Мередит Рич - Аромат страсти

Джесс привел Тома Салливана, нового старшего коммивояжера в кабинет Тайгер, чтобы познакомить их. Салливан только-только приступил к работе в «Келлер парфюмз». Выглядел он очень молодо, с коротко стриженными рыжими волосами, веснушчатым, загорелым после летнего круиза на яхте лицом.

– Тайгер, я чувствую, ты сможешь помочь Тому. Его стараниями Мардж Франциско из «Блуминдейла» практически у нас в кармане…

– Окончательной договоренности еще нет, – торопливо вставил Том. – В нашем бизнесе никогда не знаешь, что принесет завтрашний день, – он улыбнулся. – Вот и у Мардж Франциско настроение очень переменчивое. Однако сегодня за ленчем один наш общий друг сказал мне, что Мардж – большая поклонница вашей матери…

– Поэтому мы и пришли, – ввернул Джесс.

– Ясно. Я попрошу маму встретиться с вами за ленчем.

– Завтра, Тайгер. Самое позднее, послезавтра.

– Не слишком ли много вы от меня требуете, господа? Или вы думаете, что у меня нет других дел, кроме как выполнять ваши мелкие поручения?

Том улыбнулся.

– Я готов подкупить вас двумя билетами на «Тоску». С Паваротти.

– Договорились. Я позвоню ей после совещания.

Тайгер взглянула на часы. Ровно три. Пора звонить Мартине в «Карлайл» и будить ее: до презентации эскизов оставался один час.

Все, кроме Мэтта Филлипса, собрались в конференц-зале «Келлерко парфюмз». Хью Маршалла, как обычно, поджимало время, ему не терпелось начать совещание.

– Представить себе не могу, где Мэтт. Я говорила с ним час тому назад, он уже выезжал сюда.

Тайгер с опаской ждала первой встречи Мартины и Мэтта. Она предчувствовала, что они возненавидят друг друга с первого взгляда.

– Ничего страшного, Тайгер, – успокоил ее Хью Маршалл. – Зато у меня появилась возможность пообщаться с мадемуазель Ренье в неофициальной обстановке. Мартина, Тайгер уже представила вам собравшихся?

– Bien sur… [35] Будьте уве… (фр.).

В этот самый момент и прибыл Мэтт Филлипс в компании с Джеффом Стайном, дизайнером упаковки мужских духов «Келлерко парфюмз». После представления Мартина метнула на Тайгер взгляд, от которого увяли бы розы. Хью Маршалл в недоумении посмотрел на Тайгер. Та лишь пожала плечами, показывая, что понятия не имеет, чем все может закончиться. Мэтт, однако, соблаговолил дать необходимые разъяснения:

– Выходя из студии, я столкнулся с Джеффом, который принес эскизы для мужской парфюмерной линии. Я решил привести его сюда, чтобы показать их и вам. – Он посмотрел на Мартину. – Вы не возражаете, мисс Реньер? – Последнюю букву, искажающую фамилию Мартины, он добавил сознательно.

Тайгер черкнула Мартине записку, на французском, в которой извинилась за бестактность Мэтта, хотя прекрасно понимала, что речь идет об откровенной грубости. Мартина это тоже поняла и вся подобралась.

– Раз все в сборе, можем начинать, – открыл совещание Хью Маршалл. – Мартина, мы готовы взглянуть на ваши эскизы. У меня такое ощущение, что я маленький мальчик, сбегающий вниз к елке, чтобы посмотреть, какие подарки принес ему Санта-Клаус. – Хью Маршалл редко позволял себе подобные банальности, но ситуация того требовала: в конференц-зале пахло грозой.

Мартина вышла к большому мольберту, поставила на него планшет с эскизами, не открывая его.

– Прежде всего позвольте сказать, что я благодарна «Келлер парфюмз», поручившей мне разработку флаконов и упаковки для «Джаза», и при этом ни в чем не ограничившей мою фантазию. Многим компаниям требуется дизайнер, но на поверку выясняется, что с основополагающими идеями они уже определились. То есть нужен им не дизайнер, а чертежник… – Мартина выдержала паузу, оглядела сидящих за столом, встретившись взглядом со всеми, кроме Мэтта Филлипса, который внимательно изучал свои ногти.

– Далее… Иной раз мне приходится переламывать себя, чтобы добиться желаемого. А иногда все получается сразу, словно идея носится в воздухе и ждет, чтобы ее воплотили в конкретные формы. Это оптимальный вариант. Именно такие разработки и получают награды на конкурсах. Я заранее знаю, что мои эскизы вам понравятся, потому что они полностью соответствуют замыслу ваших духов. А теперь…

И они увидели эскизы. Мартина не ошиблась: ложная скромность была бы здесь просто неуместна. Эскизы вызвали бурю восторга. Вытянутый по вертикали пятигранный прозрачный флакон с матовой хрустальной трубой на пробке. Флакон для туалетной воды – размером побольше, без трубы. С черными музыкальными нотами, окаймляющими вертикальную красную надпись «ДЖАЗ». Коробочки в красно-синих тонах, с выдавленными буквами названия. «Д» и «Ж» – красная фольга на синем фоне, «А» и «3» – синяя фольга на красном. Даже Филлипс, пусть и с неохотой, признал, что Мартина попала в десятку.

А «Мэтт Филлипс для мужчин», представленный Джеффом Стайном, смотрелся совсем уж пресным, консервативным. Хью Маршалл высказал несколько замечаний, хотя остальные подумали, что для мужской линии большие многогранные коричневые флаконы – вполне приемлемое решение. Маршалл, однако, настоял, и Стайн с ним согласился, на изменении цвета с коричневого на синий, для лучшего сочетания мужской и женской парфюмерных линий.

Для Мартины презентация эскизов прошла триумфально. Несмотря на напускное безразличие француженки, Тайгер видела, что та очень довольна приемом. И прекрасное настроение, в котором пребывала Мартина после окончания совещания, подсказало Тайгер, что ее все-таки тревожил возможный исход.

Когда все разошлись, Тайгер позвонила матери и договорилась о ленче с Томом Салливаном, а потом она, Конни и Мартина отправились в бар, благо было что отметить. Мартина веселилась, как юная девушка, получившая приглашение на первый бал.

– Вы видели лицо Хью Маршалла, когда я показывала ему эскизы флакона. Он напоминал гордого папашу! Ему очень понравилась моя работа.

– Мэтту Филлипсу очень хотелось разнести ваши эскизы в пух и прах, но эстетически вы настроены на одну волну, так что он не нашел, к чему придраться. – Конни понравилась француженка, хотя она и понимала, что ей самой уже никогда не быть такой молодой, худощавой, элегантной.

Тайгер пригубила белое вино.

– Завтра я поговорю с изготовителями флаконов и коробок и узнаю их цену. Потом с ними встретишься ты, Мартина, и решишь, кто из них наиболее полно отвечает твоим требованиям.

Мартина повернулась к Конни:

– Тайгер всегда такая: работа, работа, ничего, кроме работы?

– В последнее время да. Думаю, для нее это как наркотик. Да и для вас, похоже, тоже. Со мной ситуация иная.

– В каком смысле? – спросила Тайгер.

– Я должна работать. Чтобы поддерживать нынешний уровень жизни. Вы понимаете, есть, пить, жить в маленьком пентхаузе с видом на Ист-Ривер…