Элеонора Хитарова - Любить Кеану

– О! Понимаю… – многозначительно протянула Клара, – он там, ну очень…ням-ням,… соблазнительный! Ну, ладно с ним. Раз ты бессовестно дрыхла все это время, то значит, забыла, что обещала пойти со мной по магазинам? Мне нужны туфли. Я хочу, чтобы ты была рядом. Без твоего совета я их не выберу.

– Да-а? – удивилась я. – Обещала? – Никакого обещания я действительно не помнила. Клара, скорее всего, все выдумала.

– Обещала, обещала! – Капризным голосом упрекала меня подруга.

– Хорошо, обещала, так обещала. Через час буду готова. – Я положила трубку.

Надо было найти испорченные котом туфли.

ХХ

Х

Спустя пять часов, проведенных в магазинах, где было «слишком много обуви!», «вся обувь слишком красивая и дорогая!», «кошмар, невозможно ничего выбрать!» и «я с тобой с ума сойду, вечно тебе все не то!», пара туфель была все-таки оплачена, и теперь мы сидели в модной кофейне, с трудом переводя дух.

Клара устало размешивала сахар в своей чашке. Я, следя за плавными движениями блестящей металлической ложки, быстро погружалась в свои мысли. Но уйти в них совсем мне не удалось:

– И кого ты себе представляешь, когда развлекаешь себя сама? Ведь у тебя сейчас никого нет.

Я вздрогнула не только от неожиданности заданного вопроса, но и оттого, что он прозвучал так громко, что теперь все посетители кофейни ждут, пока я так же громко и внятно произнесу: «Кеану Ривза»!

Этого ждет, прежде всего, Клара.

– Ты что, смутилась? – Клара удивленно подняла тщательно выщипанные брови. – Да брось! Мы же современные женщины. Все на свете занимаются мастурбацией, это же нормально.

Ну, уж кому как. Конечно, само по себе это нормально, но стоит ли это обсуждать, сидя в кофейне после покупки пары туфель?

Я глянула на нее исподлобья и промолчала. Она внимательно смотрела на мой рот, она с нетерпением ждала, когда же я произнесу «Кеану». Но этого не произошло. И не могло произойти. По той причине, что в свои интимные моменты я никогда не представляла себе Кеану. Я вообще никого конкретного себе не представляла.

Сексом занимался целый город. Весь город. Во всяком доме, в каждом подъезде, в любом укромном уголке. Старые и молодые, красивые и уродливые. Повально все. Очень разнузданно. А я, невидимая, проникала в дома через окна или распахнутые двери и наблюдала за ними. Я не подсматривала, я смотрела. Почти открыто, только будучи совершенно невидимой.

И еще одна, самая любимая фантазия: нашествие на город крылатых фаллосов.

Маленькие и большие, у них было по паре яичек, и перистые сероватые крылья, такие как у голубей. И еще нюх, который вел их в нужном направлении. Они порхали по улицам и настигали женщин в те моменты, когда те меньше всего этого ожидали. Сначала женщины пугались, роняли из рук сумки, тарелки и деловые бумаги, но сразу же падали ничком и начинали биться в конвульсиях неземного наслаждения. И другие, еще не занятые фаллосы, учуяв соитие, заслышав сладострастные стоны, тоже слетались, чтобы присоединиться к этому стихийному плотскому пиршеству. И я, опять же невидимая, летела над тротуарами, сплошь усеянными распростертыми телами услаждаемых женщин, над которыми без устали трудились маленькие крылатые пришельцы.

Неужели вы думаете, что в этом разврате я нашла бы место для Кеану, самого чистого образа из всех, что доселе являлись мне?

– О чем ты там думаешь? – Клара чувствовала себя уязвленной: она заговорила о самой сокровенной области своей жизни, а я просто проигнорировала ее. Но я не со зла. Просто я не из тех, кто может обсуждать такое с друзьями.

Клара: «Все-таки она законченная стерва. Посмотрели бы вы на нее: вечно корчит из себя самую умную, а сама – дура дурой! Вон, уставилась в чашку, как Диоген в свою бочку, и молчит. Молчит постоянно и многозначительно, будто она выше всех. А с тех пор, как она втрескалась в кинозвезду, так совсем нос задрала. Ведет себя так, что можно подумать, она уже за него замуж выходит. А сама – обычная фанатка. Да она ж его даже в лицо не увидит никогда! Впала в детство. Какой нормальный человек старше пятнадцати может влюбиться в киноактера? Только полная дура!»

– Покажи мне еще раз туфли, которые ты купила. – Попросила я, чтобы перевести разговор на другую тему.

Недовольное лицо подруги вмиг просветлело, и она полезла в большой бумажный пакет, который соблазнительно захрустел покупками, и вот уже на столе надменно блестит черным лаком коробка с вожделенным логотипом дорогой обувной фирмы.

Клара кивнула, предлагая мне самой достать туфли, и с довольным видом откинулась на стуле.

Я долго вертела туфлю в руках, с видом знатока, одобрительно трясла головой и причмокивала, чем подняла настроение Клары до самых вершин.

– Роскошно! – Это единственное слово, которое было сейчас необходимо.

– Спасибо тебе за совет. – Клара потрясла меня за мизинец. Не сложившийся разговор о мастурбации канул в Лету.

– Ну что, поедем? – С надеждой спросила я, как только она сделала последний глоток своего кофе. Общество Клары стало мне в тягость с момента, как она задала тот идиотский вопрос.

– Нет! – Замотала головой она в ответ. – Мы ждем кое-кого! Я договорилась здесь встретиться с одним человеком. Закажи себе еще что-нибудь.

– Кого? – Я ощутила досаду: можно было меня раньше об этом предупредить!

– Прости, что я тебе сразу не сказала: совсем вылетело из головы с этими туфлями! Слушай, а давай выпьем.

– С чего это вдруг?

– Отметим мою покупку.

– Я вообще-то за рулем… – если честно, это меня не останавливало, когда хотелось выпить немного.

– Ну, давай! Чего-нибудь вкусного. Вина!

– Нет, лучше мартини.

– Окей, пойдет!

Я оглянулась, разыскивая взглядом официанта, и взгляд мой уперся в стеклянную витрину, сплошь заставленную блюдами с разнообразными десертами, один ошеломляющий вид которых вышибал слюну из всех желез. Я клацнула зубами, но в этот момент витрину загородил собой изящный молодой человек в опрятном фартучке:

– Что-нибудь еще желаете, леди? – Я продолжала видеть клубничные торты вместо его лица, когда Клара громко объявила:

– Два мартини со льдом и лимоном и еще две чашки кофе!

– И два куска сырного пирога, один лимонный, другой с шоколадом и карамелью! – Пропищал мой собственный голос.

Клара удивленно захлопала ресницами, а потом одобрительно кивнула. Наивная, она думала, что один из заказанных кусков предназначался ей!

Однако когда заказ уже стоял на столе, мой разум все же превозмог зов бездонной бочки, и я с готовностью придвинула тарелочку с шоколадным пирогом Кларе. Но та замахала руками с деланным испугом и притянула к себе пирог лимонный, по слухам, более диетический.