Джана Эштон - Верь мне

— Я определенно заинтересована в этом. — Киваю быстро. — Ненавижу бросать что-то на полдороги.

Он усмехается и приподнимается на руках, а затем встает. Постойте. Куда это он? Я приподнимаюсь на локтях и наблюдаю за тем, как голый Бойд подходит к своему чемодану. А у него и задница красивая. Делаю в уме пометку прикоснуться к ней, как представится шанс. Бойд возвращается к кровати с полоской презервативов в руках и вырывает меня прямо из моего сексуального ступора. Потому что я совершенно забыла о защите. Нервничая насчет этого вечера, я ни разу не подумала о физической защите.

— Я абсолютно забыла, — выпаливаю, разглядывая презервативы.

— Не волнуйся, моя помешанная на безопасности девочка, я все помню. — Он отрывает одну упаковку, а остальные отбрасывает в сторону. — Я не обрюхатю тебя, чтобы поймать в ловушку.

— Зачем тебе ловить меня в ловушку? В этом нет логики.

— С моей точки зрения есть, — бормочет он, пока разрывает упаковку зубами и гладит себя второй рукой, а затем ставит колени по разные стороны от моего тела и протягивает мне презерватив.

— О, я не буду этого делать. — Я качаю головой.

— Ты открыта для анала, но тебе неловко раскатать презерватив? — удивляется он.

— Заткнись. И я уже говорила тебе, что анал — не на повестке дня после того, как увидела твой член.

Он сжимает кончик презерватива и размещает его поверх головки члена, а затем берет мою руку и перемещает на место своей. Я раскатываю презерватив поверх его длины, то наблюдая за тем, что делаю, то бросая взгляд ему в глаза. Он же пристально смотрит на меня.

— Хочешь, чтобы я сделала еще что-то? — спрашиваю, но мой голос очень мягкий.

— Что, например? — Его губы изгибаются в улыбке, когда прижимает меня к кровати и ложится поверх, опирая часть веса на локти.

— Не знаю. — Теперь я определенно шепчу и слегка качаю головой. — Я волновалась, что ты захочешь, чтобы я сделала какие-то дикие вещи.

— Дикие вещи?

— Не обращай внимания. Все хорошо. Мне нравится так. — Я провожу руками по его плечам и слегка вдавливаю в его плоть подушечки пальцев, проверяя, насколько упруги его мышцы.

Он разводит мои ноги коленом и размещается между ними, тогда как мой пульс невыносимо ускоряется.

— У меня это было давно, — признаюсь я.

Он кивает и наклоняется, чтобы поцеловать меня, пока проскальзывает рукой под мое колено и разводит мои ноги шире. А затем продолжает целовать до тех пор, пока не желаю ощутить его внутри так сильно, что все тело ноет от боли. Я толкаюсь бедрами вверх, пытаясь получить желаемое, но он, определенно, не тот, кого можно подталкивать, так как Бойд продолжает неспешно целоваться, ласкать мое тело и сводить с ума, пока не начинаю гадать, смогу ли кончить вот так.

Наконец-то, он располагает себя там, где мне хочется его чувствовать. Кончик его члена проскальзывает в мою киску, и я резко втягиваю воздух, но толкаюсь бедрами вверх. Он медленно проникает внутрь. Ощущение растяжения от его размера посылает небольшую вспышку жжения, но от этого я лишь сильнее жажду большего наслаждения.

Я развожу бедра, желая вместить его, и Бойд продолжает двигаться в меня на всю длину, пока наши животы не прижимаются друг к другу. Он опускается на локтях так, что наши лбы соприкасаются, его эрекция внутри меня почти создает дискомфорт, но мне это нравится. Я поднимаю руку и касаюсь ладонью его щеки, направляя его губы к своим, но на этот раз именно я прикусываю его нижнюю губу, посасывая ее.

— Ты самая соблазнительная женщина из всех, что я встречал, — произносит он, когда наши губы рассоединяются.

Соблазнительная? Не неловкая? Должно быть, он ошибся.

Я вспоминаю, что хотела коснуться его задницы, когда представится шанс, так что скольжу руками вниз по его спине к своей цели, располагая стопы рядом с его бедрами на матрасе. Он ворчит, когда мои руки достигают места назначения, но этот звук до чертиков сексуален. Хриплый, гортанный — словно устное подтверждение того, что ему нравятся мои прикосновения. Я глажу его кожу, лаская, и уверена, что его зад самый идеальный и упругий из всех, что когда-либо касалась.

Он воспринимает мои действия, как приглашение двигаться и отстраняется, выскальзывая из меня, а затем толкается вперед. И еще раз. Приподнимаясь на руках, Бойд наблюдает за выражением моего лица, пока толкается, и я чувствую себя обнаженной. Не физически, а скорее эмоционально, словно он видит слишком многое. Я возвращаю руки к его плечам, пытаясь ухватиться за них, и изо всех сил стараюсь не отвести взгляда.

Бойд

Я знал, что она окажется хороша, но, капец. Эта девушка меня разрушила. Ее кожа. Запах. Вкус. Ощущение ее волос и округлость бедер. Крошечная родинка рядом с пупком. Звуки, что она издает, когда я ее касаюсь. Ни один из них не был наигранным. Ее частое дыхание и тихие стоны — все это Хлоя в ее чистом виде. То, как кончики ее пальцев исследуют мое тело с подлинным любопытством, словно девушка не слишком знакома с формами мужского тела, но и не пытается раздуть мое эго.

Для нее это сложно. Близость. Не физический контакт. Это ей по душе. Думаю, для нее сложно было дойти до этой точки. Ее уверенности в безопасности рядом со мной. Мне хочется защитить это чувство, культивировать его. Наблюдать за тем, как Хлоя расцветет.

Находясь внутри нее, я чувствую себя королем этого мира. Но с другой стороны, это усмиряет меня. Вот так быть соединенным с ней, знать, что она пустила меня в себя. Что доверяет мне. Верит, что сделаю ей приятно.

Я толкаюсь вперед, и ее глаза округляются, когда Хлоя резко ахает, а ее губы складываются в букву «О». Ее киска так сильно сжимается вокруг меня, что не уверен, не сделал ли ей больно, но с другой стороны, она охренительно влажная, так что проскальзываю еще глубже, идя против всякой логики. Мы так тесно соединены, что кажется, не смогу пошевелиться. Но я все равно двигаюсь. Сохраняя ритм и глубину толчков, тру ее клитор большим пальцем. Наблюдая за тем, как трепещут и поднимаются ее веки, тем, как она изгибает шею и приподнимает бедра, давая мне знать, что ей это нравится, и от этого все кажется еще лучше.

Я сожалею, что не могу трахнуть ее без презерватива. Мне хочется, чтобы мой член был окутан ее киской, а не латексом. Она была настолько влажная, что когда трахал ее пальцами, мне потребовалась вся воля, чтобы не перегнуть ее через кровать и не начать вколачиваться со всей дури. А ее вкус, черт. Он немного похож на вкус того клубничного бальзама, который девушка обычно использует.

Она такая сладкая. И теплая, и влажная, и капец, какая тугая. А еще смелая. Хлоя могла отказаться от поездки со мной в Колорадо. Я бы ее не винил. Но знал, что еще она достаточно любопытная, поддающаяся интригам, так что, очевидно, подыграет мне.