Дебора Диксон - В ожидании чуда

— Я это заметил. — Салли пропустил оскорбление мимо ушей.

Изон был ветераном с десятилетним стажем, основательным, но умом не блистал. Тип аккуратного служаки, который старался как можно быстрее закрыть дело. Он не одобрил приглашения в Джерико детектива со стороны, когда число их увеличилось до двух человек. С его точки зрения, это место следовало отдать ему, а не Салли.

Салли отпустил край брезента, а Изон сказал:

— У нас внутри еще одно тело.

Салли почувствовал, как у него внутри начинает кружить темный вихрь, когда этот человек выразил словами вслух то опасение, которое не давало ему покоя с того момента, как он свернул в бухточку. Поднявшись во весь рост и расставив для устойчивости ноги, он спросил:

— Кто?

— Мужчина. Личность не установлена. Явно неудавшееся ограбление.

Облегчение горячей волной окатило Салли.

— А как женщина и девочка?

Изон был явно огорошен тем, что Салли известно точное количество других обитателей дома.

— Они очень взбудоражены случившимся, но кроме этого, с ними все в порядке. Я уже взял у обеих предварительные показания.

После того как Салли узнал, что Джесси жива, для него все изменилось. Профессиональная отстраненность начала возвращаться, но не эмоциональная. Это событие все еще много значило для него лично. Салли больше не намерен был переживать нечто подобное. Пока все не кончится, он не выпустит из поля зрения Джесси и Айрис.

— Никого не подпускайте, я потом посмотрю, — приказал Салли и широко зашагал к дому.

Пытаясь не отставать, Ник говорил:

— Это совсем рядовой случай. Мы имеем проникновение со взломом, испорченную систему сигнализации и свидетеля происшествия. Дама говорит, что телохранитель уложил одного из двух молодчиков и побежал за вторым, который бросился удирать. Второй прикончил телохранителя, но у него хватило ума после этого вскочить в "Додж" и смыться на всех парах. Вероятно, потому, что к этому времени девочка уже подняла панику.

Несколько сирен устроили шум, как в День независимости. Она еще и позвонила по номеру 911.

Толкнув входную дверь, Салли едва взглянул на второе тело, также накрытое, которое лежало у лестницы. Его внимание, сознание, все фибры души сосредоточились не на том, что было перед его глазами, а на том, что он хотел видеть.

— Джесси!

— Я здесь.

Подняв глаза, Салли понял то, что полицейский в нем заподозрил с того самого момента, как увидел тело Линкольна. Сейчас глаза Джесси казались почти черными и смотрели очень напряженно. Ник Изон мог приписывать это шоку, но Салли знал, в чем дело. Линкольн никого не убивал, потому что так и не узнал, что произошло. Они поймали его снаружи, перерезали глотку, напав сзади, и пришли за Джесси. За той проклятой книжкой.

И она хладнокровно пристрелила того парня, ни секунды не колеблясь. В ее глазах не отражалось ни малейшего сожаления, угрызений совести, никаких теней. И слез тоже.

Это была та самая женщина, которая вошла в дверь в ту первую ночь. Она не нуждалась в том, чтобы ее спасали, ни теперь, ни когда бы то ни было. Ее невинность была обманом, притворством. Салли попался в сети, сплетенные женщиной, которую почти не знал. "Ты знаешь ее, — поправился он, ощущая внутри тяжелый груз правды. — Ты знаешь ее, потому что та же тьма живет и в твоей душе. Единственная разница в том, что ты воображаешь, будто, нацепив полицейский значок, стал одним из хороших парней".

Должно быть, Айрис услышала его голос, когда он вошел. Она появилась из-за угла холла и подставила плечи под руку Джесси. Когда Салли увидел их вместе, последние сомнения испарились.

"Я знаю, почему ты это сделала, Джесси. Знаю, почему. Но все равно ты убила человека. И сохранила достаточно хладнокровия, чтобы скрыть это, хотя в том не было необходимости. Самозащита — прекрасное оправдание в такой ситуации. Зарегистрировано твое оружие или нет.

Ты убила человека, Джесс. И что мне, черт побери, теперь делать? "

На долю секунды Джессика позволила проникнуть в свое сердце его голосу, который произнес ее имя с такой надеждой. Позволила себе поверить, что он приехал ради нее, потому что он ей нужен, а не потому, что это его работа. И когда прежний навык, позволявший ей действовать хладнокровно, начал оставлять ее, его лицо окаменело.

"Он все знает", — поняла Джессика. Страх и разочарование снова наполнили ее холодом. Она обозвала себя дурой за желание получить то, что никогда не будет ей принадлежать.

Салли прежде всего полицейский, что бы между ними ни произошло раньше. Очевидно, лучший полицейский. Он уловил один крохотный прокол в ее рассказе. Джессика сердцем это почувствовала. Он понял, и это его изменило. Изменило его представление о ней, а ведь он не знал и половины, с горечью думала она.

"Что ты теперь собираешься делать, Салли? "

Невысказанный вопрос повис между ними, как пущенная стрела, и пронзил обоих. В конце концов Салли отвернулся, не сказав ни слова. Джессика все время была рядом с Айрис, пока он делал свою работу. Девочка отказывалась отойти от нее, а Джессика не могла отойти от Салли. Пока не узнает, что он собирается делать.

После того ужасного мгновения, когда их взгляды встретились, ничто не указывало, что они с Салли больше, чем просто знакомые. Ни разу он не подверг сомнению ее версию событий при посторонних и задал ей всего лишь несколько беглых вопросов. Все было так просто, а она никак не могла перевести дыхание.

Так как Айрис все время пряталась в своей комнате под грудой одежды, не было никаких свидетелей, которые могли бы опровергнуть ее рассказ. Никто не видел, как она выскользнула из дома, вложила в руку Линкольна его пистолет и выстрелила из него. Никто не наблюдал, когда она бросила стреляную гильзу у тела в прихожей, избавилась от собственной гильзы, спустив ее в унитаз, и перезарядила свой пистолет. Сама пуля не была проблемой, так как разрывные пули распадались на кусочки, попадая в цель. Они с Линкольном оба предпочитали разрывные пули. Гильзы были одинаковыми, и это указывало на то, что стрелял Линкольн.

Потом она тщательно вымыла руки и сменила одежду. К моменту появления полиции ее рассказ обрел твердую почву, а Айрис ничего не говорила.

И Салли тоже. Все, что они хотят сказать друг другу, будет сказано наедине. Это она знала. Глаза Салли обещали ей это каждый раз, когда он смотрел в ее сторону.

Казалось, он удовлетворен тем, что коп по имени Изон всем руководит, кивал, когда с ним советовались, но старался держаться на заднем плане и не спешил. Странная комбинация терпения и гнева жила в Салли. "Терпение делает его еще более опасным, чем гнев", — подумала Джессика.

Терпение не прогоняло гнев. Оно только создавало напряженность, обманывало людей, заставляя их поверить в собственную безопасность. Но не ее. Ее ему не обмануть.