Даниэла Стил - Быстрые воды [litres]

Это было великодушным предложением, и с его стороны было очень мило заехать к ним. Грейс посмотрела на него с благодарностью.

– Я поеду с вами, – спокойно сказала она.

– Я не думаю, что вам следует это делать, – осторожно возразил Боб, взглянув на Элен, которая согласилась с ним. – Там все гораздо хуже, чем в прошлый раз, Грейс. В некоторых местах уровень воды поднялся выше, и канализацию снова прорвало.

В прошлый раз, когда он и Грейс вернулись в свои дома, они обнаружили, что канализационные трубы были прорваны, сточные воды пропитали все вещи в квартире, и вонь была просто ужасающей. Боб хотел уберечь ее от шока, но Грейс отказалась поддаться на убеждения и остаться в убежище, в то время как он вернется в их здание, чтобы оценить ущерб и спасти все, что можно.

– Если они пропускают жителей в их дома, – о чем Грейс с Элен еще не слышали, – я отправляюсь домой, с вами, Боб, или без вас, даже если мне придется идти пешком.

Грейс была не той женщиной, которую могли запугать природные катаклизмы или что-либо другое. И не имело значения, что она выглядела уставшей. Ее рыжие волосы, такого же яркого цвета, как и в молодости, были всклокочены, и сама она была в таком же растрепанном виде, как и все остальные. Боб выглядел более аккуратным и чистым, поскольку провел эти дни в уютной квартире своего агента в северной части города. И он не мог допустить, чтобы Грейс одна отправилась домой. Он хотел быть рядом, чтобы иметь возможность помочь ей.

– Вы уверены?

– Конечно.

И прежде чем Боб или Элен смогли остановить ее, она принялась собирать свои вещи. Вскоре она уже стояла наготове, как солдат на марше, с Бланш, которую она снова поместила в рюкзак-кенгуру. Боб улыбнулся ей. Она всегда ему нравилась, а теперь он испытывал к ней нежную привязанность.

– Вы понимаете, что там, вероятно, все будет ужасно? Будьте готовы к шоку, Грейс.

– Я готова, – сказала Грейс, и они с Элен последовали за ним к выходу.

Они решили взять все свои вещи с собой, чтобы их не украли, пока они будут отсутствовать. Это было все равно что оказаться в ночлежке для бездомных, где могли встретиться и хорошие, и плохие люди.

Боб припарковал арендованный им внедорожник во втором ряду, оставив включенными фары. Он помог Грейс взобраться в машину, и они направились к их дому. Движение было настолько затруднено из-за лент полицейского ограждения, затопившей улицы воды, перевернутых машин и обломков зданий, что им потребовалось больше часа, чтобы проехать короткое расстояние до их дома. И было уже больше четырех часов дня, когда они наконец доехали до своего квартала. Посреди улицы их остановила полиция. Боб объяснил, что они живут в доме на другом конце улицы, и в качестве доказательства предъявил свои водительские права с указанным на них адресом. Полиция не допускала в зону бедствия журналистов и зевак, и Элен, Грейс и Боб заметили, что невдалеке стоят две кареты «Скорой помощи», вокруг которых столпились пожарные. Это означало, что они уже убрали тела погибших с улицы. Эта мысль произвела на всех тягостное впечатление.

– Мы просто хотим зайти в дом и забрать кое-какие вещи, офицер. Важные документы, которые остались там и которые нам понадобятся.

Молодой полицейский в тяжелых резиновых сапогах поколебался, кивнул и пропустил их. Еще прежде, чем они подъехали к зданию, они почувствовали запах канализации. Глядя вокруг, Элен старалась держать себя в руках, чтобы быть опорой и поддержкой для своей матери, когда они доберутся до квартиры. Это будет зрелище не для слабонервных, и она знала, что должна быть сильной. И ее мать тоже была сильной. Ее лицо сделалось жестким, и она смотрела прямо перед собой, пока они проезжали мимо полицейских и парковали машину посреди завалов. Везде, куда бы они ни посмотрели, валялись сломанные конструкции, разбитые стекла, вывернутые с корнем деревья и кусты, лежавшие на тротуарах, и непонятные предметы, которые принесло течением. В конце улицы стоял покосившийся подъемный кран, огороженный веревками. И они старались не наступать на провода – было невозможно определить, находились ли они под напряжением. Все вокруг представляло собой опасность.

Когда они добрались до своего подъезда, у входа их встретил знакомый управляющий. На его лице застыло скорбное выражение. Он пояснил, что один из их любимых швейцаров погиб, утонул в подвале, и его тело только что увезли. При этом известии все еще больше посуровели. Они вошли в темный подъезд и стали пробираться вдоль осыпавшейся стены. Вся мебель, находившаяся в холле, исчезла, унесенная водой. Элен и Грейс сразу же вспомнили, как они выбирались из здания по грудь в воде. Сейчас вода доходила им до щиколоток. Они подошли к двери в квартиру, Грейс достала свои ключи, а Элен затаила дыхание. Боб стоял рядом, чтобы оказать им помощь в случае необходимости. В квартиру вело несколько ступенек, и Элен предполагала, что воды внутри уже не будет. Но, когда они вошли в квартиру, оказалось, что вода еще стоит на уровне одного фута от пола. Они пробирались между перевернутыми или сдвинутыми со своего места предметами мебели, диванами и креслами, которые превратились в губку, впитавшую сточную воду. Вонь была невыносимой, и все на первом этаже было повреждено, несмотря на то что многие предметы были обернуты пленкой, которая была сорвана с них во время наводнения. Электричества не было, и в квартире было темно. Втроем они поднялись по лестнице на второй этаж. Оконные стекла были разбиты, что позволило воде свободно заливаться внутрь, но большая часть того, что они перенесли наверх, была в сохранности. За исключением кроватей, тоже превратившихся в губки, и пальто и мехов Грейс, которые промокли насквозь. Большую часть одежды, находившейся в шкафах, было можно спасти, а картины, висевшие на стенах, были не повреждены. Но по всему полу валялись различные предметы. Некоторые вещи даже унесло вниз, и большая их часть была испорчена безвозвратно. Легко было поверить в то, что Грейс утонула бы, если бы осталась дома, в особенности если бы она была одна. По ее лицу текли слезы, когда она молча смотрела вокруг, прикасаясь рукой к любимым вещам, словно они были умершими людьми. Эта картина разрывала сердце, и Боб и Элен плакали вместе с ней. Даже Бланш притихла в своем маленьком рюкзачке. Несколько минут Грейс не произносила ни слова.

– Думаю, в этот раз все могло оказаться еще хуже, – наконец сказала она, и Боб согласился.

Их охватило чувство полной беспомощности при виде того, что почти все их вещи были уничтожены. Элен полагала, что, как и в прошлый раз, некоторые любимые предметы могут быть спасены с помощью кропотливой реставрации, но это будет нелегко. И большая часть всего, чем владела Грейс, пришла в негодность. Грейс всегда очень верила в страховку, поэтому Элен знала, что ее страховая компания снова поможет ей. В прошлый раз они оказали Грейс огромную помощь. Но все равно многие вещи, имевшие сентиментальную ценность, были утрачены навсегда. Будет нелегко начать все сначала, и для этого потребуется много сил и большое мужество.