Даниэла Стил - Быстрые воды [litres]

– Все в порядке, мальчик, – прокричал Майку Питер.

Он крепко вцепился в ошейник, держа голову собаки над водой. А другой рукой из последних сил обхватил фонарный столб, даже не почувствовав, как кусок железа раскроил ему плечо. И тут он увидел лодку. Сидевшие в лодке заметили его и поспешно направлялись в его сторону. Собака извивалась и пыталась вырваться, но Питер крепко держал ошейник, чтобы не дать псу уйти под воду. Через несколько секунд двое спасателей схватили Питера и собаку и втащили их в лодку. Питер едва дышал и был почти без сознания. Его завернули в одеяло и положили на дно лодки. Собака легла рядом, не переставая скулить. Прежде чем спасатели завели мотор, Питер замахал рукой:

– Нет… мой друг… он в воде… мы были вместе, он был с собакой…

Спасатели огляделись по сторонам, но никого не увидели. Они проплыли некоторое расстояние назад, но в воде никого не было. И, ничего не сказав Питеру, они продолжили свой путь, а он потерял сознание. Питер наглотался воды, и, когда пришел в себя, его вырвало. Лодка причалила к самодельной пристани, которую соорудили спасатели и к которой всю ночь привозили спасенных ими людей. Спасатели сделали знак медикам, которые сидели в карете «Скорой помощи», и вскоре Питера уже погрузили на каталку и завезли в машину. Он принялся судорожно махать руками и взглядом искать собаку. Двое спасателей, которые привезли его, переглянулись, и один из них кивнул и помог огромному измученному лабрадору залезть в машину, где он тут же улегся на пол. Поводок все еще был прицеплен к его ошейнику, но Бена нигде не было. Когда его подвезли к больнице, Питер горько плакал. Он пытался объяснить парамедикам, что произошло и что Бен все еще был в воде в том месте, где нашли их с собакой.

– Может быть, он уплыл вперед, сынок, а ты его не заметил. Течение было довольно сильным. Мы скажем нашим парням на лодках, чтобы они вернулись и еще раз внимательно все осмотрели. А ты пока не волнуйся.

– Это его собака, – выговорил Питер, плача, как ребенок.

Он чувствовал себя так, словно украл Майка, а не спас его. Обессиленный лабрадор с трудом выбрался из кареты «Скорой помощи» и потрусил рядом с каталкой к больнице. Его никто не остановил, пока он бежал вслед за Питером, волоча за собой поводок. Медсестры в отделении экстренной помощи видели в эту ночь и более странные вещи. Парамедики вкатили каталку с плачущим Питером в коридор и оставили ее у стены, а сами пошли оформлять документы, необходимые для госпитализации. Майк с грустным видом улегся рядом с каталкой. Когда чуть позже медсестры подошли к Питеру, он продолжал плакать, повернувшись лицом к стене, думая о Бене и тревожась за него. Ему оставалось лишь надеяться, что его тоже кто-то подобрал.

– Это твоя собака? – ласково спросила его медсестра.

Они оба выглядели так, словно едва не утонули, что соответствовало истине.

– Это собака моего друга, – сказал Питер, поворачиваясь, чтобы взглянуть на нее. – Они поехали назад, чтобы разыскать его.

По мере того как спасатели доставляли все новых пострадавших, медсестры слышали сотни подобных историй. И не все из них имели счастливый финал. Многие заканчивались трагически. Число жертв уже было гораздо больше, чем ожидалось.

Медсестра проверила жизненные показатели Питера и осмотрела порез на плече. Питер продолжал плакать.

– Как зовут собаку? – поинтересовалась медсестра, стараясь отвлечь его.

Она попросила Питера назвать свое имя, возраст и адрес, а также телефон его близких, кому они могли бы позвонить. Он назвал номер Анны, потому что не хотел, чтобы сотрудники больницы позвонили его родителям и напугали их. Медсестра записала номер.

– Врач осмотрит тебя через минуту, – сказала она и отошла.

Майк проводил ее взглядом, а Питер протянул руку и погладил его. Он мог думать лишь о Бене и о том, что с ним случилось после того, как он прыгнул в воду. Течение оказалось гораздо более сильным, чем он ожидал, и он даже не заметил, как поранил плечо, когда висел на столбе. Медсестра сделала об этом пометку в медицинской карте и вручила карту Жюльетте.

– Парамедики сказали, что он чуть не утонул. Мне кажется, что его рану придется зашивать. С ним собака. Он сказал, что был в воде вместе с другом, но его привезли одного.

Жюльетта молча кивнула. Она легко нашла среди вновь прибывших Питера, потому что рядом с его каталкой лежал черный лабрадор. Она остановилась рядом с плачущим парнем и улыбнулась. Его завернули в термоодеяло, чтобы он согрелся. Некоторое время назад сотрудники МЧС привезли в больницу несколько генераторов. Питер сильно дрожал от холода и от шока.

– Как ты себя чувствуешь, Питер? – мягко спросила Жюльетта.

Он был сильно потрясен и очень бледен, а его губы посинели. В машине ему оказали первую помощь в связи с перенесенным шоком. Как и всем, кого Жюльетта видела этой ночью, ему пришлось многое пережить, и, судя по всему, собаке тоже. Жюльетта осмотрела его плечо и решила, что швы накладывать не понадобится. А его жизненные показатели оказались лучше, чем она ожидала. На его стороне была молодость. Человек старшего возраста не смог бы выжить в такой ситуации, и у него не хватило бы сил сопротивляться напору стихии. Пока она осматривала его, Питер рассказывал ей о Бене. Жюльетта сказала, что, возможно, Бена отвезли в другую больницу, в зависимости от того, где его нашли. Потом она спросила про собаку. Учитывая все обстоятельства, Питер был в неплохом состоянии, но она хотела оставить его в больнице на несколько часов, может быть, до следующего утра, чтобы быть уверенной, что у него не разовьется серьезная вторичная реакция после того, как он едва не утонул. Питер рассказал ей, что учится в Нью-Йоркском университете.

– Ты не хочешь, чтобы мы позвонили твоим родителям? – предложила Жюльетта, и Питер покачал головой.

– Они живут в Чикаго, и этот звонок лишь напугает их. Я лучше позвоню им сам, чтобы сказать, что со мной все в порядке. Моя мама очень переживала из-за урагана.

Он хотел достать свой мобильный телефон, но его в кармане не оказалось. И его бумажник тоже исчез. Это навело его на мысль, что Бен, возможно, тоже потерял их, а если он ранен или без сознания, его трудно будет опознать. Он сказал об этом Жюльетте, и она пообещала известить его, если в ближайшее время к ним в отделение поступит молодой неопознанный мужчина. Питер поблагодарил ее и описал ей Бена. Жюльетта спросила, не будет ли он возражать, если она закроет где-нибудь Майка на случай, если пациенты начнут жаловаться или испугаются его, хотя он ведет себя очень хорошо.

– У нас есть подсобка с двумя раскладушками, на которых иногда спят сотрудники отделения. Я отведу его туда и накормлю, – пообещала она.