкафа радостно протопал Рон, приговаривая:

— Туки-туки, Джинни! Джинни теперь водит!

Оно, в общем-то, и понятно — хотя Джинни и не была ещё крупной девочкой, но известную неуклюжесть уже приобрести успела, и прятки ей давались с трудом. Я почувствовал, как руки Гермионы ни с того ни с сего обвиваются вокруг меня, а сама она тянется ко мне губами. Клянусь, я никаких намёков ей не делал и повода не давал!

— Герми, я… — начал было я и прикусил язык.

Я не мог ей сказать, что я — Дублёр! Она же не в курсе!!! И развоплотиться я тоже не мог, и тоже по соображениям конспирации. Гермиона же, как на беду, восприняла мои слова и мою нерешительность совершенно неправильно. То есть, катастрофически неправильно!

— Тш-ш, — сказала она, замыкая мне губы указательным пальцем. — Не продолжай, Гарри! Как бы я хотела тебе ответить тем же самым! — теперь моё смятение в темноте она приняла за обиду, и поспешила “успокоить”: — Но ты мне тоже очень, очень нравишься! — прошептала она, пододвигаясь совсем близко. — Если бы я кого и полюбила, то только тебя!

Я от этих признаний скоро с ума сойду! Да я же ничего такого в виду не имел! Она, наконец, дотянулась до моих губ и впилась совершенно неопытным поцелуем. Я от неожиданности потерял равновесие, запутавшись ногами в каких-то тряпках, которые уже успел свалить с вешалки, и машинально ухватился… За Гермиону… Куда достал… А достал я, как назло, до исключительно мягких частей тела чуть ниже спины. И вцепился ещё зачем-то!

— Гарри! — с шипением разорвала она поцелуй и попыталась отвесить мне пощёчину, но рукой зацепилась за одежду. Я же, как дурак, продолжал тормозить, и ладоней не убрал, а даже совсем наоборот — сильнее вцепился. — Гарри! — шёпотом взвизгнула она и толкнула меня локтем в грудь. — Я тебе ничего такого не позволяла, животное!

Рассерженно шипя, она вывалилась из шкафа, и снаружи почти сразу послышался радостный голос Джинни:

— Нашла, нашла! А я тебя нашла! — вопила младшая Уизли. — Туки-туки, Гермиона!

Остатки вечера мелькнули передо мной почти мгновенно — я всеми силами начал просыпаться, барахтаясь, словно утопающий, которого тяжелая одежда тянет на дно. Игры кончились, все поужинали и легли спать — вот чем это закончилось. Я рывком проснулся, сбрасывая с себя Панси, которая опять наполовину на меня залезла, и хрипя от ярости. С неё тоже слетел сон, и она уселась рядом, включая свет.

— Поттер, что это ты? — спросила она, кивая на мои руки. Только сейчас я обратил внимание, что держу их перед собой ладонями к себе и будто сжимаю что-то. — Поттер, тебе, что, приснилось что-то? — с угрозой в голосе поинтересовалась она.

— Дублёр, — простонал я, убирая руки за спину.

— Что — Дублёр? — переспросила она.

— Дублёр лизался с Гермионой, — раздраженно ответил я.

— Что значит — лизался? — рассердилась Панси.

— Они играли в прятки, и он заперся в шкафу, — пояснил я, тоже начиная заводиться. — Она вдруг полезла к нему целоваться. А он не мог ей сказать, что он Дублёр, поскольку она не знает о нём! — последние слова я почти кричал.

— А за задницу он её тоже был вынужден хватать? — заорала она в ответ.

— Да нет же, там тесно было, и он равновесие потерял. Понятно? — рявкнул я.

— Понятно! — крикнула она в ответ.

Я вздохнул и устало сгорбился, тупо глядя в стену. Панси тоже вздохнула.

— Каков кобель, таков и Дублёр, — пробормотала она.

— Что ты сказала? — переспросил я.

— Я сказала, что глупо было ожидать от него другого поведения, — пояснила она злобно. — Что ты — бабник, что он…

А вдруг что-то вспомнил и хихикнул.

— Ты что? — подозрительно спросила она.

— Да так, вспомнилось кое-что, — снова хихикнул я.

— Да что уже? — дёрнула она меня за рукав. — Не томи.