Эли Истон - Разбитый

Я побежал по полю как можно быстрее, что было чертовски быстро в тот последний нормальный день. Я повернулся посмотреть на него, показывая, что готов поймать мяч.

Он бросил.

Мяч шлёпнул, приземлившись ко мне в руки, и в мире всё было хорошо. Этот звук был самым удовлетворяющим, который я знал. Ничего не могло сравниться с тем, как быстро летящий мяч идеально приземляется между твоими двумя руками и животом, где он в безопасности и под твоим полным контролем. Будучи квотербэком, я теперь бросал мяч намного чаще, чем ловил его, но мне всё равно больше всего нравилось это ощущение.

Я побежал к зачётной зоне и выронил мяч. Я вскрикнул и потряс задницей.

— Чувак, давай! — Кэмерон поднял руки, нетерпеливо ожидая мяч.

Я поднял мяч и бросил ему.

Мы дурачились, бросая и ловя мяч. Гордо пытался блокировать Кэмерона, и они упали в смеющуюся кучу. Джейк пытался отобрать мяч, но я держался за него пальцами, как железными когтями, так что Джейк закинул меня себе на плечо и с боевым криком побежал со мной за линию ворот.

Это был хороший день — тот последний нормальный четверг. Мой последний день с Джейком. Мой последний день во многом.

Мы не предвидели катастрофы.

Это благословение или проклятие?

Глава 2

Лэндон

День, предшествующий худшему дню моей жизни, был вполне нормальным, не считая необычной перепалки с милым парнем, что в то время не показалось чем-то важным.

Во время второго ланча я сидел на газоне рядом с портиком, вместе с Мэдисон и Джозией. Мы всегда предпочитали есть на улице, когда погода не была отстойной, потому что в столовой было то ещё зрелище. А ещё, как обычно, Мэдисон и Джозия вели разгорячённые обсуждения.

По большей части, старшая школа меня достала. Не то чтобы всегда всё было дерьмово, но мне надоела постоянная драма, сплетни и куча ограниченных умов. Мэдисон и Джозия были единственными, кто всё ещё волновал меня в Уолл. Они были моими лучшими друзьями, и я знал, что буду скучать по ним, когда мы выпустимся в июне. Мы разъезжались по разным колледжам, так что я изо всех сил старался ценить восемь месяцев, которые у нас остались.

Не то чтобы Мэдисон и Джозия всегда облегчали эту задачу.

— Ты издеваешься? «Игра престолов» намного лучше «Американских богов»! — настаивала Мэдисон.

Джозия явно сомневался.

— Книги или сериал?

— Книги, Зануда Занудович! Но, думаю, ты ищешь ответ «и то, и то».

Джозия повернулся ко мне.

— Эта сучка чокнутая. Из сериалов: «Американские боги» намного лучше «Игры престолов». Я прав?

Я укусил свой сэндвич с тунцом и задумался над этим, пока жевал. Мне не впервые выпадал решающий голос в одном из их споров. Джозия и Мэдисон оба были увлечены и не боялись бороться за своё мнение. Это было круто, но вот только я застревал посередине.

— Хммм. Джейсон Момоа против Салима и Джинна… — я положил свободную руку себе на грудь. — Не заставляйте меня выбирать. Вы разрываете меня на части!

Джозия рассмеялся, но Мэдисон некомфортно заёрзала.

— Чёрт! Я забыла про Салима и Джинна. Может, ты и прав, — она задумалась, перекатывая в руке яблоко. — Дерьмо. В «Игре престолов» действительно дерьмовое представление ЛГБТ. Они все хлюпики и трусы.

Джозия поднял ладонь, и я дал ему пять.

Взгляд Мэдисон стал сердитым, и она сунула в рот чипсину.

— Книги «Игра престолов» лучше, — пробормотала она, хрустя чипсами.

Хоть они дразнили друг друга, отношения у Мэдисон и Джозии были крепкими. Мы втроём были лучшими друзьями с первого года старшей школы. У Мэдисон были невероятно шикарные ярко-рыжие волосы, которые спускались до её талии. Они были очень густыми и кудрявыми от природы. Её кожа была бледной, как брюшко у рыбы, и ей только недавно сняли брекеты, которые она носила много лет. Она называла себя «толстой», но она просто от природы была большой — высокой, с большой грудью, большими лодыжками, большим всем. Её родители тоже были огромными. Она носила причудливую одежду, которая могла бы быть готской, если бы не была разноцветной — например, ярко-зелёная свободная блузка, которую она надела в тот день, с длинной чёрной юбкой с рюшами. Её чёрные ботинки Док Мартен были завязаны неоново-зелёными шнурками.

Джозия был низким и тощим. Его мама была чёрной, папа белым, а у Джозии была светло-коричневая кожа, карие глаза и чёрное афро, которое при большой влажности превращалось в самые потрясающие крохотные кудряшки. Ещё у него были самые длинные пальцы, которые я когда-либо видел. Реально, они были ужасно длинными. Я всё время говорил ему, что ему стоит научиться играть на гитаре или на пианино, но Джозия утверждал, что унаследовал от своего белого отца-ботаника полное отсутствие чувства ритма. Его страстью было писательство.

Наш тройной союз первоначально был основан на взаимной защите. Мэдисон назвали «Толстушкой» из-за её размеров и ирландских рыжих волос. Джозия был маленьким и женственным, так что его дразнили. Много. Я совершил каминг-аут только на втором году обучения, но ещё на первом знал, что я гей. Меня чертовски злило, когда люди называли Джозию «педиком» или «членососом». Я подружился с ними обоими в первый месяц старшей школы и никогда ни на мгновение не пожалел об этом.

— Убеди меня прочитать книги, — сказал Джозия Мэдисон. — Они такие большие, что одна отнимет у меня, ну, недели две чтения. Зачем трудиться?

Лицо Мэдисон засветилось.

— Ладно, во-первых…

Она погрузилась в доклад о книгах Джорджа Р.Р. Мартина. Я отключился от неё, потому что у меня больше никогда не было времени на удовольствие в виде чтения. Мои мысли устремились к эссе по испанскому, которое я должен был закончить.

Распахнулись стеклянные двери в конце крыла Д, и вышли четверо парней. Джейк, Кэмерон, Брайан и Гордо — все они были футболистами и держались вместе, как стая — стая очень спортивных шакалов. Брайан смотрит в нашу сторону, и на секунду наши взгляды встречаются.

Я отвёл взгляд. Брайан был квотербэком «Тигров» и, пожалуй, самым горячим парнем в Уолл. Меня не поймают за тем, как я пялюсь на него как придурок. Нет. У меня было достоинство. И свои стандарты. Внешность не решала всё. На самом деле, по моему опыту, чем лучше выглядели парни, тем более пустыми у них были головы или сердца. Это был практически закон природы.

Джозия толкнул Мэдисон в ногу, и она их заметила. Её диалог про Джорджа Р.Р. Мартина оборвался посреди предложения. Мы молчали, пока парни проходили мимо по портику.

Меня посетила странная мысль. Мы будто подражали поведению школьной рыбки, которая замирала, когда мимо проплывали акулы. Не то чтобы футболисты могли нас побеспокоить. Мы теперь были выпускниками, и с этим приходил определённый авторитет — в том плане, что если выживаешь так долго, то ты заслуживаешь какого-то уважения. Плюс, если они попытаются рискнуть, я сдеру с них десять шкур. Большинство людей в Уолл уже знали, что у меня вспыльчивый характер и длинный язык. Мэдисон тоже не была недотёпой в плане остроумных ответов. Но Кэмерон и Гордо в прошлом задирали Джозию, в серьёзном плане — на уровне окунания головой в унитаз. Он избегал их как чумы.