Нил Стивенсон - Вирус «Reamde»

Ричард стоял под ажурным балочным сводом в трапезной краснокаменного замка на острове Мэн, и герольд Дэ-Квадрата объявлял его на языке, смутно напоминавшем французский.

Сюда он тоже явился нежданно, на сей раз из-за того, что канал электронной почты Дэ-Квадрата работал с большой задержкой. Дон Дональд пользовался электронной почтой в поездках и в Кембридже, но у себя в замке Интернет запретил и даже поставил на голубятне глушилку мобильного сигнала. Он приезжал сюда читать, писать, пить вино, обедать и беседовать, а ни одному из этих занятий электронные устройства не способствуют. Оставалась одна неприятная загвоздка: средства к существованию он в основном получал от «Т’Эрры», и хотя никогда в нее не играл, находя саму идею «пугающей», вынужден был по обязанности держать тесную связь с Корпорацией-9592.

Ричард как-то нашел Дэ-Квадрата в Википедии и прочел, что тот – шотландский лэрд, или эрцгерцог, или что-то еще в таком роде. Замок, впрочем, был не наследственный, а банально приобретенный за деньги. Поначалу секретариат дона Дональда располагался у южного бастиона в вагончике, оставшемся от ремонтных рабочих. Там был Интернет и лазерный принтер. Электронные письма, достойные хозяйского внимания, распечатывали на листах А4 и несли владетелю замка в кожаном бюваре. Потом от белой бумаги отказались в пользу буроватого псевдопергамента – современная бумага с ее слепящим 95%-ным альбедо [9] разрушала атмосферу донжона. Шрифт без засечек заменили стилизованным готическим. Однако человека с эрудицией Дональда Кэмерона было не провести псевдорукописной гарнитурой, выбранной из километрового вордовского меню, а стиль и содержание посланий из Сиэтла раздражали не меньше бумаги, на которой они печатались. Дон Дональд, специалист по Средним векам, любил средневековый колорит, более того, он был необходим ему, чтобы писать. За старинным письменным столом в башне «с видом в хорошую погоду до Донахади на западе и до Каирнгана на севере», окуная стальное перо в чернильницу, он входил в потоковое состояние, уступающее по продуктивности лишь потоковому состоянию Скелетора. Распечатка е-мейла от двадцатичетырехлетнего сиэтлца с пирсингом в носу, пишущего «пжлст обратите внимание что гл 27 сабжа не цепляет тинейджерский контингент», мягко говоря, не способствует процессу. Нужен был способ передавать хозяину важные сообщения, не нарушая его драгоценной погруженности в эпоху.

По счастью, Дэ-Квадрат без всяких сознательных усилий обзавелся целой свитой людей, которых в зависимости от точки зрения можно было назвать приживальщиками, сквоттерами, параситами, халявщиками или послушниками. Они отличались возрастом и образованием, но всех их роднила любовь к Средневековью. Здесь были самоучки, выбившиеся из рядовых членов Общества креативных анахронизмов, и обладатели нескольких докторских степеней, свободно владеющие десятком мертвых диалектов. Они начали появляться на пороге, вернее, у подъемной решетки замка, как только прошел слух, что дон Дональд намерен превратить часть владений в площадку для реконструкторов, чтобы подзаработать немного деньжат и чтобы замок не пустовал в его отсутствие, ветшая от неупотребления. Тогда предполагалось создать своего рода файрволл между хозяином и реконструкторами, однако постепенно стало ясно, что если периодически чистить ряды от психов и алкоголиков, то люди, готовые жить по-средневековому двадцать четыре часа в сутки без отпуска и выходных, – самое что ни на есть подходящее окружение для медиевиста.

Как ни легко было посмеяться над Дэ-Квадратом и его сворой ролевиков, Ричард должен был признать, что серьезностью, компетентностью и увлеченностью они не уступают тем специалистам, с которыми он работал в обстановке двадцать первого века. В приятных беседах за элем и медом (разумеется, собственного производства) они объяснили, что средневековый мир был не хуже и не примитивнее нынешнего – просто другой.

Так или иначе, электронная связь теперь работала следующим образом: девушка одного из реконструкторов снимала квартиру в Дугласе, главном городе острова Мэн («я не готова отказаться от прокладок»). Она читала электронные письма, отсеивала явный мусор, распечатывала все стоящее и складывала в герметичный зип-пакет. Когда приходило время выгулять собаку, она шла к морю, доходила до крохотной станции междугороднего трамвая в северном конце набережной и вручала пакет начальнику вокзала для передачи машинисту состава, идущего в глубь острова. Машинист по дороге выбрасывал пакет в условленном месте, где его позже забирал егерь Дэ-Квадрата. Он доставлял пакет трубадуру, который перелагал тексты на окситанский и пел или декламировал дону Дональду за обедом. Затем владетель замка диктовал ответ, который таким же манером отправлялся к девушке реконструктора.

Смешно? Да. На полном серьезе? Конечно, нет. Поприсутствовав на нескольких обедах, Ричард по реакции окружающих – по крайней мере тех, кто знает окситанский, – мог сказать, что трубадур жжет напалмом. Прикалывались, видимо, все больше над сиэтлскими офисными амебами, которые думают в «Пауэрпойнте» и печатают большими пальцами. Ричард теперь старался составлять письма к Дэ-Квадрату так, чтобы было ясно – он участвует в шутке.

Е-мейл, которым он извещал о своем приезде, сейчас как раз переводили.

И все же дон Дональд относился к нежданным визитам куда спокойнее Скелетора. Что вы хотите – Средневековье! Связь из рук вон плоха. Почти все визиты – нежданные. Если у гостя нет боевого топора в руках и бубонов на теле – милости просим. Места в замке предостаточно, есть и буфер – другими словами, челядинцы-реконструкторы, которые позаботились о Ричарде и Плутоне, пока весть об их приезде по цепочке передавалась в донжон. Когда Дэ-Квадрат спустился по опасной, миллиардолетней винтовой лестнице к обеду, Ричарда и Плутона объявил в витиевато-помпезной манере герольд, вернее (поскольку штат замка был хронически недоукомплектован), человек, совмещавший обязанности герольда, медовара и третьего пьяницы.

– Возможно, придется наделить Охристую коалицию сверхъестественной мощью, – произнес Ричард.

Дон Дональд откинулся в кресле и начал возиться с трубкой. В детстве Ричарда многие мужчины курили трубки, сейчас, насколько он мог судить, Дэ-Квадрат остался такой один.

– Чтобы их не уничтожили начисто, вы хотите сказать.

– Да.

– Как это сделать, – полюбопытствовал дон Дональд, зажимая зубами чубук и щурясь на что-то над Ричардовым правым плечом, – не узаконив возмутительный раскол?

– Вы говорите на окситанском? Потому что, должен признать, шестичасовой сдвиг во времени и ваш превосходный кларет…