Лия Стеффи - Мутный [litres]

– Как же вы меня достали! – Ваня вскочил с места и направился к выходу из клуба.

Демьян покачал головой.

– Кажется, тут все уже серьезно.

Глеб сидел в своей комнате и смотрел в окно. Всю неделю он практически не выходил из дома. Все его мысли были только о Еве. Он не понимал, что ему делать и как жить дальше. Его мучили кошмары, мучили мысли, мучила совесть. Глеб пытался убедить себя, что все это глупая ошибка, о которой стоит забыть, но тут же в его голове всплывали воспоминания той ночи и крики Евы. Он презирал себя.

Последние дни его отца практически не было дома, он как всегда где-то пил. С одной стороны, Глеба это радовало, так как его пьяное лицо не маячило, с другой – он переживал, не помер ли тот в какой-нибудь подворотне.

В коридоре раздался шум, а потом послышались шаги.

Глеб вздохнул и встал с кровати. В руках он сжимал телефон, на котором была фотография Евы. Периодически он пересматривал ее снимки, пытаясь найти сходство с собой и отцом. Он открыл дверь и направился в комнату отца.

Мужчина сидел в кресле в грязной одежде и дрожащими руками подкуривал сигарету.

– Привет, – сухо поздоровался Глеб.

– О, привет. Как дела?

– Супер! А твои? Хотя можешь не отвечать, судя по твоему внешнему виду, у тебя они еще лучше, чем у меня.

Отец нахмурился и осмотрел свою рубашку.

– Да я упал…

– Мне неинтересно, можешь не рассказывать. Пока ты бухаешь, как последняя сволочь, я тут душу рву уже который день. Я не хотел говорить, но черт… Ты полная скотина, ты знал это?!

– Глеб, ты чего?..

– Я знаю свою сестру, черт возьми!

Отец моментально изменился в лице и встал с кресла.

– Чего? Что ты несешь?

– Ева Левинская, выросла в детском доме. На вот, полюбуйся, – выпалил Глеб и кинул смартфон в отца.

Мужчина наклонился и неуверенно поднял телефон с пола. На экране он увидел фотографию Евы. В этот момент внутри него все перевернулось. Увидев ее, он сразу же понял, что это именно его дочь, потому что она была безумно похожа на свою мать. У него затряслись руки, а из глаз выступили слезы. Капли упали прямо на экран.

– Плачешь? – усмехнувшись, спросил Глеб. – Я тоже плакал, когда узнал, что изнасиловал свою родную сестру.

Отец в недоумении поднял на него глаза.

– Чего?!

– Чего?! Да ничего! Неожиданный поворотик, правда?!

– Глеб, да скажи ты нормально, я ничего не понимаю!

– Что сказать?! Что тебе, блин, сказать?! Я ее встретил несколько месяцев назад и с первого взгляда по уши в нее влюбился. Мы встречались с ней, черт возьми. Помнишь, я однажды купил цветы? Они были для нее! Но дело даже не в этом. Я напился, как последняя тварь, и изнасиловал ее. Изнасиловал свою сестру!

– Этого просто не может быть… – Отец пошатнулся и, схватившись за голову, сел на диван.

– Ты знаешь, где похоронена ее мама? – резко выпалил Глеб.

Он кивнул и закрыл лицо руками.

– Где?

– Донское кладбище. Ее зовут Вернадская Александра, 1978 год рождения.

– Точное местонахождение мне скажи.

– Зачем ты это спрашиваешь?

– Тебя не касается. Говори точное местонахождение.

– Ты думаешь, я помню? – дрожащим голосом спросил отец. – Я был у нее всего один раз. Помню только, что на краю левой стороны где-то…

– Скажи, ты что-нибудь чувствовал к ней?

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Саша любила меня долгое время, а я был предан твоей маме с подросткового возраста. Как-то раз она начала трепать мне нервы и обвинять в том, что я ей изменяю. Не знаю, что за тараканы в голове у нее тогда были. Так вытрепала мне мозг, что я пошел и напился, заехал к Саше и… Дальше сам понимаешь.

Глеб с отвращением посмотрел на отца и отвернулся.

– Глеб! – произнес мужчина, встав с дивана.

Парень повернулся и посмотрел на отца.

– Я не хотел…

– Знаешь, кто ты? Ничтожество! Ты убил эту девушку, а после еще и оставил Еву гнить в паршивом детдоме! Ты уничтожаешь мою жизнь уже столько лет! Посмотри на себя, кем ты стал?! Говоришь, что это все из-за смерти мамы?! Черт, это просто отмазка. Почему я не стал таким, когда она умерла? Тебе было тяжело потерять жену… А мне не было тяжело потерять мать? Я остался один с отцом, который только и делает, что бухает днями напролет! Я бросил университет, продал все, что только можно, чтобы мы могли существовать. Я работал без выходных, лишь бы держать тебя на плаву. А ты только пьешь и пьешь… Из-за тебя все это и произошло. Ты гребаная ошибка природы, исчезни к чертям из моей жизни!

Глеб выскочил из квартиры и направился прямиком в бар. Он купил там бутылку виски, а потом вышел и открыл ее на ближайшей лавочке. Он был измотан и несчастен.

«В чем смысл моей жизни? Продолжать тянуть отца-алкаша? Работать всю жизнь охранником в клубе? Жить с осознанием, что внутри все еще любишь сестру и ненавидишь себя за свой поступок? Это не жизнь».

Молодой человек лежал на лавочке и смотрел на звезды. Каждый раз, смотря в небо, он вспоминал свою мать. Больше всего на свете ему бы хотелось оказаться рядом с ней. Когда-то они были идеальной семьей, примером для остальных, а что сейчас? А сейчас ничего, сплошное разочарование. Вот так быстро может измениться жизнь. Он потерял все, что только мог. Отец – это единственный близкий человек, который у него остался. Каким бы он ни был…

Он встал и посмотрел вдаль. Холодный ветер развевал его светло-русые волосы.

«И зачем я ему это все наговорил? Черт, да что же я за тряпка! Нужно двигаться дальше. Мама бы хотела, чтобы мы были счастливы. Я должен вытащить его из этого болота и начать все сначала. Ну же, Глеб, возьми себя в руки и все наладится. У тебя все получится!»

Порой в порыве гнева мы говорим ужасные вещи и даже не подозреваем, чем это все может обернуться. Злость поглощает нас, и мы не думаем о чувствах других. В такие моменты важно вовремя остановиться, иначе кто знает, к чему это приведет…

Когда Глеб вернулся, в квартире стояла полнейшая тишина. Он включил свет и пошел в комнату отца.

– Эй, пап, ты там спишь уже? Слушай, прости меня, я не хоте… – голос Глеба оборвался, когда он увидел отца, лежащего на полу. – Ну зачем же так пить, что потом аж до кровати дойти не можешь?

Глеб подошел к нему и начал поднимать, но в какой-то момент понял, что он совсем обмяк и даже не дышит. Он отстранился.

– Пап? Пап, ты меня слышишь?!

От накатившего страха у Глеба сперло дыхание.

– Ты не мог умереть, папа! Черт!

Парень побежал в коридор, чтобы достать телефон из своей куртки, и там на комоде увидел записку. Он поднял ее дрожащими руками.

«Сынок, ради всего святого, прости меня за все. He хочу больше быть для тебя помехой. У тебя должна быть счастливая жизнь, а я лишь тяну тебя за собой на дно. Если сможешь, скажи Еве, что не было ни дня, когда бы я не думал о ней. Это все остается на моей совести. Я люблю тебя, сын».