Терри Гудкайнд - Разлученные души

– Мы знаем, – воинственно отрезала Элис. – Сейчас наш хозяин – Ханнис Арк. Благодаря своим особым способностям он освободил нас от связи с Даркеном Ралом и стал нашим повелителем, который питает эйджилы. Мы связаны с ним.

Людвиг, обхватив Элис одной рукой за плечи, дружелюбно встряхнул ее.

– Разве не ясно, что произошло? – Он указал на Эрику, а затем снова подался к Элис и заглянул ей в лицо, от которого его отделяло лишь несколько дюймов. – Эйджил Эрики в рабочем состоянии, думаю, женщина рядом с тобой это подтвердит – но ваши эйджилы мертвы. Как бы ты это объяснила?

Элис с беспокойством задвигала руками, ощутив в них неприятные судороги. Затем поднесла руку к глазам и увидела, что ее кожа покрылась морщинами. На тыльной стороне кисти просвечивали синие вены и темнели пигментные пятна. Она долго всматривалась в них, пытаясь понять, почему так изменилась чистая гладкая кожа.

Резко подняв руку, она коснулась волос. Затем перекинула из-за спины косу и увидела, что в ней появилась седина. Остальные морд-ситы смотрели, как прямо на глазах волосы Элис становились все более седыми и ломкими. Ее кожа продолжала истончаться и сморщиваться.

Вдруг из ее открытого рта выпал один из верхних резцов – и отскочил по ковру. Остальные четверо морд-ситов уставились на него.

За ним последовали еще два зуба. Элис засунула в рот дрожащие, негнущиеся, скрюченные пальцы и достала еще несколько зубов, выпавших из десен. Она держала зубы в горсти и смотрела на них.

В считаные минуты она постарела по меньшей мере лет на шестьдесят.

– Плохо выглядишь, Элис, – с притворным беспокойством заметил Людвиг. Его рука по-прежнему лежала у нее на плече. – Весьма. – Он посмотрел Эрике в лицо: – Мне кажется, она выглядит плохо. Да?

– Да, магистр Дрейер, мне тоже так кажется, – спокойно согласилась Эрика. – Плохо.

– Я… Я… не понимаю, – пробормотала Элис.

Судя по растерянности на ее изрезанном морщинами лице, она говорила чистую правду. Элис коснулась своего лица, обвисших щек, пятнистого запястья. Положила руку на больше не облегавшую ее красную кожу и нащупала сморщившуюся грудь.

– Что со мной?

Людвиг, все еще склонявшийся к ней и державший ее за плечи, с беспокойством нахмурился, вглядываясь в нее:

– Знаешь, Элис, чего, по слухам, морд-ситы боятся больше всего на свете?

Ее полные паники выцветшие глаза обратились к нему:

– Умереть старой и беззубой в своей постели…

Он серьезно кивнул:

– Верно, Элис. Умереть старой и беззубой в своей постели. – Он наконец убрал руку с ее слабых плеч и махнул в сторону коридора. – Теперь, Элис, отправляйся-ка ты в постель.

Без возражений, смущенная и подавленная обрушившимся на нее грузом лет, сгорбленная старуха в болтающемся на ней одеянии из красной кожи зашаркала прочь выполнять распоряжение.

Как только она дотащилась до коридора и покинула зал, Людвиг снова встал перед четырьмя морд-ситами, заложив руки за спину.

– Боюсь, худшие страхи Элис воплотились. Она скоро умрет в своей постели, старая и беззубая. – Он печально покачал головой и вздохнул: – Какая жалость!

Одна из морд-ситов сглотнула.

– Аббат… то есть, магистр Дрейер, что происходит?

Он улыбнулся:

– Ну, похоже, вы только что сделали первый шаг. Признали меня магистром Дрейером. Означает ли это, что вы готовы признать меня своим хозяином? – Людвиг, наклонив голову, вопросительно посмотрел на них. – Целиком и полностью? Магистром, за которого готовы умереть? С которым отныне будете связаны узами и который будет давать силу вашим эйджилам?

Людвиг не позволял себе недооценивать могущество Ханниса Арка, но, как и морд-ситы, вряд ли тот предполагал, что проделанное сейчас Дрейером вообще возможно.

Одна за другой все четыре кивнули.

– Хорошо, – с улыбкой сказал Людвиг и решительно потер руки. – Очень хорошо. В таком случае почему бы вам снова не проверить свои эйджилы?

Они послушались, резким движением подхватили оружие – и по решимости, отразившейся в их взглядах, стало понятно, что эйджилы вновь действуют. Женщины опять стали морд-ситами. Теперь связанными узами с ним.

– Каждая из вас разорвала связь с предыдущим господином и приняла новую. Вы сделали мудрый выбор в нужное время. Сначала разорвали связь с Даркеном Ралом и добровольно присоединились к Ханнису Арку. Но он оказался недостоин вас, не говоря уж о данном Элис позволении править вами неподобающим морд-ситам образом. – Женщины переглянулись. – Теперь у вас новый господин, на сей раз достойный вашей неколебимой преданности. Теперь вы, как и Эрика, связаны со мной, магистром Дрейером. Так же, как прежде с Даркеном Ралом и Ханнисом Арком – падшими, недостойными властелинами. Теперь ваши эйджилы действуют благодаря связи со мной.

– Мы понимаем, магистр Дрейер, – сказала одна из них, выпрямляясь и расправляя плечи. – Благодарим за предоставленную возможность служить вам.

Остальные, выпрямившись, поклялись верно служить ему и отдать за него свои жизни.

Людвиг положил руку на плечо Эрике.

– Госпожа Эрика со мной уже довольно давно. – Он улыбнулся. – И, конечно же, будет над вами старшей. Она отвечает за вас, и вы будете выполнять ее распоряжения. Но это касается лишь приказов; вы не ее собственность, как было с Элис, а снова сестры по эйджилу. Понятно?

Морд-ситы с довольным видом расправили плечи и без возражений кивнули.

– Далее, – сказал Людвиг. – Я знаю о Ханнисе Арке достаточно, чтобы сказать – у меня другие требования к морд-ситам. Прежде всего вы будете носить черную кожу в знак того, что служите мне. Понятно?

Женщины еще раз кивнули.

– Служение мне распространяется и на опочивальню.

Они удивились неожиданному указанию и прямолинейности Дрейера, хотя шокированными не казались. Людвиг слышал, как Даркен Рал обращался с женщинами – они покинули его в том числе по этой причине. Ханнис Арк же, напротив, интересовался не их телами, а лишь верностью. Дрейера заботило и то и другое.

В отличие от уз, связывающих морд-ситов с Даркеном Ралом, свои узы Людвиг создал с помощью оккультных способностей. Пусть морд-ситы верили, что узы зависят от их веры в его власть над ними и в данную ими клятву верности, но это было не так. На сей раз связь нерасторжима, пока живы они или сам Людвиг. От Даркена Рала они ушли – но теперь лишь смерть освободит их, а желание оставить службу роли не сыграет.

Однако у Дрейера не было экзотичных пристрастий, которыми был одержим Даркен Рал. Более того, то, как Даркен Рал обращался с женщинами в опочивальне, Людвиг считал отвратительным. Неудивительно, что они захотели освободиться. У морд-ситов Людвига подобное желание не возникнет лишь из-за того, что они спят с ним. У него самые обыкновенные предпочтения, и ему просто нравилось быть с женщиной так, как это задумал Создатель. По большей части.