Мари-Элен Лафон - Знакомство по объявлению
- Название:Знакомство по объявлению
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Иностранка, Азбука-Аттикус
- Год:2012
- Город:Москва
- ISBN:978-5-389-04125-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мари-Элен Лафон - Знакомство по объявлению краткое содержание
Знакомство по объявлению - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Он тут же предложил Эрику употребить его столь неожиданно открывшийся талант на пользу скотине. У каждой коровы, объяснил он, есть имя; обычно их называют именами женщин, цветов, городов, стран, песен, принцесс или птиц: Пахита, Марсельеза, Ромашка, Матрона, Белоснежка, Тигрица, Офелия, Ласточка… Некоторые особенно многообещающие особы получают имя по наследству от знаменитой матери или бабушки. Так вот, во всяком приличном коровнике над стойлами должны висеть грифельные доски навроде школьных, на которых мелом пишут имена их обитательниц. Дядьки свято блюли эту старинную традицию, да и Поль ей не противился, не без удовольствия включившись в игру.
Однако прикрепленные над стойлами во Фридьере доски внешне выглядели довольно-таки жалко: было почти невозможно расшифровать, что обозначают покрывавшие их каракули; конечно, это мелочь, но мелочь, бросающаяся в глаза, а поделать ничего нельзя, так как никто из членов клана не владеет искусством каллиграфии. Эрик охотно согласился помочь и отнесся к поручению со всей серьезностью: каждую надпись постарался расположить строго по центру, уделяя особое внимание начертанию заглавных букв, на которые не пожалел места. Недовольный первоначальным результатом, он без колебания стирал тряпкой написанное, снова и снова выводя: Корица, Малиновка, Маргаритка, Монтана… Закончив трудиться над второй партией из пяти досок, он последовал за Полем в коровник, чтобы полюбоваться полученным результатом и воочию убедиться, что контраст со старыми, еще не исправленными надписями действительно разительный. Тогда, забыв на время о дядьках и Николь, бросавших на него косые взгляды, он смело полез вперед, пробираясь между переступавшими с ноги на ногу коровами, и принялся за работу: вскарабкивался на закругленный гладкий бортик стойла, вешал одни таблички, снимал другие, выравнивал третьи, и все это — молча, споро и несуетливо; священные животные его даже не замечали, как будто он был здесь всегда, наряду с остальными четырьмя служителями домового культа.
Получилось, что Поль, сам о том не подозревая, произвел небольшую революцию, нечто вроде государственного переворота местного значения; оказалось, что появившийся здесь по его милости мальчишка, нежеланный и чужой, явно имеет подход к скотине, да еще какой! Коровы сами посвятили его в рыцари своего королевства, и это было настолько очевидно, что никому и в голову не пришло оспаривать его права, отныне безоговорочно признаваемые всеми без исключения. И никто уже не удивился, когда во время очередного воскресного обеда, проходившего наверху, тот же самый мальчишка рассказал, что выбрал темой школьного доклада контроль над производством сельскохозяйственной продукции. Николь и дядьки были сражены наповал: если что и вызвало в них недовольство, так это формулировка темы, от которой за версту несло Брюсселем с его нормами, квотами, субсидиями и прочими общеевропейскими штучками. Потом разговор перекинулся на другое, но вся четверка коренных обитателей Фридьера пришла к единодушному мнению, что из Эрика, конечно, в другое время и при других обстоятельствах, получился бы неплохой крестьянин.
Другим воскресным вечером, когда они сидели за столом — дело было в конце июня, как раз поспела первая клубника, еще бледноватая, но сладкая и душистая, — Эрик вдруг заговорил о бабушке. Он произнес перед молча внимавшими ему Полем с Анеттой целую речь, состоявшую из бесконечно долгих фраз, которые он, едва успевая перевести дыхание, вываливал одну за другой на еще не убранный после ужина стол.
Бабушке, говорил он, надо переехать в Конда, где ей будет намного лучше, чем в Байоле; там есть все, что нужно пожилому человеку, — продовольственные магазины, почта, чтобы получать пенсию, поликлиника, аптека. Надо подыскать ей квартиру с центральным отоплением, и, может быть, она обойдется даже дешевле, чем в Байоле, потому что Канталь — это все-таки деревня, а в деревне цены на жилье ниже, чем в городе. На жизнь бабушке денег хватит, как всегда хватало до сих пор. На неделе, кроме среды, когда нет уроков, он будет на большой перемене [2] Во французских школах большая перемена длится с 12 до 13 часов дня, дети в это время обедают.
ходить к ней обедать, ему же в этой школе еще два года учиться, а бабушке это поможет быстрее освоиться на новом месте; это очень важно, что они будут часто видеться, пусть и совсем ненадолго.
Но главное, у нее будет семья, потому что в Байоле она вообще ни с кем не общается, в гости ни к кому не ходит и ее никто не навещает. Так что для нее ничего особенно не изменится, если не считать того, что они опять будут вместе. У нее же никого больше нет, чуть повысив голос, сказал он, только внук и дочь, так зачем им жить в разных концах Франции, встречаться два раза в год и скучать друг по другу все остальное время? Всего-то и делов, что организовать ей перевозку мебели и прочих вещей. Их у нее немного, он уже составил список. Даже если забрать с собой оба шкафа и старинную швейную машинку, все легко поместится в небольшом грузовике, который можно взять напрокат в Клермоне. Поведет его Поль. Бабушка заранее упакует вещи, так что они обернутся туда и обратно за два дня; лучше всего сделать это в августе, в крайнем случае до Дня Всех Святых, одним словом, до наступления зимних холодов. Потому что зимой, когда все кругом заметет снегом, он сможет оставаться у нее ночевать, а спать будет на диване. На слове «диван» он почему-то запнулся и стал ладонью сметать в кучку рассыпанные по клетчатой клеенке хлебные крошки.
Подошла Лола и села позади мальчика, насторожив уши, словно готовясь к атаке. Эрик ни на кого не смотрел. Снизу послышались звуки музыки — шла заставка передачи о погоде. Поль поднялся, взял со стола кувшин и пошел к раковине набрать воды. Не поворачиваясь от крана, он сказал, что бабушка должна сама решить, захочется ли ей в таком возрасте менять свою жизнь. Анетта не сводила глаз с Эрика, с его склоненного к столу светловолосого затылка. Ее вдруг поразила его сосредоточенность, а в следующий миг обожгла мысль, что ведь он, наверное, не один день собирался с духом, прежде чем поделиться с ними своими планами.
Надо было что-то сказать ему, выразить словами чувства, бушевавшие в груди и так и рвущиеся наружу. К глазам подступили слезы — пролейся они сейчас, как знать, может, вместе с ними вышла бы вся дрянь из лопнувшего гнойника прошлых обид. Но она не позволила себе заплакать. Она понимала, что Эрик не держит на нее зла — пока не держит — за то, что она их разлучила, их троих, хотя им так славно жилось в Байоле, в крохотном мирке, состоявшем из двух квартир, школы и пары-тройки всегда пустых улиц. Но Эрик вырос, и в нем появилось что-то такое, чего не было раньше. Ей даже подумалось, что он, возможно, не унаследует ее бессловесность, ее неспособность говорить нужные вещи в нужное время, ее неумение давать окружающим понять, чего именно она от них ждет. Может быть, он, наоборот, научится желать и стремиться к исполнению своих желаний, будет брать быка за рога, и добиваться своего, и получать от жизни немножко больше, чем ничего.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: