Робин Эдвардс - Игра без правил

– Черт побери! – Дино в ярости грохнул кулаком по массивной мраморной столешнице и мрачно спросил: – Сколько мы уже потеряли реальными деньгами?

Дотошный бухгалтер раскрыл на коленях темно-коричневую папку и несколько секунд тщательно изучал бумаги.

– Зарплата рабочим и служащим, строительный и профсоюзный взносы – полмиллиона, не меньше. Мы договаривались, что статья расходов и выплат не должна превысить шестьсот тысяч, помнишь?

– Помню. – Дино нервно провел пятерней по своим реденьким черным волосам и мрачно уставился на компаньона. С минуту он сидел молча, стараясь немного успокоиться и сосредоточиться. Он не имеет права поддаваться панике. Казалось, еще чуть-чуть, и все пойдет прахом. Но этого не должно случиться. Он сделал глубокий вдох и шумно выдохнул: в голове немного прояснилось, и Дино с улыбкой взглянул на Грейвса. – Да не волнуйся ты так, приятель. Это еще не конец. Да-да. Хорошее начало не всегда гарантирует прочный успех. В труппу попали неплохие актеры. А значит, если их не станет, то можно считать, что дело в шляпе. – Он широко улыбнулся. – Старина, есть неплохой запасной план.

– Может, поделишься? – Грейвс нетерпеливо поправил на носу круглые очки в золоченой оправе.

Дино навалился на стол и с самодовольной ухмылкой посмотрел на бухгалтера.

– Я собираюсь пустить в ход запрещенный прием, малыш. Я запустил настоящую бомбу замедленного действия. Так что, если все сработает, можно быть уверенным, что в ближайшее время у нас в труппе не останется ни одного человека. И мне совершенно наплевать, что скажут эти писаки. – Он яростно смахнул газету со стола. Разлетевшиеся страницы легко соскользнули на ковер. – И на зрителей, которые валом валят, тоже наплевать. Когда бомба взорвется, никакого шоу не будет.

Тед Грейвс напряженно сглотнул:

– Ты что, решил взорвать шоу?

Дино Кастис откинулся на спинку кресла и расхохотался. Хохотал он от всей души, беззвучно, с закрытыми глазами, сложив руки на колышущихся складках толстого живота. Смех прекратился так же внезапно, как и начался, в его темных глазах вспыхнули колючие, злые огоньки.

– Ты насмотрелся слишком много старых фильмов, дружище. У меня есть кое-что поинтереснее. Наберись терпения. Знаешь, чтобы жаркое удалось, оно должно потомиться. Вот увидишь, еще немного, и это чертово шоу разлетится, как карточный домик, в считанные дни.

– Как тебе? Нравится? – спросил Артур Трумэн у Аманды. Они склонились над роскошной стеклянной витриной с ювелирными украшениями от Картье, любуясь парой изумительных сережек с изумрудами и бриллиантами.

Аманда села в одно из кожаных кресел, с любопытством оценивая выбор Артура.

– Они прелестны, но, мне кажется, немного дороговаты для меня.

Артур просиял:

– По-моему, ты заслуживаешь их. Позволь мне сделать тебе подарок.

Тут же перед ними как из-под земли возник продавец в униформе.

– Мистер Трумэн, какая приятная встреча! Могу я чем-нибудь вам помочь?

Артур обернулся и с удивлением поглядел на широко улыбающегося незнакомого парня.

– Да-да, уважаемый, возможно. Если вы понадобитесь, я вас позову.

Молодой человек мгновенно понял, что знаменитый Артур Трумэн зашел только «поглазеть», и, вежливо кивнув, быстро исчез.

Щедрость Артура привела Аманду в неописуемый восторг, но она не осмеливалась спросить, во сколько это обойдется. В шикарных, изысканных ювелирных магазинах, предлагающих изделия ручной работы, как известно, не принято просто так, из любопытства, спрашивать о цене – такие вопросы задают те, у кого нет денег. Вообще-то она была рада возможности посидеть и отдохнуть. В особенности после такой продолжительной прогулки. Они с Артуром шли вдоль Пятой авеню от самого музея Метрополитен, и прогулка по восточной части Сентрал-парка была приятной – небо очистилось от облаков, и ярко засияло долгожданное солнце. Аманда с непривычки немного утомилась и хотела бы передохнуть. Но успех спектакля придавал ей сил.

– Артур, ты читал вчерашний выпуск «Нью-Йорк таймс»?

Артур присел на стоящее рядом кресло и взял ее за руку.

– Читал. Но твоя игра заслуживает более ярких эпитетов.

Аманда, запрокинув голову, залилась звонким смехом:

– О, ты мне льстишь, дорогой?

– Конечно, нет! – Он поспешно поднялся. – Давай лучше пойдем отсюда, а то они не отстанут от нас, и нам придется что-нибудь купить. – Он посмотрел на витрину. – Ну что, не смог я сегодня соблазнить тебя сережками, а?

Аманда смущенно улыбнулась – с какой стати Артуру так тратиться на нее.

– В следующий раз.

– Ладно, тогда позволь твою руку, и я угощу тебя лучшим хот-догом и апельсиновым соком, какие только можно найти на Пятой авеню.

Аманда снова весело рассмеялась и взяла его под руку. У первого же продавца хот-догов Артур остановился и полез за бумажником.

Откусив от своего бутерброда, Аманда с улыбкой посмотрела на Артура.

– Говорят, что, если увидеть, из чего готовятся хот-доги, их уже никогда не захочется есть.

– То же самое можно сказать об икре, – сострил он в ответ.

Аманда поразмыслила с минуту и согласилась:

– Верно.

– Мистер Трумэн, мисс Кларк, не могли бы вы дать автограф? – Около них остановилась молодая пара в потертых джинсах и футболках, вероятно, большие любители театра.

Аманда и Артур с робостью написали по паре строк на бумажных салфетках. Аманда вся светилась. Ведь прошло столько времени с тех пор, когда восхищенные зрители узнавали ее на улице и останавливались попросить автограф. Артуру Трумэну было не менее приятно.

Они продолжали путь по Пятой авеню по направлению к Рокфеллер-центру, Аманда прошептала:

– Я хочу еще раз поблагодарить тебя, Артур. Ты вернул мне часть жизни, которая, как я думала, потеряна навсегда. Я знаю, что это только твоя заслуга, и я никогда этого не забуду.

Он сжал ее руку.

– Я долго ждал этого часа. Но, к сожалению, до сих пор не мог найти подходящего способа вновь напомнить зрителю о нас с тобой.

Аманда легко шлепнула его по руке.

– Ах ты, старый скромник! «Точный удар» – это твоя лучшая вещь, самая лучшая.

Он помолчал с минуту, продолжая шагать по тротуару, ловко маневрируя в уличном потоке, старательно обходя строительные леса, отделяющие пешеходов от ремонтируемых зданий. Его взгляд упал на яркий плакат, гласивший, что еще одна японская компания приобрела очередной небоскреб и в настоящее время ведет реконструкцию. Интересно, с грустью подумал Артур, скоро ли они купят и тот дом, в котором живет он?

– Пьеса действительно так уж хороша? – спросил Артур сдержанным тоном.

Она изумилась его вопросу:

– Ты же сам читал отзывы. Говорю тебе – это лучшее из всего того, что ты написал.