Лора Таласса - Война
- Название:Война
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2022
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-136089-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лора Таласса - Война краткое содержание
Все кончено. Город в огне, улицы залиты кровью, и вряд ли Мириам удастся выжить, особенно после того как ее замечает Война – тот, кто разрушает города и несет гибель всему живому. Тот, кто послан, чтобы стереть род людской с лица земли.
Всадник настигает Мириам, но… вместо того, чтобы убить, называет ее своей женой и открывает ей свое сердце. Однако любовь и смерть – плохие соседи. Мириам придется сделать выбор: уступить Войне и стать свидетелем гибели человечества, или пожертвовать всем и остановить катастрофу.
Война - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Да что творится с местными женщинами? Каждая так и норовит дать непрошеный совет.
– Взамен ты получишь защиту, – добавляет она.
Меня неплохо защищал и старый добрый клинок.
– А если не сдамся? – спрашиваю я.
Наступает долгое молчание, потом Тамара берет меня за подбородок.
– Женщинам опасно находиться здесь, особенно таким хорошеньким. – Ее взгляд останавливается на кинжале Войны, лежащем рядом с масляной лампой. – Держи оружие поближе. Возможно, оно тебе понадобится.
Глава 6
Я решаю последовать совету Тамары – сплю с кинжалом Войны под подушкой. И главное, засыпаю. Что тоже неплохо.
– Проснись, Мириам, – глубокий голос возвращает меня в реальность.
Резко открываю глаза. Рядом с тюфяком, опершись руками о колени, сидит Война. Пальцы сами тянутся к клинку, и я сажусь, держа его перед собой. Глаза Войны мерцают в полутьме, когда он окидывает взглядом меня – сонную, с оружием в руках.
– Понравился мой кинжал? – спрашивает Всадник.
Я вздрагиваю от звука его голоса. Война говорит на чистейшем иврите.
– Ты умеешь разговаривать, – констатирую я. «И знаешь, как меня зовут» , – добавляю мысленно.
Он хмыкает.
– Я имею в виду, что сейчас я тебя понимаю, – добавляю я.
Я уже привыкла, что Война говорит на неведомом языке, а я каким-то образом его понимаю. Но слышать из его уст родную речь – совсем другое дело, это выбивает из колеи. И означает, что все это время он понимал меня.
– Зачем ты разговариваешь на какой-то тарабарщине? – спрашиваю, продолжая угрожать ему клинком.
Не о том спрашиваешь, Мириам. Правильный вопрос: «Какого черта ты делаешь в моей палатке?»
Всадник поднимается, подходит ближе. Я поднимаю оружие выше. Но ему плевать на кинжал. Война садится на край тюфяка, не обращая внимания на то, что острие кинжала впивается ему в кожу у самого горла. Смотрит на клинок, уголок его губ приподнимается в усмешке. Выглядит он при этом зловеще довольным .
Угрожать ему, похоже, бессмысленно. Мне почему-то кажется, что Войну вся эта ситуация… умиляет.
– Почему я понимаю твою речь? – спрашиваю его.
– Ты моя жена, – спокойно отвечает Всадник. – Ты понимаешь мою природу, мой дар.
Хм, тут есть одна проблема.
– Я тебе не жена.
Война усмехается.
– Хочешь доказать свою правоту? Буду более чем рад. – В его словах слышится некий сексуальный намек.
– Убирайся из моей палатки, – говорю, перехватывая кинжал.
Война разглядывает меня, его глаза мерцают в полумраке.
– Разве палатка твоя? – удивляется он.
Нет. Но ему здесь не место.
– Убирайся из этой палатки, – уточняю я.
– Или что? – он поднимает бровь.
Разве не очевидно? Сильнее надавливаю острием кинжала на кожу Всадника. Темная струйка крови сбегает по его шее. Война подается ближе:
– Маленькая храбрая воительница, угрожаешь мне в моем же лагере. – Он разглядывает мое лицо.
– Как ты вообще меня нашел? – спрашиваю я.
В лагере тысячи одинаковых палаток.
– Ты, кажется, хотела, чтобы я ушел, – напоминает Война. Я чувствую, как ему весело.
– Но ты все еще здесь. Так как же?
– Я не смогу ответить, если ты перережешь мне горло. – Он косится на кинжал.
Я колеблюсь. Любой мужчина, пробравшийся в палатку, пока я сплю, представляет собой угрозу. Хотя стоит признать – если бы Война хотел навредить мне, то уже сделал бы это, и никакой кинжал ему не помешал бы. Я опускаю оружие. Всадник касается кровавой линии на шее и, могу поклясться, на его лице мелькает улыбка.
– Это мой лагерь. Здесь невозможно что-либо от меня утаить.
Крепче сжимая кинжал, произношу:
– Говорят, ты не можешь умереть.
– Так вот почему ты еще не пыталась убить меня? – Снова этот насмешливый тон.
Да. Молчание – тоже ответ.
– Так что? Можешь или нет? – продолжаю допрос.
– Умереть? – переспрашивает Война. – Могу, конечно.
Черт! Зачем я только опустила кинжал?
– Но обычно я не остаюсь мертвым надолго.
Пристально смотрю на него:
– Что это значит?
Он подхватывает зажженную масляную лампу, которую я до сих пор не замечала, и встает:
– Когда-нибудь поймешь. Это, и многое другое, aššatu. Жена . Ты должна сдаться.
В последний раз бросив на меня загадочный взгляд, Война задувает лампу и исчезает в ночи, как призрак.
Город пал, меня взяли в плен, а все вокруг считают, что я должна жить, как ни в чем не бывало. Это становится ясно на следующее утро, когда я просыпаюсь от чьей-то болтовни рядом с палаткой. Что ж, удивляться нечему. Этого от меня ждали и раньше – на следующий день после Прихода Всадников.
Надеваю свою старую, заляпанную кровью одежду. Она еще влажная, но гораздо удобнее, чем наряд, который мне выдали. Натягиваю сапоги и выхожу на улицу. У палаток сидят люди, болтают, смеются, пьют чай и кофе. В этой части лагеря живут в основном женщины и дети, и я поражена тем, что у некоторых покрыты головы. Я думала, Война потребует, чтобы мы отказались от своей веры, но, по-видимому, это не так.
В воздухе еще стоит аромат жареного мяса, и на мгновение меня накрывает воспоминанием о мертвых телах на улицах Иерусалима. Там тоже пахло мясом.
Идя на запах, выхожу на вчерашнюю поляну. Здесь, в этом ужасном месте, кажется, раздают еду. Вижу баранью тушу, крутящуюся на вертеле, на столах – подносы с фруктами, орехами и хлебом. Бреду в конец очереди и стараюсь не думать, откуда взялась вся эта еда. Армию нужно кормить, а уж такую гигантскую, как эта… Набеги на города и села – меньшее из зол, совершенных этими людьми.
Когда очередь почти доходит до меня, замечаю знакомое лицо. Вчерашний солдат, тот самый, что сжимал рукой пах и тыкал в меня кинжалом, стоит на другом краю поляны и курит. На голове у него куфия [6] Куфия – мужской головной платок, популярный в арабских странах.
, он перебирает пальцами жидкую бородку, болтая с другими солдатами, но смотрит при этом только на меня. Не отводит глаз, как бы долго и пристально я не смотрела в ответ.
Меня слегка успокаивает лишь тяжесть кинжала на поясе. Я отворачиваюсь первой, хватаю еду и ухожу прочь. В поисках относительно спокойного места, чтобы позавтракать, направляюсь к краю лагеря. Сажусь и смотрю на горы вокруг. Так легко ускользнуть отсюда незамеченной… Замираю, перестаю жевать, и осторожно оглядываюсь в поисках патрульных. Никого.
Отставляю тарелку и встаю. С трудом подавив желание оглянуться и проверить, не следит ли кто-нибудь за мной. Это ведь самый легкий способ попасться – показать, что задумала что-то. Задержав дыхание, спокойным шагом направляюсь прочь. Пролетают секунды, гул лагеря постепенно затихает. Я вздыхаю с облегчением. Получилось! Все оказалось даже легче, чем я думала…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: