Дебора Диксон - В ожидании чуда

— Хорошо, — в конце концов согласился он. — Только подождите меня в вестибюле. Я поеду следом за вами. Мне хочется убедиться, что вы вернулись в Джерико.

— Убедиться, что мы вернулись? — повторила Джессика, не удержавшись от небольшой доли сарказма в голосе. — А куда еще мы можем поехать?

— Например, в Техас, Утопия, Ноллроуд, двадцать два.

Ее руки, которые она протянула было к плечам проходившей мимо Айрис, застыли в воздухе. Он уже знает ее адрес? Через мгновение Джессика опустила руки и послала Айрис с каким-то вопросом к Кэрол, велев ей ждать у лифта.

Когда они остались одни, она спросила:

— Мне показалось, что ты уже не занимаешься делом Фила.

— Да. Но зато занимаюсь твоим. — Это прозвучало одновременно как предупреждение и как обещание. Предупреждение до смерти напутало ее, а от обещания захватило дух при мысли об открывающихся возможностях.

— Откуда ты узнал мой адрес? Я тебе не говорила. Ты не присутствовал, когда я давала показания.

— Мне это и не нужно. Сегодня утром я проверил взятую напрокат машину. С твоей стороны неосмотрительно было оставить документы со своим именем на приборной доске. Любой, у кого есть полицейский значок, может получить копию твоей водительской лицензии в агентстве по прокату автомобилей.

— Господи, Салли, похоже, ты горы свернул, чтобы узнать, где я живу. Почему бы тебе просто не обыскать мою сумочку или спросить мой номер телефона?

— Это было бы не так интересно, правда?

— Не знаю. Поиски пистолета тебя явно развлекли. Удивлена, что ты не обыскал трусики на предмет моего свидетельства о рождении, раз уж занялся этим. Но с другой стороны, ты в тот момент не очень четко соображал.

Зря она это сказала, и Джессика поняла это, как только слова сорвались с ее губ. Дразнить Салли — все равно, что дразнить спящего льва. Сердце ее сильно забилось. Она напомнила себе, что дверь в коридор осталась открытой. Ничего не могло произойти. Ничего.

Так почему же она чувствует себя так, словно что-то происходит? Почему надеется, что что-то произойдет? Он смотрел на нее обжигающим, неумолимым взглядом.

Когда она запустила в него этой маленькой колючкой, Салли заскрипел зубами. Ого, эта леди сделала сильный ход, напомнив ему, как сегодня утром его самообладание вылетело в трубу. Джессика умела находить слабое место, только она жестоко ошибается, если думает, что он только и умеет расстегивать пуговки. Он тоже умеет находить слабое место. И, не колеблясь, бьет в него.

— Не беспокойся. — Салли опускал взгляд вниз до тех пор, пока он не остановился на том месте под ее юбкой, где сходились бедра. — Я много думал о твоих трусиках.

Такой прямой разговор заставил ее замолчать, чего он и добивался. В глазах ее вспыхнуло какое-то выражение, трудно поддающееся определению, — смесь паники и гнева, возможно, с небольшой примесью возбуждения.

— Смотри, куда ступаешь, Джесси. Единственная причина, по которой я не сдал тебя и твою игрушку в хьюстонскую полицию, — это то, что девочка тебе доверяет и нуждается в тебе именно сейчас. Поэтому я пока удовлетворюсь тем, что буду продолжать следить за твоим маленьким спектаклем. Но если ты меня будешь доставать, я могу передумать в одно мгновение.

— Что? — насмешливо спросила она. Гнев явно брал верх, о чем свидетельствовало выражение лица и голос. — И упустить единственный шанс остаться участником этого дела? Продай эту чепуху тому, кто на нее купится. Я видела, какое у тебя было лицо, когда ты вышел из кабинета капитана. Он тебя отстранил от дела. Признайся, Салли, ты не сдал меня им потому, что я — твой билет обратно.

— Тебе не мешает помнить, что это я могу пробить дырку в твоем билете.

— Как я могу забыть об этом, если ты все время на меня смотришь таким зверем? Почему, черт побери, ты так на меня злишься, Салли? Что я тебе сделала?

— Не считая того, что лгала? И пистолета? И твоих секретов?

— Да. — Она рассмеялась. — Не считая всего этого. Этого недостаточно.

Они говорили, не повышая голоса, но теперь стояли так близко, что он мог бы нагнуться и поцеловать ее, если бы захотел. А он хотел. Хотел сделать больше, чем просто ее поцеловать. И в этом не было ничего романтичного, элегантного или нежного. Никаких сердечек и цветочков. Только пот и удовлетворение. И все это было эротичным и грубым.

— Почему ты так сердишься? — прошептала она, напоминая ему, что ждет ответа.

— Ты не понимаешь? — Салли метнул взгляд на ее рот, собрав всю свою волю до последней капли, чтобы удержаться и не накрыть его своим ртом. Медленно провел кончиками пальцев по ее ключице, а большим пальцем погладил ямочку. От его прикосновений ее пульс неровно забился.

— Джесси, если я перестану сердиться, то мы тут же окажемся в постели. Или мы займемся этим прямо здесь. Оставь в покое мое сердитое настроение, а то придется дорого заплатить.

— Тогда я в безопасности. Я уже и так дорого заплатила. — Если бы она, произнося это, не бежала прочь, не удирала, Салли восхитил бы ее ответ.

— Только не в этом смысле, — тихо произнес он.

Телефонный звонок отнял у него всего несколько минут. Покидая офис мистера Мунро, он остановился у стола секретарши и дал ей свою карточку.

— Оставьте ее у себя на всякий случай, Кэрол.

— Ладно. И передайте, пожалуйста, мисс Дэниелз, мне очень жаль, что я не поговорила с ней. Мне ужасно неловко, что я ее не узнала, но я была так взволнована приходом этих людей и тем, что они сделали с кабинетом.

— Правильно. Я забыл. Мисс Дэниелз — ваш бывший сотрудник. Как давно она у вас работала?

Пораженная, Кэрол ответила:

— Она никогда здесь не работала. Я бы знала. Я каждый год надписываю адреса на рождественских открытках. У мистера Мун-ро пунктик насчет поздравлений каждому сотруднику к праздникам. Ее имени никогда не было в этом списке.

— Тогда откуда вы ее знаете?

— Она связана с мистером Мунро. Принимает участие в бизнесе, или что-то в этом роде. Обычно появлялась здесь раза два в год.

— Вы уверены? — Мозг Салли складывал самую последнюю ложь в кучку, уже громоздящуюся у ног Джессики.

— Трудно забыть ее броскую внешность и эту седую прядь в волосах. — Голос Кэрол звучат очень уверенно.

Салли попросил разрешения сделать еще один звонок. Этот звонок отнял у него немного больше времени, потому что ему пришлось узнавать номер, но в конце концов он связался с полицией Утопии и назвал себя.

Как только Джессика набрала код, ворота бесшумно скользнули в сторону. Она сняла ногу с тормоза и нажала на акселератор. Ни толчки во время остановки и движения авто-мобиля, ни повторный оклик по имени не разбудили спящую девочку. Айрис отреагировала на все только приглушенным стоном.