Эли Истон - Разбитый

Глава 8

Брайан

В мою дверь постучали.

— Брайан? К тебе гости! — мамин голос был весёлым.

Я поставил на паузу фильм, который смотрел и с трудом сел в кровати.

— Кто это?

— Спустись и посмотри! — она ушла раньше, чем я смог выспросить у неё подробности.

Боже, это было любезно. Пожалуйста, Боже, пусть это будет не преподобный Арнольд. Или папин друг Булл. Или тренер Бейкер. Или репортёр. Я не хотел сталкиваться ни с чем тяжёлым.

Я осторожно встал с кровати и понюхал свои подмышки. Ого, от меня пахло омерзительно. Я не принимал душ с тех пор, как вернулся с похорон Джейка в четверг. А сегодня была… среда?

Если честно, я вообще почти ничего не делал. Но я восстанавливался после операции, так что это было позволительно. Моя пижама была отвратительной. Я стащил майку через голову, двигаясь медленно, чтобы минимизировать тягу в животе. Я переоделся в чистые спортивные штаны и чистую майку и пальцами причесал волосы перед зеркалом.

Я выглядел дерьмово. Кожа побледнела, и я был сероватым, как зомби. Волосы были жирными и лежали плоско. Болезненная мода.

Но, может быть, это были Кэмерон и Гордо, а им будет плевать. Или, возможно, кто-то ещё с футбольной команды. Или… Лэндон? Я не говорил и не переписывался с ним с тех пор, как мы посмотрели «Впусти меня» в вечер похорон Джейка. Я не хотел навязываться ему, а он мне не писал. Но при мысли, что он мог зайти повидаться со мной, мой пустой желудок сжался от предвкушения. Было бы приятно провести какое-то время с другом. Мне было так скучно, что я едва выносил сам себя.

Выходя из комнаты, я представил, как спущусь в гостиную и увижу стрелка, всего в чёрном, с нацеленной на меня винтовкой. Пронзающий страх на мгновение приклеил мои ноги к полу коридору, заставляя сердце колотиться и чуть не разворачивая меня обратно.

«Прекрати. Просто прекрати, чёрт возьми». Я так устал от дерьма, которым меня забрасывал мой мозг. Дьявол на моём плече превратился в придурочного мазохиста.

Я заставил себя идти дальше. Когда прошёл в гостиную, я увидел спину стройной темноволосой девушки в зелёной клетчатой мини-юбке и в красном свитере.

Дженнифер.

Моё сердце оборвалось.

— Привет, — сказал я.

Она развернулась и улыбнулась мне.

— Привет, Брайан!

Она подошла и обняла меня, цепляясь. Она была высокой для девушки и такого же роста, как я. Я положил руки ей на спину, но держал подальше от себя. Она на мгновение прижалась ко мне, своей грудью к моей.

— Ого. Вот это сюрприз, — сказал я, делая шаг назад, чтобы посмотреть на неё. «Преуменьшение года».

Мама, как я заметил, оставила нас одних. «Спасибо, мама». На кофейном столике стояло два стакана ледяного чая. Я сел на диван, чувствуя лёгкое головокружение. Звёздный квотербэк Уолла выдохся, спустившись по лестнице. Фантастика.

Дженнифер села рядом со мной, как можно ближе. Она была такой симпатичной. Типажа Селены Гомез. Её нежная как персик кожа выглядела свежей, большие карие глаза отражали беспокойство. Я чувствовал себя виноватым, что не счастлив её видеть. Но затем вспомнил, почему это так.

Я взял стакан и отпил немного чая.

— Боже, Брай! Я так испугалась, когда услышала, что ты в реанимации с ранением. Я хотела быть с тобой, но не была уверена, захочешь ли ты меня видеть, — она закусила губу, хмурясь от беспокойства.

— Я слышал, что ты уехала из города.

— Ну, да. Мои предки подумали, что мне будет полезно уехать на несколько дней. Из-за трагедии и всего этого. Я была довольно напугана, — её хмурость усилилась, а взгляд на минуту устремился вдаль.

— Ты была в классе, когда это произошло?

Она кивнула.

— В крыле Б. Наверное, мы первыми услышали выстрелы. Услышали до того, как зазвучало оповещение. И миссис Обермейер заперла дверь и закрыла жалюзи. Но они прострелили дверь, ну, одним взрывом, и её ранили в руку. И она просто истекала кровью. А потом прошла вечность, прежде чем всё прояснилось. Нас заставили выходить очередью. Рядом с нами было два кабинета, на которые пришёлся удар, и я через дверь заметила, что там всё в крови, — её глаза наполнились слезами.

— Мне жаль, — произнёс я. И это была правда.

Джен кивнула, и её лицо слегка посветлело.

— Но миссис Обермейер сейчас в порядке. И ты тоже. Ох, Брай.

Она снова обняла меня, вжимаясь в меня и чуть ли не забираясь ко мне на колени. Её тело было тёплым и немного вспотевшим, и она дрожала от эмоций.

Мне должно это нравиться. Я должен любить это. Но даже в ранние дни наших отношений я никогда не реагировал на Джен так, как было бы с нормальным парнем. Так, как чертовски хотел быть в силах.

Любой, кто говорит, что голова управляет телом, просто трепло, как сказал бы мой отец. Может, сердцу не прикажешь, но всем правит член.

— Джен… — я мягко её оттолкнул. — У меня по-прежнему всё болит.

Я увидел, как её нос слегка сморщился. «Да, нюхни хорошенько, детка. Я чертовски омерзителен».

Ей удалось положить руку на моё бедро, хотя я всё ещё держал её за предплечья.

— Бедняжка. Должен быть какой-то способ, которым я могу помочь тебе почувствовать себя лучше.

Её рука поднялась выше, проясняя то, что она предлагала. Я быстро встал. Это движение вызвало боль у меня в животе, но плевать.

— Прости. Я всё ещё восстанавливаюсь после операции.

Её лицо смягчилось.

— Оу. Прости, малыш. Ты прав. Я просто хотела быть к тебе ближе. Я чуть тебя не потеряла. Иди сюда. Садись, — она похлопала по дивану. — Может, мне немного помассировать тебе плечи?

— Джен… — я раздражённо фыркнул. — Мы расстались. Помнишь?

Она изогнула бровь, глядя на меня.

— Да, Брайан. Я при этом присутствовала. Но, может быть, я не понимала, как ты мне дорог, пока тебя не ранили. Боже. Разве у тебя нет такого ощущения, будто… будто ты должен теперь всё передумать?

Я кивнул.

Она встала и подошла ближе, беря меня за руку, выражение её лица было мягким и уязвимым.

— Может, нам стоит снова сойтись. Поддержать друг друга. Я могу быть рядом, знаешь. Если ты будешь ходить на костылях или что-то ещё.

Я мгновение смотрел на неё. Могли ли мы снова сойтись? Было бы приятно, если бы в школе кто-то был рядом, с кем можно было бы ходить по коридорам теперь, когда Джейк погиб. Если бы кто-то замечал, когда я схожу с ума, когда несколько кусочков еды заставляют меня корчиться от боли.

Но какой бы милой ни была Джен, я знал, что это будет ошибкой. У нас не было пути, который не вёл бы к одному и тому же тупику. Я оттянул от неё свою руку.

— Не думаю, что я могу забыть, что произошло с Рейнольдсом, — тихо сказал я, не пытаясь быть жестоким. — И я всё равно не совсем такой, какого ты хочешь, Джен.