Джилли Купер - Наездники

– Я вообще не понимаю, почему бы ему не наняться тренером американской олимпийской команды, – буркнула Фен.

Она швырнула щетку и, высоко подняв голову, вышла в пронзительно холодную ночь. И отправилась бродить, нечувствительная к холоду, хотя на ней были только куртка и джинсы. Голос Тори вернул ее к действительности. Фен обнаружила в кухне Дино, переодевшегося в серую кашмировую рубашку и серые брюки. С большой порцией виски с содовой в руке он рассказывал Тори про Вену. Розочки и фотографии занимали весь стол.

– Там так красиво. Мы посетиили одно кладбище, где похоронены все великие музыканты: Моцарт, Брамс, Бетховен, Гайдн. Самой трогательной оказалась могила Шуберта. Взгляни. – Он протянул Тори фотографию. – На надгробном камне высекли сцену, изображающую его прибытие в рай. Ангел возлагает на него лавровый венок – потому что на земле никто не распознал его гений.

– Ты на это пожаловаться не можешь, – едко сказала Фен. – Тебя-то все обожают.

– Не все.

Лицо Дино оставалось бесстрастным, но он быстро собрал фотографии.

– Детка, ты выглядишь совсем замерзшей, – сказала Тори. – Прими горячую ванну. Я ухожу вместе с Изой, чтобы посмотреть, как играет Дарклис. Обед в духовке. Гуляш и печеная картошка. Если захотите яблочный пирог, то он в кладовке.

Джейка не было дома, он на два дня уехал в Ирландию посмотреть на каких-то лошадей. Все рассматривали то, что он чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы поехать, как большой прогресс. Фен, однако, привела в ужас перспектива обеда втроем с Дино и Луисом.

– Спасибо. – Она прошла через кухню. – Я пока не хочу есть. Желаю Дарклис море удачи.

Очутившись в своей спальне, Фен скорчилась на кровати. Борясь с усталостью и горем, она задернула сине-белые полотняные занавески. Шампунь, которым она мыла голову к приезду Дино, все еще был на виду; на кровати лежало влажное полотенце; сушилка для волос была включена. Фен включила отопление, но все равно не могла перестать дрожать и решила принять ванну. Она как раз разделась, когда в дверь постучали.

– Кто там?

Она схватилась за мокрое полотенце.

– Я.

Дино вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

Фен отвернулась к зеркалу.

– Я собиралась принять ванну.

– Я принес тебе выпить.

Он поставил большой стакан водки с тоником на туалетный столик. Возникла пауза. Дино взял с книжной полки Миссис Тигги-Винкль, которая стояла позади множества фарфоровых лошадей. У нее были тряпичное лицо, домашний чепец и розовое платье.

– Симпатичная.

– Джейк сделал ее для меня много лет назад.

Фен присела на стул перед зеркалом. Худые обнаженные плечи торчали из темнокрасного полотенца, во взгляде сверкала подозрительность.

Дино заметил включенную в сеть сушилку для волос.

– Собираешься на выход?

Фен покачала головой.

– У меня были грязные волосы.

В комнате уже было довольно тепло. Почему же она стучит зубами?

– Я привез тебе подарок, – сказал Дино, доставая из кармана черную квадратную коробку и открывая ее. У Фен перехватило дыхание, когды он вынул золотую цепочку с кулоном в виде буквы «Ф», украшенной жемчугом и изумрудами. Он надел цепочку ей на шею и долго возился с застежкой, потому что руки его не вполне слушались.

– Ну вот, – сказал он.

Глянув в зеркало на отражение Дино, Фен заметила, что его загар побледнел, а глаза, похожие на глаза сиамской кошки, слегка косили, как всегда, когда он был сильно уставшим.

– Прекрасная вещь, – прошептала Фен, гладя пальцем букву «Ф». – Это самый-самый замечательный подарок, который я получила в своей жизни. Я никогда не буду ее снимать. Огромное спасибо. А я думала, – ее голос задрожал, – что ты ничего не привез мне, потому что я вела себя как последняя сука.

Она встала, чтобы повернуться к нему, но Дино сжал ее нагие плечи и поцеловал ее в левую ключицу бесконечно долгим, сдержанно-неторопливым поцелуем. У Фен вдруг все внутри перевернулось, и она ощутила настойчивое биение пульса внизу живота.

– Как я мог позабыть о тебе? – печально сказал Дино. – Я ведь только о тебе и думаю. – Он водил губами по ее шее, нежно целовал мочки ушей. – И, говоря начистоту, если я в ближайшее время не окажусь у тебя внутри, то я просто рехнусь.

– Правда? Ты это не из вежливости говоришь?

– Из вежливости? Господи боже, да я уже столько раз давал задний ход!

Он повернул ее к себе. Фен глянула ему в лицо, взволнованая, дрожащая.

– Я не уверена, Дино. Я так страдала. У меня от сердца остался только маленький кусочек.

– У меня хватит сердца на нас обоих. Я не обижу тебя, милая. Я сделаю так, что тебе станет лучше.

Он медленно разжал ее руки, судорожно вцепившиеся в полотенце, и положил их себе на плечи. Фен почувствовала под пальцами его сильные мускулы.

– Поцелуй же меня, – шепнул Дино.

Фен робко подняла к нему губы. Он поцеловал ее так нежно, что ей показалось, что она потеряет сознание от наслаждения. Он поцеловал сначала ее верхнюю губу, потом нижнюю, потом проскользнул языком между зубов. Одной рукой он теперь ласкал ее левую грудь, нежно и медленно, пседвещая дивные восторги.

– Любимая малышка Фен, расскажи мне, что тебя возбуждает?

– Ты, – простонала она. – О, продолжай, прошу тебя!

Но когда Дино уложил ее на кровать и начал целовать по-настоящему, лаская все ее тело, взгляд Фен упал на фотографию Билли рядом с кроватью. Она подумала о Джейни, а потом о Мери Джо, которая прошлой ночью лежала рядом с Дино и, надо полагать, восторженно отдавалась таким же нежным умелым ласкам. Фен не могла выдержать этой мысли. На этот раз она хотела иметь мужчину, который бы принадлежал ей целиком, безраздельно.

Она яростно вырвалась из объятий Дино.

– Ты что? В чем дело?

– К тебе. Ты везде успеваешь, да? Только что увивался вокруг меня, а в следующую минуту уже мчишься в Лондон по звонку Мери Джо, чтобы поехать с ней в Вену. Кто это хочет видеть красавчика Дино? Ну конечно, наша милашка Мери Джо!

На миг рука Дино судорожно сжалась на ее плече. Затем он обвел взглядом комнату: плакаты со Снупи, фарфоровые лошадки, плюшевый медвежонол Лестер, шкафчик для пижамы в виде фигурки верблюда, и потрепанная фотография Билли Ллойд-Фокса в рамочке.

– Ты все еще ребенок, да? – резко сказал Дино. – Однако ты оказалась достаточно взрослой, чтобы спасть с таким старым плюшевым мишкой, как Билли Ллойд-Фокс.

– Сволочь! – прошипела Фен, и изо всех сил ударила Дино по лицу. – Не смей ничего говорить про Билли!

Дино пожал плечами.

– А в качестве последнего аргумента ты прибегаешь к драке, как ребенок. К несчастью, я давно уже вырос. Мне двадцать шесть лет, и у меня нормальные привычки взрослого человека. если ты думаешь, что я буду хранить целомудрие, пока ты заряжаешь новую батарейку в дурацкий маяк, на свет которого ты надеешься приманить Билли, тебе еще много о чем есть подумать.