Э. Эйбел - Жидкий пепел

Пенелопа: Мы виделись буквально вчера.

Брендон: Разве? Все закончилось так быстро, и я подумал, что мне это привиделось.

Пенелопа: Ха-ха.

Брендон: Чем занимаешься сейчас?

Пенелопа: Пью кофе и проверяю электронную почту.

Брендон: Звучит захватывающе.

Пенелопа: Очень.

Брендон: Хочешь сходить на обед? Я плачу.

Я уставилась на экран. Я хотела, но знала, что не могу. И не была уверена, что хуже.

Пенелопа: Не могу. Прости.

Брендон: Все еще боишься?

Пенелопа: Нет. Все еще замужем.

Брендон: Это просто обед. Обещаю вести себя прилично.

Пенелопа: Я не могу рисковать. Прямо сейчас в моей жизни предостаточно драмы. И не хочу притягивать больше.

Брендон: Ты могла бы прийти ко мне в квартиру. Я закажу еду на вынос.

Высвободив свою нижнюю губу, я улыбнулась его решимости. Похоже, это для него словно вызов.

Пенелопа: Может, в другой раз.

Брендон: Не говори так, если ты не всерьез.

А я говорю серьезно?

Пенелопа: Если честно, я не уверена, всерьез сказала это или нет.

Брендон: Думаю, тебе не помешал бы друг, и я готов им быть — если тебе это нужно.

Поставив локти на стол, я накрыла щеки руками, прочитав эти слова. Он был прав. Мне нужен друг, но я не могла представить Брендона тем, кому я могла бы излить душу. Меня слишком к нему влекло.

Пенелопа: Это мило. Спасибо.

Брендон: Но?

Пенелопа: Тебе не кажется, что это будет немного странным… так как ты предельно ясно выразил свой интерес.

Я почувствовала небольшой укол удовлетворения от брошенных ему его же слов.

Брендон: Я дружу со всеми женщинами, с которыми спал.

Он добавил улыбающийся смайлик, и я рассмеялась.

Закрыв ноутбук, я поджала ноги под себя и уставилась на деревья снаружи. Мне нужно держаться подальше от этого мужчины. Он только добавит еще один слой дерьма к моему поганому положению. Мой трезвый разум все еще искоренял причины решения, к которому я пришла за прошедшие девять лет своей жизни, и я чувствовала за собой желание отвлечься.

Не в этот раз.

Взяв кружку, я сделала небольшой глоток кофе. Я стояла на перепутье, и настало время определиться с дорогой. Я могла бы остаться с Дереком и продолжить быть финансово обеспеченной... но несчастной, или я могла уйти от него и сделать все самостоятельно. Я, наконец, смогу прожить жизнь, которую спланировала для себя задолго до того, как на моем пути повстречалась любовь.

Схватив телефон, я нашла номер сестры в контактах и смотрела на него в течение нескольких секунд, прежде чем прикоснуться к нему пальцем и поднести трубку к уху. Как только начался дозвон, я почувствовала, как сердце забилось в груди, перекачивая стыд и тревогу по моим венам.

— Пенни?

Я не смогла сдержать усмешки, когда услышала голос своей старшей сестры, но не ожидала, что слезы будут обжигать глаза.

— Привет, сестренка.

— Боже мой, как ты? Я так рада, что ты позвонила.

— Бывало и лучше. Как дела? Я не вовремя?

Я слышала звук перебираемых бумаг.

— Нет, не совсем. Я просто готовлюсь к работе. Что происходит?

Приподнявшись, я опустила свои холодные ноги на пол, а кружку на стол. Сделав глубокий вдох, я попыталась проговорить слова, которые пошатнут мою гордость:

— Дерек изменил мне.

На линии между нами повисла тишина, и я закрыла глаза, молясь, чтобы у Лиз было утешение, так нужное мне.

— Мне так жаль, Пенни. Боже мой, ты в порядке?

Я покачала головой.

— Пытаюсь.

— Вот ублюдок.

— Я просто… я просто чувствую себя такой одинокой, понимаешь?

Я прикусила нижнюю губу, когда та начала дрожать, и сестра вздохнула.

— Я знаю, милая. Не могу представить, через что тебе приходится проходить.

Я открыла глаза и подушечкой большого пальца провела по краю своей кофейной кружки.

— Что ты собираешься делать?

— Не знаю. Чувствую себя такой потерянной.

— Хочешь приехать? Ты ведь знаешь, что всегда можешь остаться со мной.

— Спасибо. Но я буду в порядке, — пробормотала я, оглядываясь на деревья. — Думаю, мне просто нужно было услышать твой голос. Нужно было поговорить с кем-то, кто знает меня… кто знал прежнюю меня. Мне нужна помощь, чтобы снова найти ту девушку.

— Ты знаешь, что я люблю тебя, Пенни. Что бы тебе ни понадобилось — я здесь.

Насколько я знаю, Лиз никогда не была по-настоящему влюблена. Я всегда предполагала, что она не поймет моих проблем. Ее суждения никогда не затуманивались эмоциями.

— Тебе когда-нибудь бывает одиноко? — спросила я, и слеза скатилась по моей щеке.

— Все время, — призналась она, и ее голос помрачнел. — Но лучше уж я буду сама по себе, чем потерянная с кем-то еще.

Я закрыла глаза, пока ее слова отзывались внутри меня.

— Знаешь, никогда не бывает слишком поздно. Временами так может казаться, но это не так. Ты всегда была сильной, Пенни. Это не изменилось.

Вздохнув, я открыла глаза и уставилась на прожженные следы от окурков на столе.

— Я в этом не уверена.

— А я уверена.

— Да, ну что ж, ты не видела меня какое-то время.

Она помолчала мгновение, прежде чем спросить:

— Ты собираешься остаться с ним?

— Нет, не думаю, что смогу.

— Тогда уходи. Если нужны деньги, я их тебе отправлю, — я открыла рот, чтобы возразить, но она не дала мне шанса. — Я не принимаю «нет» в качестве ответа, Пенни. Если ты серьезно собралась уходить, я хочу помочь тебе. Ты можешь вернуть мне все, когда встанешь на ноги. Иди в банк, открой свой счет. Деньги будут ждать тебя в банке, я отправлю их по «Вестерн Юнион». Ты справишься.

Я сидела в глубокой нерешительности, пока перспектива свободы разгоралась внутри меня.

— Ты не должна…

— Я знаю. Я хочу. Ты терзаешь себя за выбор, который совершила в прошлом, но ты никак не могла знать, что все так обернется, Пенни. Я не виню тебя за то, что ты выбрала любовь. Иногда мне интересно, стала бы я счастливее, если бы поступила так же… но что сделано, то сделано. Сожаление тебе не поможет. Ты должна выбрать себя и делать то, что сейчас лучше для тебя. Я горжусь тобой, сестренка. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

— Теперь вперед.

— Хорошо, — моя рука дрожала, когда я повесила трубку.

У меня был выход.

Теперь мне просто нужно найти в себе мужество, чтобы уйти.

Я сидела в нашей столовой, ожидая Дерека. Он ушел с работы несколько часов назад. Я знала это, потому что позвонила проверить. Часы на стене насмехались надо мной, минутная стрелка, словно нож, медленно вырезала дыру в моей груди.