Дана Гинтер - Путешествие на «Париже»

Констанция вдруг поняла, что у нее теперь об этом предмете есть твердое мнение.

– Так вот как только приеду домой, запишусь в избиратели!

Она резко поднялась из-за стола.

– А теперь, извините, но я вас покину…

Красная, как мак, с бьющимся сердцем, Констанция выскочила из-за стола. Непривычная к конфронтации, она, с одной стороны, была смущена своей дерзостью, а с другой – чувствовала приятное возбуждение. Она вышла на палубу и крепко сжала перила. Вспомнив, с каким изумлением слушал ее мистер Томас (его шиньон чуть не свалился на пол), Констанция не могла удержаться от смеха. И вздрогнула от неожиданности – ей эхом отозвался смех доктора Шаброна.

– Блестящее выступление, мисс Стоун, – сказал он и встал с ней рядом. – Ваш профессор Мориарти разбит на голову.

– Не знаю, что на меня нашло! – рассмеялась Констанция. – Вы назвали его Мориарти? Не думаю, что могу назвать этого человека своим заклятым врагом, но должна признаться, он весьма самодовольный тип.

Констанция снова рассмеялась и устремила взгляд на океан – какой славный вечер! Для Атлантики он был на удивление теплый, а внизу в свете почти полной луны слегка поблескивали волны. Констанция вдруг сообразила, что за обедом, кроме нескольких ложек холодного супа, ничего больше не съела, и с удовольствием подумала об ожидавших ее в каюте фруктах.

– О, доктор Шаброн, – заговорила она, но тут же подумала: не слишком ли это формальное обращение.

Может быть, назвать его Сержем? Ведь именно так он подписал свою карточку. Или это с ее стороны самонадеянно? Она откашлялась.

– Я хочу поблагодарить вас за фрукты. Такое внимание с вашей стороны…

– Похоже, они способствовали вашему выздоровлению, – ответил доктор. – Я заметил, что сегодня у вас во враче не было нужды.

– Простите, что не заглянула поблагодарить вас, – с милой извиняющейся улыбкой сказала Констанция. – По правде говоря, после того как я вчера вечером приняла ваши порошки, я проспала до полудня! А потом чувствовала себя превосходно – до самого вечера лежала в шезлонге и читала детективный роман. Он только что вышел в свет, и знаете что? Его написала женщина!

– Не может быть! – улыбнулся ей в ответ доктор.

Они стояли бок о бок, и на Констанцию мгновенно повеяло запахом табака, мяты и одеколона. Она вдохнула этот смешанный аромат и ощутила легкую дрожь. Не стоят ли они слишком близко друг к другу?

– Вам, наверное, холодно, – сказал доктор и подвинулся к ней еще ближе.

– Да, мне, пожалуй, нужно вернуться к себе в каюту, – неохотно проговорила она.

– Мисс Стоун, разрешите мне вас проводить, – сказал доктор и взял ее под руку.

Медленно двигаясь к каютам второго класса, они прошли мимо группы приятелей, которые с выпивкой в руках чему-то громко смеялись, мимо нескольких парочек – Констанция узнала молодоженов, что решали кроссворд и целовались возле спасательного круга, – и она подумала: возможно, и они с доктором кажутся прогуливающейся в лунном свете влюбленной парой?

– Так что, вернувшись домой, вы действительно запишитесь в избиратели? – с улыбкой спросил доктор.

– Думаю, что запишусь, – ответила она.

– Я твердо верю в женские способности, – сказал он. – Без наших медсестер мы бы войну не выиграли. Быстрые, толковые – им не было цены!

– Да, во время войны в нашей стране многие женщины подменили мужчин на их работах, – поддержала его Констанция.

Она вдруг подумала: а мог ли кто-нибудь сказать о ней, что ей не было цены?

– Я тоже кое-что сделала для победы. Я была волонтером, – робко вставила Констанция и покраснела.

Как жалко это прозвучало рядом с заслугами медсестер.

– Войну выиграли не только солдаты, – серьезно произнес доктор.

– Какая благородная мысль, доктор Шаброн, – сказала Констанция и, помолчав, улыбнулась.

– Пожалуйста, называйте меня Серж, – чуть сжав ей руку, попросил доктор. – А мне можно называть вас Констанция?

– Конечно.

Ей понравилось, как он произнес ее имя – с французским акцентом оно не звучало солидно и старомодно. Жаль, что они уже дошли до ее каюты.

– Констанция, – сказал доктор, – мне бы хотелось, чтобы завтра вечером вы были со мной. Видите ли, завтра я буду ужинать за капитанским столиком в первом классе, и мне кажется, что вам новая компания придется больше по вкусу, чем сегодняшняя.

– Это будет просто замечательно! – воскликнула она.

С каким удовольствием она поужинает в компании Сержа – он, кажется, проявляет искренний интерес к ее идеям и мнениям. Разве его сравнить с этими грубиянами за ее столом, которые два дня подряд ее просто игнорировали? На самом деле Серж интересуется ее мыслями больше, чем когда-либо интересовался ими Джордж.

– Если у вас будет свободное время, почему бы вам не заглянуть завтра утром ко мне и не показать мне этот новый детективный роман? – предложил доктор. – Мне очень любопытно взглянуть, как женщина пишет детективные истории.

– С удовольствием, – польщенная тем, что доктора заинтересовало высказанное ею замечание, отозвалась Констанция.

– И чем раньше вы придете, тем лучше, потому что позже от пациентов не будет отбоя – они то и дело придумывают самые изощренные способы себе навредить.

Констанция рассмеялась и, пожав ему руку, вошла к себе в каюту.

– Спокойной ночи, – обернувшись и бросив доктору прощальный взгляд, сказала она. – Bonne nuit!

Пройдя в комнату, она подошла к корзинке с фруктами, но, перебрав их один за другим, вдруг поняла, что есть ей больше не хочется. Раздеваясь, Констанция мысленно перечисляла события минувшего вечера. Тихонько посмеиваясь, она пыталась вспомнить, что именно она сказала о женщинах и принятии решений. «Женщинам вовсе не нужно, чтобы отцы и мужья указывали им, что дозволено, а что нет», – заявила она. Если бы при этом присутствовал Джордж, он, наверное, удивился бы не меньше мистера Томаса.

Доставая из сундука халат, Констанция задумалась, что же ей надеть завтра к капитанскому столу. Сиреневое атласное или розовое шелковое… ни одно из них не было особенно элегантным. О столовой первого класса говорили, что она великолепна, а подаваемые там блюда намного вкуснее, чем во втором классе. Чудесно, что Серж решил пригласить ее туда на ужин!

Как же она рада, что в этом путешествии завела знакомство с человеком, который не только хорош собой и почтителен, но и разделяет ее интересы! Констанция вспомнила его милый акцент, изящные манеры, его улыбку, и они почему-то напомнили ей Найджела – ее первую любовь. Она испустила глубокий вздох – вздох сожаления и разочарования. Ей уже почти тридцать, она жена и мать, и времена романтических увлечений давным-давно миновали.

Констанция бросила долгий взгляд на фотографию дочерей и легла в постель. А потом взяла в руки детективный роман и, прочитав страницу-другую, спросила себя: понравится эта книга Сержу или нет?