Берт Хэршфельд - Акапулько

— Там, где я взял эту, есть еще, — ответил ей Форман, страстно желая выпустить наружу то непривычное, необъяснимое, мгновенное чувство к ней, чертовски близкое к мгновенному помешательству, если только такое было возможно. А еще больше он желал, чтобы она смогла ответить на него…

Парусник скользил по водам внешнего залива. Сидевшая на румпеле Шелли подняла голову и засмеялась навстречу ветру. В высоком голубом небе кругами носились чайки, а в воду нырял пеликан, всякий раз показываясь из воды с рыбой в гигантском клюве. Лодка быстро разрезала носом легкую мокрую зыбь, и Шелли чувствовала себя необычайно бодрой, почти невесомой.

Даже неистовый сеанс любви, через который провел ее Харри незадолго до того, как они сели в лодку, не смог омрачить ее радостного настроения. В действительности, если быть по-настоящему честной с собой (а это ей редко удавалось), Шелли понравилось это занятие любовью, как, впрочем, нравилось почти всегда. Харри был грубоват и в большей части случаев действовал так, как будто ему наплевать на то, что она чувствует, или на то, что он с ней делает. Иногда она просто притворялась, чтобы доставить ему удовольствие. Но когда Харри был действительно на высоте — на своей максимальной, естественной, эгоистичной высоте, — он становился другим, особенным мужчиной, и женщине приходилось отвечать ему, нравилось ей это или нет. И в этот раз Шелли гораздо больше понравилось, чем не понравилось, как ее любил Харри.

Непредсказуемый бриз приподнял крошечное суденышко, потом грубо бросил вниз, обдав брызгами Шелли и Бристола. Они понеслись прямо в открытое море.

Бристол боролся с гиком, стараясь удержать парусник вертикально.

— О, Харри! — воскликнула она. — Как восхитительно!

— Поворачивай эту чертову штуковину назад!

— А мы далеко от берега, Харри?

— По меньшей мере в нескольких милях. Поворачивай налево, а я попробую выправить парус.

Шелли кинула быстрый взгляд на волны, светящиеся отраженным светом. Вокруг не было видно ни одного суденышка, но вдалеке, у самого берега, она заметила сине-белые зонтики водных парашютистов.

— Поворачивай лодку назад! — закричал Бристол, и Шелли повиновалась.

Порыв ветра наполнил парус, и лодка накренилась, став похожей на гигантскую раненую птицу. Шелли сильнее нажала на румпель. Гик сорвался с места и быстро описал большую дугу, едва не задев при этом голову Бристола, который в последний момент успел пригнуться.

— Осторожней, черт бы тебя побрал! Ты нас утопишь!

Из-за горизонта с ревом вынырнула моторная шлюпка и промчалась прямо перед носом их лодки. Их сильно тряхнуло на кильватерной струе, и нос их парусника зарылся в воду. Ветер внезапно переменил направление, парус шаром выгнулся в другую сторону, и гик полетел прямо в спину Харри.

— Харри! Смотри! — Протянув руки, Шелли бросилась вперед, но гик, набирая скорость, скользнул мимо, пройдя над Бристолом всего в нескольких дюймах.

Он посмотрел на нее, бледный и испуганный.

— Что ты пытаешься сделать? — Его глаза переместились куда-то ей за спину. — О, Господи! Где руль?

Она круто обернулась. Руля не было.

— Вот он! — закричала она; голос Шелли заглушил ветер. — Вон там, справа!

Его глаза изучающе скользили по волнам, пока, наконец, не заметили предмет из блестящего коричневого дерева; полоса воды между ним и парусником быстро увеличивалась.

— Мы должны подобрать его, — пронзительно закричал Харри.

Шелли посмотрела вперед. Увлекаемый ровным бризом парусник теперь выходил из залива в открытое море.

— Я не смогу! — сказал Харри. — Я не доплыву так далеко.

Шелли стащила с себя кофточку и брюки и нырнула в воду. Размеренно дыша, в такт волнам она поплыла к тому месту, где, по ее расчетам, принимая во внимание течение, должен быть руль. Дважды она заглотнула воды, но это не остановило ее — она по-прежнему плыла к цели, ритмично и мощно отталкиваясь ногами.

Поднявшись на высокой волне, она разглядела впереди пляшущий на воде руль и изменила направление. «Дыши и отталкивайся ногами, — приказала она себе. — Греби! Дыши и отталкивайся ногами»… Неожиданно она увидела руль совсем близко. Почувствовав прилив сил, Шелли поплыла быстрее, пока ее рука не сомкнулась на гладкой рукояти. Вобрав в себя воздух, ободренная победой, Шелли обернулась, чтобы посмотреть на парусник. Его не было.

Шелли бешено закрутила головой, но перед глазами были только зеленые волны с белыми пенящимися верхушками. Собрав силы, она приподнялась повыше, ничего не увидела, и тут же погрузилась в воду с головой. Отплевываясь и кашляя, она выплыла на поверхность, отчаянно стараясь выправить дыхание.

«Успокойся… Не паникуй…»

«Где-то там Харри старается разыскать ее, прийти ей на помощь. Время. Время, чтобы успели прийти спасатели. Время — вот что ей сейчас нужно, — Шелли сделала усилие, чтобы расслабиться, сберечь энергию. — Если не терять головы, можно плавать часами».

Она заставила себя рассуждать: «Первое: в какой стороне берег?». Она посмотрела на солнце, надеясь с его помощью определить свое положение, но только запуталась. Она поискала глазами лодку. «Ничего».

«Что дальше? Терпение.» Она перевернулась на спину и стала глубоко дышать, погрузив в воду голову и подняв лицо к солнцу. Укачиваемую волнами, согреваемую солнцем, ее несло течением по воде, и нечто вроде эйфории стало для нее защитой от ужаса: «Когда все это кончится, у меня будет прекрасный загар». У Шелли вырвался смешок; голова ее подалась вперед, и она заглотнула воды. Кашляя и отплевываясь, она приняла прежнее положение, стараясь оставаться на поверхности.

Сквозь шум моря до нее донеслось карканье птиц. Ее голова повернулась, глаза уставились в сверкающее небо. Низко над водой летел косяк крачек. Птицы, дошло до Шелли, направляются к берегу, и она бросилась за ними. Шелли почувствовала какую-то странную тяжесть в правой руке. Все это время она сжимала руль. Шелли разжала пальцы и выпустила его.

Меняя стили плавания, она решила, что плыть на боку самое экономное — при таком способе тратится меньше всего энергии. Тем не менее, усталость все возрастала, руки и ноги стали теперь ощутимо тяжелее.

«Вдох, оттолкнуться ногой, гребок. Вдох, оттолкнуться ногой, гребок. Сосредоточься. Каждый толчок ноги, каждое движение руки приближает тебя к берегу.»

Что-то скользкое и холодное прикоснулось к ее икре, и Шелли отпрянула в сторону. «Акула!» Ноги и руки заработали с бешеной скоростью, она словно вгрызалась в воду, отплывая все дальше вперед, пока не почувствовала, что не может больше двигаться. Задыхаясь, Шелли перевернулась на спину, замерла, напрягла все силы, чтобы быть неподвижной: она вспомнила, что где-то слышала, — акулы нападают преимущественно на движущиеся объекты.