Ли Райкер - Полюбить ковбоя

– А где Эрин? – Не торопя его с ответом, Мег выскользнула из его объятий, чтобы полюбоваться разрисованным гипсом Тима. – Ой, только взгляните на эту коллекцию автографов да еще и рисунков!

– Шестеро моих друзей уже расписались, мы встретили их на игровой площадке возле библиотеки, когда возвращались домой от доктора. Видишь?

Денни смотрел на ее склоненную голову, пока она читала пожелания и восторгалась искусной работой, потом перевел взгляд на большой, покрывавший весь пол ковер, где были построены деревни и проложены дороги, по которым Тим водил свои миниатюрные автомобили, и негромко ответил:

– Эрин не очень понравилось наше чтение на ночь.

– Она уже ушла спать?

– Думаю, да.

Мег взглянула на настенные часы с изображением скачущей лошади, которые Денни прислал в подарок на прошлое Рождество, и подумала, что Эрин, вероятно, эти часы терпеть не могла.

– Ты только посмотри, который час! – воскликнула Мег, отправляя Тима в кровать. – Выключаем свет, этой руке нужен отдых, чтобы поправиться и быть сильной.

– Папочкиной руке тоже нужен отдых.

Когда Эрин оставила их вдвоем, отец и сын выразили друг другу сочувствие по поводу их ранений, и теперь Тим объявил, что забинтованные ребра и локоть Денни, его поцарапанное лицо и черные синяки вокруг глаз гораздо серьезнее и важнее, чем его собственная сломанная рука.

– Да, это, несомненно, так, – согласилась Мег. Она поцеловала Тимми на ночь, а потом нежно приложила всеисцеляющую материнскую ладонь к щеке Денни. – Я приготовлю тебе постель в…

– Я найду, где спать, – он поцеловал ее в щеку и снова опустился на кровать, – а пока еще немного побуду с Тимом. Мы хотим закончить историю о сумасшедшем медвежьем пикнике.

Ему хотелось, чтобы Тим хоть один раз уснул у него на руках, а после этого он придумает, где ему спать.

Мег выключила верхний свет и с порога послала каждому по воздушному поцелую.

– Спокойной ночи, ба.

– Спокойной ночи, мама.

– Спокойной ночи, дорогой малыш. – Она снова посмотрела на Денни и понизила голос: – Дэниел, я так рада, что ты… здесь.

– Ты думала, что я и на этот раз не приеду, верно? – спросил Денни, поймав ее взгляд.

В ответ она улыбнулась и закрыла дверь; Тим плотнее прижался к отцу, а Денни положил ему на голову свой подбородок и продолжил чтение с того места, где остановился, но читал, не задумываясь над смыслом.

Он не нужен Эрин, и Кену не нужен по вполне очевидным причинам, одна из которых явилась для Денни неприятной неожиданностью. Но он нужен сыну и нужен матери, несмотря на его долгое отсутствие и на то, что побудило его уехать.

Эрин просто потеряла свободу выбора, подумал он и улыбнулся Тиму в волосы.

Позднее этой же ночью Эрин в легкой ночной рубашке с распущенными волосами шла по коридору к комнате сына, беззвучно ступая босыми ногами по вытертой бежевой дорожке, чтобы никого не разбудить. К этому времени Тимми должен уже спать, она поцелует его так, чтобы он не подозревал об этом, и украдкой побудет с ним еще несколько минут. Эрин потихоньку открыла дверь и оказалась в комнате сына. У Денни и Тимми был один и тот же вкус в отношении убранства комнаты, а она всегда морщилась при виде всадников на кайме обоев, которые ее заставили купить. Правда, причудливый рисунок обоев и их основные цвета, повторяясь в постельном белье, покрывале и шторах, придавали комнате современный вид, но часы, которые прислал Денни, и афиша Профессионального родео, которую Тимми привез из поездки, с таким же успехом могли принадлежать еще Денни. Тимми, наверное, пришлось забраться на стул, чтобы прикрепить эту афишу к дверце стенного шкафа, хотя это было настрого запрещено.

Привыкнув к темноте, Эрин оглядела комнату: кленовый комод, над ним зеркало, с которым у нее были связаны свои воспоминания, у окна такой же кленовый стул; ящик для игрушек, который Хенк смастерил для Денни, а Тимми набил легковыми машинками и грузовичками, конструкторами «Лего», а позже фигурками ковбоев, был приоткрыт и из-под крышки торчала одна из таких пластмассовых фигурок, рука которой была соединена с рукой такого же пластмассового конного полицейского.

Потом она посмотрела на кровать, с которой у нее тоже были связаны воспоминания, не имеющие отношения к детям.

Однажды, незадолго до того как они с Денни уехали, чтобы пожениться, они занимались любовью на этой кровати – тогда его кровати – страстно, исступленно. Она никогда этого не забудет, сколько бы ни старалась, оставаясь по ночам одна в своей комнате по соседству. В тот день Хенк и Мег уехали на какую-то выставку, чтобы показать херефордского быка, за которого Хенк получил награду, и Денни, оказавшийся дома между двумя родео, увлек Эрин в постель и играл с ней, пока не довел до того, что она лежала влажная и готовая на все для него…

К ее изумлению, сейчас он лежал в той же самой кровати. Эрин не позволила себе поинтересоваться, где он будет спать, и проверить это она тоже не могла себе позволить. В тусклом свете фонаря, освещающего задний двор, все выглядело более интимно в отличие от того полдня.

Он спал, как спят влюбленные, коконом обвившись во-круг Тимми, словно оберегая его от будущих невзгод. При слабом свете темные волосы мужчины смешались с волосами ее сына, гипс Тимми лежал поверх забинтованной руки Денни, которая обнимала мальчика, а с другого бока из-под одеяла выглядывала игрушечная обезьянка Тимми, и ее круглые глаза одобряюще светились в темноте.

Эрин подошла ближе к кровати, погладила руку Тимми, и он повернулся во сне, тогда она принялась изучать лицо Денни: в желтоватом свете его синяки были более заметны, от скулы по щекам шли темные полосы, и между приоткрытыми губами слегка проглядывали ровные белые зубы.

Сколько раз она видела его спящим, включая и тот греховный полдень, один из многих подобных, проведенных в разных других местах до женитьбы? Тогда они нежно любили друг друга; он заставлял ее смеяться и плакать, заставлял кричать от наслаждения и от любви; если бы только это продолжалось…

– Спокойной ночи, – глубоко вздохнув, шепнула Эрин и направилась было к двери, но не успела она сделать и шага, как сильная мужская рука скользнула по ее бедру и привлекла к постели.

– Не уходи, рассмотри все, что тебе хочется. – Ощущая под рукой тепло от ее бедра, Денни повернулся в кровати и произнес эти слова медленно и лениво, словно находился под действием наркотика.

– Отпусти, Денни. – Эрин изо всех сил дернулась, пытаясь вырваться.

– Ты пришла подсматривать за человеком, когда он спит, вернее сказать, за отвергнутым мужчиной, даже не задумавшись, что может произойти, если он проснется.

Ей не следовало забывать – Денни просыпался мгновенно, как бы крепко он ни спал. Когда Эрин снова попробовала освободиться, он потянул ее вниз, и ей пришлось тихо опуститься на колени у кровати, так что их лица оказались совсем рядом.