Джуд Деверо - Принцесса

Рука Арии задрожала.

– Я помолвлена и выйду замуж за графа Джулиана Борган-Гессианского.

– О-о? – Джей-Ти приподнял ее руку и исследовал рану. – Вы даже его видели?

– Конечно. Я видела его три раза и танцевала с ним четыре раза.

– Целых четыре раза! Какое чудо, что вы еще не забеременели. Ну-у, не смотрите так, словно вы насмерть шокированы – лучше идите и закончите с креветками.

Неотесанный, вульгарный мужик! Темница для него будет слишком хороша. Она должна придумать более суровое наказание – что-нибудь унизительное и омерзительное.

– Моя рука поранена. Я не могу… Где у вас… где тут… туалет?

– Видите эти деревья? Это – один большой туалет.

Стараясь не потерять самообладания, она пошла прочь от него к узкой тропинке. Если она сейчас сорвется, ей с собой больше не справиться. Ее и так уже почти трясет от гнева. Этот наглец – просто что-то абсолютно невероятное! Никто еще не смел с ней так разговаривать – никогда! Она вообще даже представить себе не могла, что такое возможно. Но она не опустится до его уровня. Пусть она измучена, голодна, страдает от жажды и зноя, но по крайней мере сейчас она далеко от него.

Ей было совсем не просто найти обратную дорогу на берег, но в конце концов это удалось. Может, к острову подплывет какая-нибудь лодка и она сможет сама выбраться отсюда? Она прошлась вдоль пляжа, ступила в воду, утопая по щиколотку в вязких подгнивших водорослях, и стала всматриваться в горизонт поверх океана.

На берегу валялись раковины, но ее заинтересовало нечто вроде длинных узких голубых баллончиков. Она наклонилась, чтобы поднять их.

– Не прикасайтесь!

От неожиданности Ария вздрогнула и отдернула руку. Он стоял на возвышении над пляжем.

– Вы шли за мной по пятам?

В руках у него была армейская винтовка, и он положил ее на землю.

– Вы говорите, в вашей стране есть ванадий?

– Сколько угодно.

Она опять нагнулась, чтобы взять баллончик.

– Это – война мужчин, – быстро сказал он. – А они иногда придумывают такие штуки, которые вам и в голову не придут. От боли люди тоже умирают.

– Ох! – воскликнула она и резко выпрямилась, а потом пошла назад в глубь пляжа. – Теперь вы можете оставить меня одну.

Он пошел за ней.

– Оставить вас одну, чтобы вас убили? У вас есть поразительная способность влипать во всякие скверные истории. Я не хочу, чтобы вы оставались на берегу. Эти два сукиных сына, которые пытались вас прикончить, могут еще вернуться.

– Может, ваш флот уже послал корабли искать меня. Теперь они были около пальмы, и он сел, прислонив винтовку к стволу.

– Я как раз сейчас думал об этом и решил: мне следует защищать вас… или, по крайней мере, ванадий, который у вас есть. Вы должны вернуться со мной в лагерь.

Край острова терялся в воде.

– Нет, спасибо, лейтенант Монтгомери. Я лучше посижу здесь и подожду кораблей.

Она села у кромки воды – прямая спина и руки на коленях.

Джей– Ти прислонился к пальме.

– Что ж, меня это устраивает – только не исчезайте из виду. Нам предстоят еще три долгих дня здесь, и я собираюсь доставить вас правительству США живой и невредимой. Когда вы устанете питаться собственной гордостью, дайте мне знать. У меня в лагере – голубые крабы.

Ария не ответила, он лег и, похоже, задремал. Солнце нещадно палило, желудок ее урчал от голода. Она представила себе ягненка и зеленую фасоль с тимьяном. Солнце сияло ослепительными бликами на воде, но никаких кораблей не было и в помине.

Перед ней, лениво скользя в воде, плыла большая рыбина. Она вспомнила, что этот мужчина добывал рыбу и готовил ее на костре. Это был ее последний завтрак, много часов назад. Она подумала – может, ей удастся развести огонь, но как же ей поймать рыбу?

Она оглянулась назад на мужчину и увидела, что он спит. В футе от него стояла винтовка. Винтовки – она знала в этом толк с детства, когда охота для нее была одновременно и игрой.

Осторожно, чтобы не разбудить его, Ария поднялась вверх по пляжу, но едва дотронулась до винтовки, как он схватил ее за руку.

– Что вы собираетесь с ней делать? Избавиться от меня?

– Я собираюсь поймать рыбу.

Он часто заморгал, прежде чем улыбнулся.

– Что? Использовать винтовку в качестве удочки? Пули – вместо крючков?

– Я никогда не видела более нелепого мужчины, чем вы. Я собираюсь застрелить рыбу.

Его улыбка стала еще шире.

– Застрелить рыбу. При помощи винтовки М-1? Леди, да вы даже не сможете выстрелить из нее, не то что попасть во что-то. Отдача расплющит вас в блин.

– Да что вы говорите… – сказала она насмешливо и подняла винтовку, проверила, заряжена ли она, и прежде чем он успел сказать слово, прицелилась и выстрелила.

– Еще пулю, – скомандовала она, протягивая к нему руки.

Потеряв дар речи, Джей-Ти вложил ей в руку длинную обойму.

Ария опять зарядила, но на этот раз она направила оружие вверх, целясь в стаю уток. Раздался выстрел, и утка камнем упала в океан. Она положила на землю винтовку и взглянула на него.

Джей– Ти прошел мимо нее к краю берега и ступил в воду. Он вытащил большого красного люциана; верхушка его головы была снесена напрочь. Зайдя еще глубже, он выудил утку, у которой тоже не было головы.

– Принцессы кое-что умеют делать, – сказала Ария, резко развернувшись на пятках, и отправилась по тропинке в лагерь. – Вы можете подать их мне на ленч.

Он быстро догнал ее; винтовка висела у него на плече. Он поймал ее руки и сунул в них мокрую утку и рыбу.

– Вы будете есть то, что вы сами убили и выпотрошили. Вам придется усвоить, что я – не ваш слуга. Даже если мне придется вбивать это в вашу голову силой.

Она улыбнулась на его слова.

– Мужчины всегда выходят из себя, когда я их в чем-то превосхожу. Лейтенант Монтгомери, вы умеете ездить верхом?

– Я могу сам одеваться и не морю себя голодом. А теперь идите в лагерь и начинайте ощипывать перья. И на этот раз вы сделаете свою работу до конца.

– Я его ненавижу, – приговаривала Ария, когда выдергивала утиные перья. – И я буду ненавидеть его завтра.

Она выдернула еще одно перо.

– И послезавтра. И послепослезавтра.

– Так вы все еще возитесь? Ария подпрыгнула.

– Вы должны объявлять о своем появлении.

– Именно это я только что и сделал. Он взглянул на ее голые руки.

– Вы понимаете, что опять сидите на солнце?

– Я буду сидеть там, где мне нравится. Джей-Ти пожал плечами, нагнулся над крабами и стал их чистить.

– Я буду ненавидеть его всегда, – еле слышно сказала Ария на выдохе. – Думаю, с меня хватит, – сказала она, вставая. Но потом, к ее ужасу, земля завертелась у нее перед глазами.

Когда она пришла в себя, она лежала в гамаке. Лейтенант Монтгомери, нахмурившись, склонился над ней.