Стивен Эриксон - Увечный бог. Том 1
- Название:Увечный бог. Том 1
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:978-5-04-167330-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Стивен Эриксон - Увечный бог. Том 1 краткое содержание
Номинант на премию Aurora (Канада).
Кульминация эпической «Малазанской книги павших» определит будущих властителей мира. Охотники за костями движутся в Коланс. Армия на грани мятежа. Адъюнкт Тавор же хочет бросить вызов богам – если ее собственные войска не убьют ее первыми. Форкрул Ассейлы, Законные инквизиторы, используя чудовищную силу, готовятся очистить человечество, чтобы построить мир заново. А три Древних Бога готовятся освободить Корабас, Отатаралового дракона, из вековечного плена. Она восстанет как сила разрушения, против которой не устоит ни один смертный.
Эпический роман о войне, мести, неминуемом апокалипсисе и обновлении. Последняя глава в монументальной саге Стивена Эриксона. Первый том «Увечного бога».
«Редкому писателю удается так легко соединять чувство мифической силы и глубины мира с отлично прописанными героями и захватывающим действием, но Стивен Эриксон эффектно с этим справляется». – Майкл А. Стэкпол
«Автор, который никогда не разочаровывает, преподнося сногсшибательную и бескомпромиссную фэнтези – это Стивен Эриксон… магистр современной фэнтези». – WBQ magazine
«Дайте мне воплощение богатого, сложного и крайне непостижимого другого мира, с интригой запутанной истории, мифологии и мастерства. Дайте тайну внутри великого повествования… Дайте мне мир, где каждое море таит разрушенную Атлантиду, где в любых развалинах прячется легенда, каждый сломанный клинок – наследие неизвестных битв. Дайте мне, иными словами, фэнтезийную книгу Стивена Эриксона… властителя потерянных и забытых эпох, ткача древних эпосов». – Salon.com
Увечный бог. Том 1 - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Удинаас бросил взгляд на Улшуна Прала.
– Ты согласен?
Воин в ответ неопределенно помахал рукой. Удинаас хмыкнул. Рука говорит невнятно. Смысл тут в его позе – сидящий на корточках кочевник. Никто не боится идти открывать новые миры. Странник меня побери, такое простодушие колет прямо в сердце .
– Вам не понравится то, что вы найдете. Самый злобный зверь этого мира не устоит против моего рода.
Он взглянул на Онрака.
– Как думаешь, что это был за ритуал? Тот, что украл смерть у вашего народа?
– Его слова больно ранят, – прорычала Килава, – но Удинаас говорит правду. – Она снова повернулась к Азату. – Мы можем защитить врата. Можем остановить их.
– И умереть, – отрезал Удинаас.
– Нет, – возразила Килава, поглядев на него. – Ты уведешь отсюда моих детей, Удинаас. Уведешь в свой мир. А я останусь.
– Килава, мне показалось, ты сказала «мы».
– Призови своего сына.
– Нет.
Ее глаза вспыхнули.
– Найди кого-нибудь другого для своей последней битвы.
– Я останусь с ней, – сказал Онрак.
– Нет, не останешься, – зашипела Килава. – Ты смертный…
– А разве ты – нет, любимая?
– Я – заклинательница костей. Я принесла Первого Героя, который стал богом. – Ее лицо исказилось, хотя глаза оставались стальными. – Муж мой, я, конечно, соберу союзников для этой битвы. Но ты… ты должен уйти с нашим сыном и с Удинаасом. – Она ткнула когтистым пальцем в летерийца. – Веди их в свой мир. Найди им место…
– Место? Килава, они как звери моего мира – мест не осталось!
– Найди.
Ты слышишь, Фир Сэнгар? Я все-таки не стану тобой. Нет, я стану Халлом Беддиктом – другим обреченным братом. «Иди за мной! Слушай мои посулы! Умри».
– Места нет нигде, – сказал он, и его горло сдавило горем. – Мы никогда ничего не оставляем в покое. Никогда. И пусть имассы заявляют, что освобождают земли, да – это только до тех пор, пока кто-нибудь не положит на них жадный глаз. И начнет вас убивать. Сдирать кожу и скальпы. Отравлять вашу пищу. Насиловать дочерей. И все – во имя умиротворения, переселения и прочего бхедеринового дерьма иносказаний, какое им придет в голову. И чем быстрее они вас всех укокошат, тем лучше для них, причем они мигом забудут, что вы вообще существовали. Чувство вины – сорняк, который мы выдергиваем первым делом, чтобы милый сад цвел и благоухал. Так и есть, и нас не остановить – ни за что и никому.
Взгляд Килавы оставался спокойным.
– Вас можно остановить. И вас остановят.
Удинаас покачал головой.
– Веди их в свой мир, Удинаас. Сражайся за них. Я не собираюсь здесь пасть. А если ты воображаешь, что я не в состоянии защитить своих детей, значит, ты меня не знаешь.
– Ты осуждаешь меня, Килава.
– Призови своего сына.
– Нет.
– Тогда ты сам осуждаешь себя, Удинаас.
– Будешь ли ты так же хладнокровна, когда моя судьба распространится и на твоих детей?
Когда стало ясно, что ответа не последует, Удинаас вздохнул и, повернувшись, пошел на выход, в холод и снег, в белизну и застывшее время. И к его ужасу, Онрак двинулся следом.
– Друг…
– Прости, Онрак, я не скажу ничего полезного – ничего, что могло бы поднять настроение.
– И все же, – пророкотал воин, – ты считаешь, что знаешь ответ.
– Это вряд ли.
– И тем не менее.
Смотрите, с какой решимостью я иду. Вести вас всех, конечно. Вернулся крутой Халл Беддикт, чтобы повторить все свои преступления.
Все еще ищешь героев, Фир Сэнгар? Лучше брось.
– Ты поведешь нас, Удинаас.
– Похоже на то.
Онрак вздохнул.
За устьем пещеры валом валил снег.
Он нашел выход. Он избежал огня. Но даже сила Азата не в состоянии справиться с Акраст Корвалейном, так что он был повержен, его разум разбит, а куски тонули в море чужой крови. Воспрянет ли он? Тишь не знала наверняка и рисковать не хотела. Кроме того, скрытая в нем сила оставалась опасной, оставалась угрозой для их планов. Она могла быть использована против них, а этого допустить нельзя. Нет, лучше обратить это оружие, взять его в свои руки и применить против врагов, которые, я знаю, скоро встретятся на моем пути.
Прежде, однако, ей придется вернуться сюда. И сделать то, что нужно. Я бы сделала это сейчас, если бы не риск. Если он проснется, если завладеет моей рукой… нет, еще рано. Мы пока не готовы.
Тишь стояла над телом, вглядываясь в угловатые черты, клыки, легкий румянец – признак лихорадки. А потом обратилась к предкам:
– Возьмите его. Свяжите. Скуйте волшебством: он должен оставаться без сознания. Если очнется – это слишком опасно. Я скоро вернусь. Свяжите его.
Цепи костей заскользили словно змеи, вонзаясь в жесткую почву, оплетая руки и ноги лежащего, обвиваясь вокруг шеи и туловища, распиная на холме.
Тишь видела, как дрожат цепи.
– Да, понимаю. Его сила слишком велика – вот почему он должен оставаться без сознания. Но я могу сделать кое-что еще.
Она подошла и наклонилась. Пальцами правой руки, крепкими, как лезвия, пробила дыру в боку лежащего. Тишь сама ахнула и чуть не откатилась прочь: не слишком ли? Не разбудила ли?
Из раны потекла кровь.
Но Икарий не пошевелился.
Тишь протяжно и нервно вздохнула.
– Пусть кровь сочится, – сказала она предкам. – Кормитесь от его силы.
Выпрямившись, она обвела взглядом горизонт. Древние земли Элана. С ними покончено, остались лишь валуны, которые когда-то прижимали бока палаток, да норы и землянки из еще более древних времен; и от громадных животных, обитавших когда-то на здешних равнинах, и диких, и одомашненных, не осталось ни стада. Тишь заметила, как восхитительно идеален новый порядок вещей. Без преступников не может быть преступлений. Нет преступлений – нет жертв.
Ветер выл, и никто не вставал на его пути, чтобы дать ответ.
Идеальное свершение, несущее привкус Рая.
Рай возродится. Из пустой равнины – целый мир. Из обещания – будущее.
Скоро.
Тишь пошла, оставив за спиной холм и тело Икария, прикованное к земле костяными цепями. Она вернется сюда, сияя от торжества. Или в крайней нужде. Если второе – разбудит его. Ну а если первое – обхватит его голову ладонями и одним резким поворотом сломает мерзостную шею.
И неважно, какое решение ее ждет, в тот день предки будут петь от радости.
На горе мусора посреди двора горел трон крепости. Серый и черный дым столбом поднимался до края крепостного вала, а там ветер раздирал его и нес клочья, как знамена, над опустошенной долиной.
Полуголые дети бегали по крепостным стенам; их крики пробивались через грохот и ворчание у главных ворот, где каменщики исправляли вчерашние повреждения. Сменялись часовые, и Первый Кулак прислушивался к командам, звучащим за его спиной. Смаргивая с глаз пот и пыль, он с некоторой осторожностью нагнулся над разбитым зубцом стены и внимательно осмотрел прекрасно организованный вражеский лагерь, раскинувшийся в долине.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: