Эли Истон - Разбитый

Месть сладка, даже если маленькая и пустячная.

Когда мы вышли за двери, день был таким приятным, что я сразу же почувствовал себя лучше. Достал из рюкзака футбольный мяч. Этот мяч был моим личным счастьем. Можно ведь насладиться моментом, верно? Когда играл в мяч, я наслаждался моментом. В этот момент никто не читал мне лекций, пытаясь чего-то от меня добиться, и не грубил. Были только мяч, моё тело и движение. Стратегия. Цель. Командная работа.

Когда играл в мяч, я был тем, кем хотели видеть меня мой отец и все остальные, и в то же время я на сто процентов был собой, потому что мне это нравилось.

Не удивительно, что я играл в мяч как можно чаще. Футбол осенью. Баскетбол зимой. Бейсбол весной.

Конечно, всё это было раньше.

Мы прошли по крытой галерее в сторону футбольного поля, с большой северной парковкой слева и передним школьным газоном справа. Я подбрасывал мяч в воздух и ловил его, снова и снова. Джейк говорил о пятничной игре против «Кеннетта». Ходили слухи, что их квотербэк попал под удар несколько недель назад, и у него была травма колена. Это его замедлило.

Я наполовину слушал, довольный тем, что крутой квотербэк «Кеннетта» будет слабым на нашей игре.

Это карма, приятель. Она стерва.

Я подбросил мяч, и он ударился о крышу портика и отскочил вправо. Я вынырнул из-за колонн, чтобы поймать мяч, и увидел его.

Моё сердце подскочило в груди прямо как мяч. На траве в двадцати шагах от нас сидели три ученика — Лэндон Хьюз, рыжая девчонка по имени Мэдисон, с которой он тусовался, и этот Джозия. Они ели ланч и болтали.

Лэндон перевёл взгляд, и на миллисекунду наши взгляды встретились. Затем он снова отвёл глаза.

Я был звёздным квотербэком «Тигров», чёрт возьми, и все девчонки считали меня горячим, так что меня раздражало, что Лэндон меня едва замечал.

Я немного пробежался во траве, подбрасывая и крутя мяч. Да, я рисовался. Почему нет? День был прекрасный, и я чувствовал себя хорошо. Ещё это давало мне несколько секунд понаблюдать за Лэндоном.

Он был одним из нескольких открытых гомосексуалов в нашей школе. Из таких были он и его приятель Джозия, худощавый десятиклассник по имени Брэдли, отвязная дайк ( прим. девушка, которой нравятся девушки, а не парни, но она ведет себя как девушка гетеросексуалка и одевается в наряды свойственные слабому полу ) по имени Клаудия и её девушка, ещё одна девчонка с синими волосами, которая говорила, что она пансексуалка, как Майли ( прим. Майли Сайрус ), и тихий заучка из выпускного класса по имени Трой, который открылся недавно. Рыжая девушка, с которой тусовались Лэндон и Джозия, наверное , была лесбиянкой, но я не знал наверняка.

Даже если считать её, это только восемь человек. Говоря языком статистики, должно было быть больше. Говоря языком статистики, из четырёхсот учеников Уолл должно было быть сорок гомосексуальных детей. И я слышал, что в моём поколении процентов даже больше десяти.

Плевать. Старшая школа Джефферсона Уоллера в Сильвер Фоллс, штат Миссури, с трёх сторон была окружена кукурузными полями, находясь в сорока минутах езды на юг от Сент-Луиса, и не совсем следила за какими-либо новыми трендами. Особенно сейчас, когда дороги здесь были уставлены знаками «Сделаем Америку снова великой». Но даже если считать десять процентов, не хватало тридцати двух гомосексуальных детей. Тридцать два ученика моей школы либо ещё не разобрались с этим, держа всё в себе, либо слишком трусили об этом говорить.

Лэндон Хьюз не был трусом. Он был открытым и не терпел ни от кого дерьма на этот счёт.

Он сидел на траве, скрестив ноги, опираясь на руки, надев бейсболку козырьком назад, и слушал разговоры Мэдисон. Он казался таким серьёзным и важным.

Он был высоким и чертовски худым, но не как анорексик, а как парень, которому повезло с генами. У него были каштановые волосы, коротко подстриженные по бокам и сзади, но длинные на макушке. Несколько локонов спадали ему на глаза, когда слишком сильно отрастали.

В прошлом году его пряди были синими. Но сейчас они оставались просто обычными, каштановыми.

Он был выпускником, на год впереди меня. Может, он подавал документы в колледжи или на работу, и ему нужно было выглядеть аккуратнее? Может, поэтому он отказался от синих волос? Или, может быть, он просто устал их красить.

Но он действительно выглядел серьёзно и аккуратно. Даже в джинсах, свитере и бейсболке. Если бы мы были в фильме, где агента ФБР отправили в старшую школу притворяться учеником, этим парнем был бы Лэндон Хьюз. Он казался более зрелым, чем все остальные. Ещё он был супер умным, с наилучшими результатами по школе, и милым парнем. Если сказать ему «привет», он посмотрит тебе прямо в глаза, кивнёт и ответит тем же.

Ладно, это звучит совершенно паршиво. Что ещё он должен был делать? Хлестать цепями? Но что-то в том, как он это делал, придавало ощущение важности. Будто он приветствовал тебя перед тем, как приступить к переговорам о мире во всём мире.

Лэндон посмотрел на меня с другого конца газона и увидел, что я смотрю на него. Я дёрнулся, чтобы отвести взгляд. Из-за чего пропустил мяч, который подбросил, и тот сейчас летел на землю. Он отскочил от моих пальцев и улетел в сторону — прямо в эту Мэдисон.

Чёрт.

Я побежал за мячом, надеясь поймать его раньше, чем он врежется в девушку, но знал, что опоздаю. Но Лэндон с лёгкостью поднялся на одно колено и перехватил мяч, пролетающий мимо него. И одарил меня смертельным взглядом.

Позади меня вопили и кричали Джейк с парнями, поддразнивая меня за то, что не поймал мяч.

К тому времени, как я добрался до Лэндона, моё лицо горело. Боже, я выглядел таким неудачником. Ещё хуже, мяч мог бы действительно ударить ту девушку, если бы Лэндон его не поймал.

— Мне очень жаль! — сказал я.

Лэндон мгновение изучал взглядом моё лицо, будто собирался содрать с меня десять шкур. И, наверное, я заслуживал этого. Но затем он расслабился и с издёвкой мне улыбнулся.

— Надеюсь, на поле ты держишься за мяч лучше, О.Джей*, — сказал он, с сильным толчком вручая мне мяч (прим. О . Джей от англ. OJ , можно расшифровать как апельсиновый сок, а также это может быть просто имя).

Я моргнул, глядя на него в замешательстве. Он имел в виду апельсиновый сок? Я попытался вяло улыбнуться и подбежал обратно к друзьям.

— Ты перед ланчем подрочил, и на руках смазка осталась? — поддразнил Джейк.

— Заткнись, — сказал я и прошёл мимо них, уже двигаясь, желая как можно дальше убраться от сцены своего унижения.

Мы вчетвером побежали ко входу на футбольное поле. Как только мы добираемся до травы, Джейку не терпится начать игру.

— Вперёд! Вперёд! — кричал он, оттягивая руку.