Ава Рид - Безумно

Его пальцы скользят по моей спине вниз, по его собственной рубашке до пояса моей юбки. В тот же момент он втягивает губами мою нижнюю губу, и у меня вырывается легкий стон, который он тут же ловит и отвечает на него, играет со мной. Его руки опускаются мне на бедра, он прижимает меня к себе, при этом толкая меня всем своим весом назад, и я совершенно теряю голову. Я цепляюсь за него так сильно, словно боюсь захлебнуться глубиной своих чувств.

Когда мы упираемся в стол, в край которого я неожиданно врезаюсь, Мэйс плавным движением поднимает меня, и я издаю сдавленный всхлип. Мои руки тем временем сами собой обхватывают его шею, а ноги обвиваются вокруг его талии, еще больше прижимая нас друг к другу. Юбка задралась, и это дает мне свободу движений. Мы так плотно прижимаемся телами, а мои трусики уже настолько мокрые, что они наверняка оставят след на шикарных брюках Мэйсона. Но мне нет до этого никакого дела. Мне слишком хорошо, чтобы думать об этом. Слишком интенсивно. Слишком здесь-и-сейчас.

Мэйсон отрывается от поцелуя, и я с трудом верю, что чуть не захныкала при этом. Мы пытаемся восстановить дыхание, но это не так-то просто, хотя бы потому, что его левая рука опускается мне на лицо и гладит правую щеку, лоб, волосы.

Моя незапятнанная сторона, – проносится у меня в мозгу.

Мою кожу под его пальцами охватывает жар. Я отчетливо ощущаю каждое его движение. Каждое из них я чувствую как легкий удар тока по моей коже.

Его большой палец приходит в движение, скользит по моей щеке и опускается ниже. Когда он обхватывает пальцами мою шею, я, сама того не желая, откидываю голову назад, чтобы позволить ему поцеловать меня в подбородок. Слишком нежно и коротко, слишком мало. Так что я притягиваю ногами его еще ближе к себе и ощущаю его эрекцию. Прижимаюсь к нему еще плотнее, еще крепче. Если это вообще возможно. Эти мои действия и прикосновения заставляют его негромко зарычать, отчего у меня трепещет и сжимается все внизу живота, и это ударяет меня как гром среди ясного неба. Я ловлю губами этот звук, эту низкую вибрацию, снова целую Мэйсона и в этот момент не думаю ни о чем, кроме того, что это становится более волнующим. Более опасным. Более жадным.

Он нетерпеливо берет меня за волосы и аккуратно отводит мою голову еще немного назад. Он снова прерывает поцелуй и, кажется, намеренно мучает меня. Он наслаждается происходящим не меньше, чем я.

Мой разум так затуманен желанием, что я впиваюсь ногтями в его шею и молю, чтобы мы наконец двигались дальше.

Понятия не имею, что он там искал у меня в лице, рассматривая его так внимательно, и нашел ли это, но, в конце концов, он исполняет мою невысказанную просьбу.

Он целует меня. На этот раз не так бурно, не так безумно и яростно, как до того. Нет, этот поцелуй… осторожнее. Медленнее. И определенно еще слаще.

– Мэйс, – шепчу я, ощутив сквозь рубашку его руку у себя на груди. Я вся покрываюсь мурашками.

Я чувствую, как он улыбается, чувствую каждое движение его тела под своими руками, которые соскальзывают с его шеи и спускаются вниз по плечам, гладят мышцы его спины, лопатки.

Дрожа от возбуждения, я двигаюсь руками по воротнику его рубашки и начинаю расстегивать по одной пуговице, что не так уж и легко, потому что губы Мэйсона гуляют по всему моему телу. По вискам, по шее, ключице… теперь уже слева.

Я незаметно двигаюсь так, чтобы Мэйсу снова пришлось перейти к другой моей стороне, и я не напрягалась. Я защищаюсь. Мой макияж не смажется. Моя броня не должна соскользнуть.

В прошлый раз это был просто поцелуй, но теперь это уже нечто большее – и я не могу поверить, что снова чуть не забыла о своем недостатке. Нельзя быть такой беспечной.

– Проклятье! – ругаюсь я, задыхаясь от того, что пуговицы не расстегиваются достаточно быстро, и вслед за этим стону в тот момент, когда Мэйсон целует меня в том единственном месте, прикосновение к которому заставило бы меня прыгнуть со скалы. Прекрасное, бесконечно чувствительное место под правым ухом.

Я слышу его тихий смех и замечаю, как его пальцы ловко проникают под рубашку.

– Мэйс, клянусь тебе, если ты немедленно не поможешь мне, я разорву эту рубашку на две части и не стану извиняться за это.

Это момент, когда что-то меняется, я это четко чувствую. Он замирает и отстраняется.

Я хочу продолжать прикасаться к нему, не хочу, чтобы он отдалялся, чтобы он… прекращал.

Мои руки продолжают пытаться расстегнуть пуговицы, но он сжимает мои запястья, останавливая меня.

– Нет. Не так. Не здесь, Джун, – кое-как выговаривает он.

Мне хотелось бы найти у себя в голове хоть какие-то слова, которые не только будут иметь смысл, но и которые я смогу озвучить, чтобы ответить ему. Но там пусто. Я ничего не могу сделать, кроме как по-прежнему удерживать его взгляд, обнимая ногами за талию. И позволить ему самому определить следующий шаг.

– О черт! – ругается он, и, прежде чем я успеваю понять, что происходит, он берет меня на руки. Я цепляюсь за него, как какая-то обезьяна-паук, а он так легко идет по комнате, как будто я вешу не больше перышка. Я держусь за него, не имея ни малейшего понятия о том, что он задумал. Он поворачивается вместе со мной в сторону, мы проходим через дверь, но не ту, которая ведет в клуб, а дверь во вторую комнату. Здесь нас окутывает чуть более прохладный воздух. Мэйсон закрывает за нами дверь и кладет меня на кровать.

Кровать. У Мэйсона в клубе действительно есть кровать. Я имею в виду… вау. Честно говоря, я думала, что Энди пошутила, преувеличила или плохо запомнила обстановку, но нет, это все-таки правда.

Против моего желания неприятный голос в моей голове спрашивает, сколько женщин лежало здесь так же, как я. С ним. Скольких он приводил сюда или приносил на руках, скольких он касался так же, как меня, и… Нет! Я не должна думать об этом. И это не имеет значения. Я пришла к нему. Я хотела этого. Всего на один раз…

Я приподнимаюсь на локтях и смотрю на Мэйсона. Его грудь резко поднимается и опускается, сквозь брюки заметна эрекция, и, к моему удовлетворению, я обнаруживаю, что справилась с бо́льшим количеством пуговиц, чем думала. Из открывшейся рубашки выглядывает его слегка загорелая кожа, как и несколько темных волосков, которые, если присмотреться, можно найти у него на руках.

Я изучаю его, позволяя своему взгляду скользить по нему, наслаждаюсь тем, как он стоит перед кроватью и разрешает мне это. Как он, в свою очередь, смотрит на меня, и как его взгляд словно касается меня.

– Мэйс, – шепчу я.

Большего ничего, но этого достаточно, чтобы он наконец начал двигаться. Он снимает обувь – и я хотела бы, чтобы он сделал то же самое со всеми своими вещами, прежде чем лечь со мной в постель. Он опускается на меня сверху, ногами между моих ног, смахивает волосы с моего лица и наконец снова целует. Так, словно завтра не существует.