Хизер Сноу - Сладкая иллюзия

– Я решила больше не носить накидки. – Эмма пожала плечами. – Мне кажется, такой фасон дает больше свободы. А ты как считаешь?

На губах Эммы заиграла не слишком целомудренная улыбка, и Дерик прищурился. Так вот, значит, что она задумала. Он подозревал, что Эмма питает какие-то надежды на его счет, но совсем не предполагал, что она станет так открыто его домогаться. А предположить стоило. Очевидно, в его отсутствие Эмма придумала какой-то план. Но теперь, когда он разгадал ее хитрость, ему придется ее разочаровать.

Дерик пожал плечами в ответ и надел на лицо маску полного безразличия.

– Полагаю, это дело вкуса, – произнес он, переключая внимание на список потенциальных управляющих.

Эмма долго молчала, наконец Дерик не выдержал и бросил на нее взгляд. Она по-прежнему улыбалась, только улыбка была слишком широкой, а пальцы правой руки сжались в кулак. А дьявол! Он ранил ее чувства. Дерик не должен был обращать на это внимание. Ведь если бы это была другая миссия, другая женщина, ему не было бы до нее никакого дела. Но Эмма – другое. Ему не хотелось ее обижать. Поэтому впредь давать отпор нужно немного помягче.

– Хотя знаешь, это платье очень тебе идет.

– Спасибо. – В улыбке мисс Уоллингфорд сквозило недоверие, но, по крайней мере, теперь она была искренней. Эмма глубоко вдохнула. – Предупреждаю, я приехала, чтобы тебя соблазнить.

– Что? – Карандаш переломился пополам в руке Дерика, и его треск показался невероятно громким в тишине комнаты. Виконт, конечно, знал, что деликатность и Эмма – понятия несовместимые, и все же…

На изящном лбу девушки пролегла складка, и ее брови озадаченно сошлись на переносице.

– Я помню, как ты воровал у кухарки пирожки с ежевикой, когда мы были детьми. Она вышла на пенсию несколько лет назад, но я нашла ее рецепт и попыталась испечь их сама. Вот я и подумала, что, возможно, мне удастся оторвать тебя от отчетов и соблазнить отправиться на пикник.

Ну, конечно. Как же он забыл? Эмма не всегда подразумевала то, что говорила, или же, наоборот, воспринимала сказанное слишком буквально. И все же его телу было все равно, что именно подразумевала Эмма. Нервы Дерика натянулись как струна в тот самый момент, когда Эмма возникла на пороге комнаты, а после того, как она произнесла слова «соблазнить тебя», он и вовсе чуть не сошел с ума.

– Что ж, это действительно весьма соблазнительно, – пробормотал Дерик. – И все равно мне нужно просмотреть все эти бухгалтерские книги.

Однако, вместо того чтобы оставить его в покое, Эмма вошла в комнату. Дерик почувствовал ее движение, как если бы они были связаны невидимой нитью. И чем ближе она подходила, тем большее предвкушение испытывал Дерик.

– Но ведь тебе нужно когда-то есть, – вкрадчиво произнесла Эмма, – кроме того, я готовлю не для каждого. Честно говоря, я вообще взялась за стряпню первый раз в жизни. – Эмма остановилась у письменного стола и устремила взгляд в окно, сквозь которое проникали внутрь теплые лучи летнего солнца. – Сегодня такой чудесный день…

Дерик чувствовал себя старым ворчуном, разочаровывая Эмму, когда она так старалась ему понравиться. Что-то подсказывало ему: ничего подобного она еще не предпринимала. О ее неискушенности свидетельствовала легкая дрожь в нарочито беззаботно звучащем голосе и слишком яркий блеск янтарных глаз. И все же ради их обоюдного спокойствия нужно продолжать держаться по-деловому. Насколько это возможно, конечно.

– Я бы непременно поехал с тобой, если б смог, – произнес Дерик, прекрасно осознавая, что этого хочет лишь какая-то его часть, – но мне действительно нужно закончить с делами. А потом необходимо провести собеседование с претендентами на место управляющего.

Эмма нахмурилась.

– Управляющего? В твои другие поместья?

– Нет. В замок.

– О… – Эмма еле слышно вздохнула и прикусила нижнюю губу. – Я думала, ты сам будешь за ним присматривать.

«Когда поселится здесь, займет место судьи и… ее “партнера”». Эмма не сказала этого вслух, но Дерик все же услышал.

– Я не останусь здесь, Эмма. – Ему необходимо было ее содействие, поэтому он оставил место надежде, хотя и чувствовал себя виноватым из-за того, что ввел ее в заблуждение. – Но даже если бы решил остаться, прошло бы много времени, прежде чем я смог бы переехать. Для начала управляющему очень многое нужно здесь переделать.

Эмма кивнула.

– О, я с тобой согласна. Я уже давно подумывала о том, что для возделывания твоих земель необходима новая техника. Например, такая же, что мы используем у себя. Я с удовольствием потрачу несколько дней на то, чтобы в подробностях рассказать тебе о том, как мне нравится вспахивать мои поля.

Дерик почувствовал, как у него округляются глаза. Он поджал губы, отчего на его лице возникло выражение веселости, смешанной с вожделением.

– Или я могла бы проинструктировать твоего нового управляющего… если ты так хочешь, – поспешно забормотала Эмма, очевидно, превратно истолковав выражение лица Дерика.

Вся его веселость мигом улетучилось. При мысли о том, что Эмма будет показывать другому мужчине, как вспахивать ее поля и что-то еще, Дерик ощутил горячую боль в груди. Совсем как от удара. Другой человек на его месте решил бы, что в его душе поселилась ревность к… еще не нанятому управляющему. Какой вздор!

– Полагаю, ты хочешь взять на эту должность кого-то из местных жителей. Есть кто-то на примете? – спросила Эмма.

– Да. Пять претендентов. – Дерик откашлялся, стараясь не думать о людях из его списка как о безнравственных пахарях и о том, как ему все это не нравится.

– Что ж, хорошо. Если отказываешься ехать со мной на пикник… – Эмма протянула руку. Когда же Дерик посмотрел на нее, не понимая, в чем дело, она нетерпеливо щелкнула пальцами. – Позволь взглянуть на твой список. Я знаю всех в окрестностях. И могу рассказать тебе о каждом. – Эмма взяла из рук Дерика список и опустилась на стул с высокой резной спинкой, стоящий напротив него. – Хотя поесть пирожков и выпить вина было бы куда приятней, – еле слышно пробормотала она.

Ее тихое ворчание вновь подняло Дерику настроение.

Эмма расправила юбки, и Дерика вдруг посетила совершенно несвойственная ему причудливая мысль. На этом стуле, обитом жемчужно-серой тканью, в зеленом платье, облегающим бедра и с расширяющимся книзу подолом, Эмма напоминала восседающую на троне русалку.

Эта мысль пробудила и другие детские воспоминания. Эмма всегда изображала морскую принцессу, когда они купались в самом глубоком месте ручья. В том самом, что расширялся запрудой у старой пещеры на восточной границе земель Эйвлинов. Да. Он совсем забыл об этом. Но сейчас… Воспоминания нахлынули на него, подобно мощному потоку. Он вспоминал: набитый украденными пирогами живот, горячие лучи солнца на своей коже, Эмму, отказывающуюся играть в короля Артура и рыцарей Круглого стола до тех пор, пока он не согласится сначала исполнить роль слуги морской принцессы. Дерик дулся и протестовал, но все равно покорно подносил ей воображаемую еду и напитки, или цветы, или что там еще она ему приказывала. И так продолжалось до тех пор, пока Эмма не уставала от этой глупой девчачьей игры и уступала Дерику. И тогда они вновь бегали по полям, размахивая воображаемыми мечами.