Луиза Мэй Олкотт - Сестры Марч (сборник)

– А о чем ты думала?

– О красивых лицах и глазах, – ответила Мег и, пользуясь тем, что Джо не видит в темноте ее лица, позволила себе улыбнуться.

– Какого же цвета глаза ты предпочитаешь?

– Карие. Ну, голубые тоже ничего, – поспешила оговориться Мег.

Джо засмеялась, и Мег строгим голосом приказала ей замолчать немедленно и не мешать спать остальным. Затем она пообещала сестре, что завьет ей волосы, и ее голова даже с короткой стрижкой будет выглядеть вполне симпатично. Потом Мег принялась строить «воздушный замок» и так увлеклась этим занятием, что незаметно уснула.

Едва забрезжил холодный серый рассвет, как сестры поднялись. У них уже вошло в привычку, прежде чем приниматься за дела, прочесть главу из томика, подаренного матерью на Рождество. Но сегодня чтение это приобрело особое значение. Девочки не просто следовали пожеланиям миссис Марч, а всей душой молили Всевышнего об избавлении от несчастья – только сегодня они по-настоящему ощутили, как были счастливы, пока жизнь отца не оказалась под угрозой.

Чтение укрепило их дух, и, спускаясь вниз, чтобы проводить мать, каждая из девочек решила держаться изо всех сил и не проронить ни слезинки. Да они и вправду надеялись на благополучный исход.

На улице было темно, и только в доме семейства Марч горел свет. Как непривычно завтракать в столь ранний час! Даже Ханна была неузнаваема: спросонья она забыла снять ночной чепец и так в нем и стояла у кухонной плиты.

Собрали и заперли платья, и шляпа миссис Марч лежала на спинке дивана. Сама она делала вид, что завтракает с большим аппетитом, но несмотря на все старания выглядела такой измученной, что девочкам стоило немалых усилий сдержать обещание и не расплакаться. У Мег то и дело наворачивались слезы на глаза, и лишь огромным усилием воли ей удавалось подавить рыдания. Джо порой закрывалась кухонным полотенцем, а лица младших девочек словно окаменели.

Все были угнетены и хранили молчание. Лишь когда миссис Марч с помощью дочерей облачилась в плащ и шляпу и коляска уже подъезжала к крыльцу, она обратилась к обступившим ее девочкам:

– Оставляю вас на попечении Ханны и под покровительством мистера Лоренса. Наша Ханна сама преданность, а мистер Лоренс будет заботиться о вас не меньше, чем о собственном внуке. Словом, мне нечего о вас тревожиться. Хочу только, чтобы вы правильно отнеслись к беде, которая свалилась на нас. Не вздумайте горевать или сетовать на судьбу. Это одинаково глупо и никому еще не приносило облегчения. Не надейтесь, что найдете утешение в лености или забвении. Трудитесь, как всегда. Сейчас работа – единственное наше спасение. И даже в самом худшем случае память об отце всегда будет с вами.

– Мы поняли, Марми.

– А ты, милая Мег, приглядывай за сестрами, не бойся спрашивать совета у Ханны, а в трудных случаях обращайся к мистеру Лоренсу. Тебя, Джо, прошу быть сдержанной. Постарайся избегать необдуманных поступков и не впадай в отчаяние. Почаще пишите мне и, что бы ни случилось, сохраняйте присутствие духа. Занимайся музыкой, Бет, она всегда успокаивает тебя. А ты, Эми, слушайся старших и не кисни.

– Хорошо, мы постараемся, Марми! – хором отозвались девочки.

Раздался шум экипажа. Все вышли на крыльцо, но и эту тяжелую минуту девочки выдержали с честью – никто не проронил ни слезинки. У них даже хватило сил улыбнуться, когда они просили передать папе привет, хотя каждая со страхом думала, что, быть может, отец никогда уже этого не услышит.

Тут же стояли мистер Лоренс и Лори, а мистер Брук, отбывавший с миссис Марч, проявил столько предупредительности, что сестры сразу же назвали его Добрым Сердцем, и прозвище это отныне прочно укоренилось в доме.

Когда карета тронулась, выглянуло солнце. Провожающие сочли это добрым знаком. Видимо, пассажиры, сидящие в карете, подумали о том же. Выглянув из окон и улыбнувшись, они еще раз помахали на прощанье.

– У меня такое чувство, будто мы пережили землетрясение, – сказала Джо, после того как мистер Лоренс и Лори ушли к себе завтракать.

– Будто полдома рухнуло, – с грустью добавила Мег.

Бет открыла было рот, чтобы что-то сказать, но в это время взгляд ее упал на стопку аккуратно заштопанных чулок, и она выразительно посмотрела на сестер. Сестры поняли ее. Оказывается, перед отъездом Марми успела позаботиться, чтобы у дочерей всего было вдоволь. Это настолько растрогало девочек, что они впервые за утро дали волю слезам. Впрочем, мать была уже далеко, и теперь они могли себе это позволить.

Увидев, в каком состоянии пребывают ее питомицы, Ханна почла за лучшее не мешать. Лишь убедившись, что горе явно пошло на убыль, она появилась в гостиной, оповещая о своем приходе звоном кофейного сервиза.

– Ну, юные леди, не мешает вспомнить, что советовала ваша мама. Не горюйте. Выпейте лучше по чашечке кофе да принимайтесь задела. Надо поддерживать честь семьи.

Ханна знала, что делает. С тех пор как мистер Марч разорился, в его доме не часто подавали кофе. Вот почему, учуяв запах лакомого напитка, девочки сразу приободрились. Сменив мокрые носовые платки на крахмальные салфетки, они быстро уселись за стол и несколько минут спустя были готовы приняться за какое угодно дело.

– Трудитесь и надейтесь на лучшее – вот наш девиз. Проверим, кто лучше всего ему следует. Я, как всегда, иду к тетушке Марч. Ох, и запилит же она меня сегодня, – вздохнула Джо и с удвоенной энергией принялась за кофе.

– А я иду к Кингам. Хотя я с большим удовольствием осталась бы дома, по крайней мере, навела бы тут порядок, – сказала Мег, с беспокойством думая, не опухло ли у нее лицо от только что пролитых слез.

– За дом можешь не волноваться. Мы с Бет прекрасно справимся, – заверила Эми.

– Конечно, Мег. Ханна объяснит, что делать. К тому времени как вы с Джо вернетесь, все будет убрано, – сказала Бет и, не откладывая дел на будущее, извлекла на свет таз для мытья посуды, какие-то тряпки и швабру.

– По-моему, переживания олицетворяют большую значительность, – важно заявила Эми, и, несмотря на гнетущую тяжесть последних двух дней, сестры не выдержали и весело рассмеялись.

Правда, заметив, что Эми решила поискать утешение у сахарницы, Мег очень строго посмотрела на нее.

Когда Ханна снабдила Джо и Мег горячими пирожками, девочки снова загрустили. И уж совсем им стало грустно, когда, выйдя на улицу, они по привычке взглянули на окно, в котором обычно видели миссис Марч. Но их ждал сюрприз. Не успели они отвернуться и отправиться в путь, как заметили в окне розовощекую Бет, которая ласково кивала сестрам на прощанье. Вспомнив о семейной традиции, Бет решила проводить старших сестер на работу по всем правилам.