Э. Эйбел - Жидкий пепел

Я рассмеялась, затягивая волосы в хвост, встретившись с ним взглядом в зеркале. Такое чувство, будто прорвало плотину, и теперь Брендон мог рассказывать мне все, о чем думал.

— Я еще не пугаю тебя? — прошептал он мне в шею, обхватив руками талию.

Я покачала головой и улыбнулась его отражению.

— Нет. А я пугаю тебя?

Брендон усмехнулся, скользнув рукой мне в трусики. Я прикусила губу, борясь за контроль над своим телом.

— Может, немного, — прошептал он мне на ухо.

Когда средним пальцем он скользнул в меня, я ахнула, проиграв битву.

— О, да? — я втянула воздух. — Ты не выглядишь напуганным.

— Я хорошо это скрываю, — признался он и скользнул языком по моей шее.

Я простонала, когда большим пальцем он поласкал клитор.

— Поэтому я тебе нравлюсь? Потому что пугаю тебя? — спросила я между вздохами, и уронила голову ему на грудь.

— Да, наверное, — пробормотал он прямо перед тем, как провести зубами по моему плечу.

Я улыбнулась, но он быстро сорвал улыбку с моих губ, начав быстрее кружить большим пальцем по клитору. Я зажмурилась, почувствовав его дыхание на своей коже.

— О, боже, Брендон.

— М-м-м… люблю, когда ты так произносишь мое имя, — промурлыкал он, добавляя еще один палец.

Через несколько секунд я дрожала в его объятиях, кончая ему на руку. Я не смогла бы контролировать свою реакцию на него, даже если бы попыталась. Он владел мной, и я знала, что это опасно, но мне было все равно.

— Превосходно, — прошептал он.

Убрав руку и поцеловав меня в шею, Брендон шлепнул меня по заднице и вышел из ванной.

Я смотрела в отражение своих сияющих зеленых глаз и улыбалась.

Спустя пару минут я вошла в гостиную и обнаружила Брендона сидящим на диване и скручивающим косяк.

— Ты каждый день куришь травку? — спросила я, сев рядом с ним и натягивая шлепанцы.

Он взглянул на меня, облизывая бумагу.

— Да. А что? Тебя это не устраивает?

Я пожала плечами.

— Нет. Не то чтобы я была против. Мне просто любопытно. Я курила каждый день на протяжении нескольких недель, но спустя какое-то время осталось лишь чувство онемения. Но в то время я была в глубокой депрессии, поэтому…

Брендон поджег конец косяка и глубоко затянулся. Он перевернул руку ладонью вверх, казалось, изучал ее, обдумывая то, что я сказала.

— Я начал курить, когда ушел из пехоты. Это спасало от кошмаров.

Я нахмурилась, когда он снова затянулся.

— Они еще мучают тебя? Кошмары?

Он покачал головой.

— Не-а, не совсем. Я просто плохо сплю. Травка помогает.

Я кивнула и посмотрела в окно на улицу, думая о том, как мало он спал при мне. Я вспомнила утро, когда пыталась рассмотреть его татуировки и его реакцию на мою попытку.

— У тебя ПТСР? (Примеч. Посттравматическое стрессовое расстройство — возникает в результате психотравмирующих ситуаций, выходящих за пределы обычного человеческого опыта и угрожающих физической целостности человека) .

Брендон пожал плечами и провел рукой по волосам. Я узнала этот жест. Ему становилось некомфортно.

— Веришь или нет, Афганистан — наименьшая из моих проблем. Я был охренеть как испорчен еще до того, как вступил в морскую пехоту.

Он взглянул на меня, и я попыталась взглядом заверить его, что не осуждаю. Мне просто хотелось узнать побольше.

— Не беспокойся, я не сумасшедший или типа того — ну, не настолько сумасшедший, — сказал он ухмыляясь и снова затягиваясь косяком.

— Я и не беспокоюсь.

В истории Брендона отсутствовала часть, о которой я хотела узнать. Что с ним случилось? Его преследует то, что произошло в приемной семье? Что с его родной семьей? Я боялась спросить у него лишнее.

— Не хочешь потусоваться со мной сегодня? — спросил он, откидываясь на спинку дивана.

Я взглянула на него и улыбнулась, пока он барабанил по моей ноге пальцами.

— Я должна сходить домой принять душ.

— Ладно.

— Но я могу вернуться.

Брендон приподнял губы в кривой ухмылке.

— Ладно.

Он так великолепен. Ну, очень.

— Что? — спросил он, придвинувшись ближе.

Я прикусила губу и посмотрела на колени, желая, чтобы щеки не пылали под его взглядом.

— Я просто никогда… — я рассмеялась, смущенная тем, что собираюсь сказать, — Я и подумать не могла, что ты заинтересуешься такой как я. Помню, как подумала, что я определенно не в твоей лиге, в ту первую ночь, когда мы впервые встретились в «Побуждении», а сейчас — вот он ты, смотришь на меня так, будто я так же прекрасна, как и ты.

Брендон ничего не сказал. Он просто сидел и смотрел, изучая своими голубыми глазами мои, после чего опустил взгляд на мои губы. Наклонившись, он поцеловал меня так мягко, что этот поцелуй отозвался болью в моей груди.

— Ты и правда сумасшедшая, — произнес он.

Я шлепнула его по плечу, и он рассмеялся.

— Давай-ка иди собирайся, чтобы я мог тебя куда-нибудь вытащить.

По дороге домой я вдруг поняла, что борюсь с волнением и легкомыслием, которые так и рвались наружу. Я хотела врубить музыку и петь во всю силу легких. Мне захотелось помечтать, но однажды я уже так сделала и до сих пор от этого не оправилась.

Помимо того, что есть, Брендон мне ничего не обещал. Мы признались, что питаем интерес друг к другу, но это не означает, что происходящее между нами продлится долго.

Я стояла на красном сигнале светофора, постукивая кончиками пальцев по рулю, когда услышала знакомый рев мотоцикла. Посмотрев в зеркало заднего вида, я ожидала увидеть Дерека, и меня накрыло волной эмоций, когда я поняла, что это не он. Боль была свежа, но с ней ощущалась и тоска. Лишь один этот звук нес в себе столько воспоминаний, что хватит до конца жизни.

Пожалуй, из этого и состояла жизнь — из череды моментов и воспоминаний. Некоторые были хорошими, некоторые плохими, но все вместе они определяли, кем мы являемся. Возможно, в наших силах выбирать моменты, определяющие нас. Возможно, эта сила — все, что у нас есть.

Биип.

Я заморгала, когда водитель позади меня просигналил, и я поняла, что сигнал светофора сменился на зеленый.

Когда я добралась до своей квартиры, почти наступил полдень. Мы с Брендоном не работали до восьми, поэтому времени у нас было достаточно. Я просто надеялась, что смогу немного вздремнуть. Я не привыкла работать допоздна и, зная Брендона, я, скорее всего, не смогу спокойно поспать после работы.

Бросив сумку на стол, я достала свои чаевые и добавила их в конверт, где прятала все свои деньги. Только я отошла от стола, как в сумке зазвонил телефон. Я схватила его и проверила экран.

Мама.

Я почти год не разговаривала с мамой. Лиз говорила, что она спрашивала обо мне, но я уклонялась от звонка ей.

— Алло?