Даниэла Стил - Калейдоскоп

Джон покачал головой и сел за стол напротив нее, в глубине души надеясь, что не все ее чувства оказались убитыми перенесенной в детстве болью и что ему удастся их затронуть.

— Нет, Хилари, еще не поздно… не может быть поздно… Вы были для них всем…

Так говорил Артур. Однажды он рассказывал, как Хилари заботилась о сестрах, и плакал при этом.

— Вы не можете теперь отвернуться от них. Хилари посмотрела ему в глаза, задаваясь вопросом, кто этот человек, как он ее нашел и откуда столько знает.

— Они во мне больше не нуждаются, Чепмен. Они теперь взрослые. Кто они?. Секретарши? Домохозяйки?

«Лучшей судьбы она, вероятно, для них не мыслит», — подумал Джон и улыбнулся:

— Одна — баронесса во Франции, имеет двоих детей, а другая — врач в Кентукки. Обе милые женщины и интересные личности. Думаю, они вам понравятся.

— А кто из них врач?

Трудно было представить врачом кого-либо из тех маленьких девочек.

— Меган. Она молодец. И Александра тоже. Она душевная, добрая и отзывчивая.

— Александра такой была и в детстве, — прошептала Хилари и, закрыв лицо руками, покачала головой:

— Надежда на нашу встречу позволила мне пережить десять лет ада. Я украла десять тысяч долларов, принадлежавших моей тетке, и приехала в Нью-Йорк, чтобы разыскать сестер.

Она глухо рассмеялась, не отнимая ладоней от лица, и Джону стало не по себе от этого смеха.

— И тогда Артур сообщил мне, что потерял их след, не имеет понятия, где они находятся… Я тоже не смогла их найти…

Когда она опустила руки, взгляд ее был опустошенным и надломленным.

— Что может принести такая встреча, кроме боли и воспоминаний о случившемся?

— Эти воспоминания есть только у вас, Хилари. У других их нет. Александра помнит только вас, а Меган вообще ни о чем не знала. То, что случилось с вашими родителями, теперь не важно. Главное, что вы теперь нужны друг другу. Не отвергайте своих сестер, даже не повидавшись с ними.

— Этот старый негодяй разделил нас. С какой стати я буду потакать его желанию успокоить свою больную совесть? Моя жизнь не изменится, даже если я с ними увижусь. Все кончено. Они ушли. Как… как мои родители. Как прошлое.

— Ваши родители ушли навсегда, но ваши сестры — нет. Они живы и реальны и хотят с вами встретиться. Не отказывайтесь от этого шанса.

Она медленно покачала головой и снова встала. Ее глаза опять горели холодным зеленым пламенем.

— Нет. Скажите Паттерсону, что я его ненавижу… Вы не можете даже себе представить, как я его ненавижу.

— Почему? Я знаю, что он вас разделил, но разве было еще что-то?

Джон хотел спросить ее об этом с тех пор, как впервые прочел материалы о ней.

— Теперь это не имеет значения. Он знает, что с нами сделал. Ну и пусть умирает с сознанием вины… Для меня все кончено… У меня своя жизнь… своя работа… Больше мне ничего не надо.

— Такая жизнь чертовски пуста, Хилари. Я знаю это, потому что сам живу так же. С кем вы можете поговорить в тишине ночи? Кто берет вас за руку, когда вы больны, устали или испуганы? У меня есть бывшая жена, родители и двое братьев. А кто есть у вас? Можете ли вы себе позволить отвернуться от тех двух женщин?

— Убирайтесь из моего кабинета!

Хилари подошла к двери и распахнула ее. Она больше не в силах была это слушать.

Однако Джон, прежде чем уйти, достал из кармана и положил ей на письменный стол листок бумаги с инструкциями, как добраться до дома Артура в Коннектикуте, его телефоном и адресом. У двери он посмотрел Хилари в глаза и произнес:

— На протяжении нескольких месяцев я жил вашей жизнью. Страдал за вас. Побывал в Чарлстауне, Джексонвилле, говорил с вашей соседкой, которая нашла вас едва живую на своем крыльце… Я знаю, что Паттерсон нанес вам тяжелейшую рану… Знаю, сколько вы пережили… — Голос Джона дрогнул. — Но ради бога, пожалуйста, не делайте этого, не отворачивайтесь теперь от них. Они нуждаются в вас, и вы нуждаетесь в них… Хилари, прошу вас… приезжайте. Я тоже там буду и сделаю все, чтобы вам помочь.

Хилари изумленно глядела на него, не понимая, как он до всего докопался.

— Приезжайте… пожалуйста.

С этими словами Джон легонько дотронулся до ее руки и вышел из кабинета.

Хилари стояла и смотрела ему вслед. Вся боль прошлого ожила с новой силой. Она не хотела ехать и встречаться с ними, не хотела вспоминать рыжих кудрей Акси и тихого посапывания Меган по ночам.

Сестры ушли из ее жизни. Ушли навсегда. И она не могла к ним вернуться. Даже по просьбе обаятельного детектива Джона Чепмена.

— Все-таки едешь?

Анри стоял на пороге спальни. В Кап-Ферра она была у них общая. Но после того как Александра все рассказала ему, Анри переселился в гостевую комнату. Его поступок был достаточно красноречив.

— Да, еду.

Вид у Александры был серьезный и решительный. Девочки и багаж ждали внизу. С Маргарет предстояло встретиться в аэропорту Ниццы. Им удалось достать билеты на прямой рейс в Нью-Йорк, без необходимости пересадки в Париже.

— Не передумаешь?

Она медленно покачала головой.

— Извини, дорогой, не могу.

Александра хотела подойти к мужу, чтобы попрощаться, но тот отстранился, чем обидел ее до глубины души.

— Пожалуйста, не надо, — тихо сказал он. — В таком случае желаю тебе счастливого пути.

— Я вернусь не позднее десятого. — Анри кивнул. — Остановлюсь в отеле «Пьер». Буду тебе звонить.

— Не нужно. Я буду очень занят.

Он отвернулся и вышел на террасу. Александра проводила его взглядом и направилась вниз.

Она не знала, что Анри наблюдал за их отъездом, и не видела слез в его глазах, когда он глядел на море, думая о ней. Анри казалось, что Александра безвозвратно потеряна для него. Это было невероятно… Он просто не понимал, как такое могло случиться…

«Вообще-то, — подумал он, — Александра такая же жертва обстоятельств, как и я. Но я страдаю гораздо больше. Вот теперь она отправилась на эту бессмысленную встречу с незнакомыми ей сестрами. Жаль, что мне не удалось ее остановить, но она оказалась так упряма».

Маргарет настояла, чтобы они летели первым классом. Девочкам в самолете очень понравилось. Они беспрестанно баловались, например, дули друг на друга через соломки для напитков.

— Девочки, успокойтесь! — уговаривала их Александра, все еще думая о муже.

Маргарет посоветовала разрешить детям подвигаться и, когда сестрички ушли на поиски других детей, с которыми можно было бы поиграть, спросила, как Анри воспринял новость. Александра перед этим лишь кратко сообщила ей, что сказала мужу всю правду.

— Он не высказал этого прямо, но думаю, что все кончено. Я уверена, когда вернусь, окажется, что Анри уже связался с адвокатами и подготовил документы для развода.